В предыдущей статье мы анализировали исследование экспертов швейцарского конгломерата Credit Suisse о последствиях пандемии для мира, в частности, о возможной геополитической расстановке сил на мировой арене. На этот раз рассматриваются взгляды экспертов на возможность роста инфляции, последствия от реализуемой для борьбы с кризисом фискальной и денежно-кредитной политики, а также вопрос о сохранении или потере независимого статуса центробанков.

Иван Шилов © ИА REGNUM

Любые «хотелки» или советы всегда упирались и будут упираться в экономику. В долгосрочной перспективе последствия пандемии могут быть уже не столь негативными, в отличие от уже пережитого краткосрочного и среднесрочного негативного эффекта, который оказала пандемия на экономический рост и инфляцию. Предполагается, что, несмотря на наличие значительного бюджетного дефицита, государственный долг должен быть устойчивым. Правда, до тех пор, пока дефицит постепенно сдерживается.

«Кажется преждевременным беспокоиться о том, что режим низкой инфляции прошлых десятилетий закончится в ближайшее время, но возможный чрезмерный рост инфляции — это хвостовой риск, который нуждается в мониторинге», — подчеркнули эксперты.

Учитывая более низкий уровень смертности от пандемии COVID-19 среди молодежи и среднего возраста, а также с учетом достижений науки и медицины, экономические последствия этой пандемии, вероятно, будут гораздо менее серьезными, чем последствия прошлых пандемий. Кроме того, данная пандемия более предсказуемая, в отличие от предыдущих, что позволяет бороться с ней точечными вполне понятными методами, следовательно, позволяет сдерживать долгосрочные негативные последствия в отличие от более серьезных рисков, возникающих в результате длительного нарастания экономических дисбалансов, вызванных, например, финансовым кризисом.

Здание Федеральной резервной системы США
Здание Федеральной резервной системы США
Dan Smith Rdsmith4

Тем не менее эксперты задаются вопросом, может ли постковидная рецессия переломить долгосрочную тенденцию роста. С одной стороны, быстрая реакция властей с помощью фискальных и денежно-кредитных инструментов почти наверняка приведет к тому, что любое долгосрочное воздействие на экономический рост будет гораздо более ограниченным, чем после Великой депрессии.

«Не исключается и появление негативного фактора, подобного нефтяным шокам середины 1970-х годов или финансовому кризису 2008—2009 годов. Постоянное увеличение расходов, связанных с усилением профилактической медицинской помощи или мер безопасности в общественном транспорте и прочих местах массового пребывания людей, может привести к увеличению удельных затрат на рабочую силу и повлиять на глобальный рост производительности. Это также может иметь последствия второго раунда для роста от снижения потребительского или делового доверия потребителей, причем последнее наносит ущерб внутренним и международным инвестициям», — предполагают представители швейцарского конгломерата. То есть здесь может идти речь о переводе как можно большего числа людей на дистанционный способ работы.

Дальше становится понятно, в чей огород летит камень: согласно выводам экспертов, там, где во время пандемии усилились протекционистские тенденции, эти, так сказать, негативные явления будут нарастать и дальше, а в сочетании с другими негативными тенденциями они могут перевесить некоторые трансформационные и продуктивные результаты пандемии, такие как, например, ускоренная цифровизация.

Ключевые вопросы исследования заключаются в том, станет ли уровень госдолга стран неприемлемым и/или усилит ли он давление на центральные банки, вызвав инфляционные последствия. Эксперты приводят три главных параметра: первичный бюджетный дефицит, т. е. без учета процентных платежей, процентная ставка по долгу и темпы роста ВВП. Достичь сбалансированности первичных бюджетов странам удастся, предполагают эксперты, с 2022 года и с этого же периода — вернуться к прогнозируемому тренду роста ВВП к тому времени. Что касается инфляции, то в последние месяцы в странах с развитой экономикой она резко снизилась. Но в краткосрочном периоде инфляция может оказаться выше, чем ожидалось центробанками. Некоторые наблюдатели опасаются, что резкое расширение балансов центральных банков с начала пандемии вызовет существенное повышение инфляционных рисков. Действительно, говорят эксперты, например, Европейский центральный банк (ЕЦБ) более чем в два раза увеличил экспансию во время глобального кризиса. Но вместе с ростом денежной массы скорость ее обращения в последние месяцы механически снизилась. Рост крупных денежных агрегатов был в основном обусловлен кредитованием и повторным размещением этих же денег на счетах банков. Расширение балансов банков — временное явление, так как многие компании вернут хотя бы часть (!) кредитов, в то время как и правительства постепенно сворачивают свои программы кредитных гарантий. Кроме того, как только экономическая активность и инфляция достигнут целевых показателей национальных банков, покупки центробанками финансовых активов у нефинансового частного сектора должны быть свернуты. И наоборот, по мере восстановления ВВП скорость должна механически увеличиваться и может даже подняться выше исходной точки начала 2020 года.

По мнению экспертов, «инфляция будет расти только в том случае, если так называемый разрыв в объеме производства значительно сократится. Это может произойти, например, если объединить фискальные и монетарные меры и мультипликаторы спроса». Между тем сокращение разрыва в объеме производства потребует дополнительных крупных фискальных мер.

В общем и целом исследование наводит на мысль о том, что вина, как и ответственность за происходящие события целиком и полностью лежит на национальных правительствах, пытающихся спасти свой народ и защитить суверенность страны, несмотря на вяло развивающуюся до пандемии экономику и череду предшествующих экономических кризисов. И чем дальше в лес, тем больше может быть дров. Помимо фискальных мер, способных при определенных условиях привести к росту инвестиций, но вместе с тем и вызвать инфляцию, безработица также влияет на ее уровень.

На фоне усугубления настроений национальных правительств в отношении суверенитета своих стран эксперты также озадачились, не потеряют ли случайно и Центробанки свою независимость, не обуздают ли их правительства. Эксперты говорят, что на данный момент политика ЦБ и правительств в условиях низкой инфляции вполне оправдана и признаков ослабления независимости ЦБ нет. Тем не менее остается непонятным, что если вдруг цели денежно-кредитной и фискальной политики начнут расходиться, если ставки по обслуживанию госдолга станут неприемлемыми для правительств, станут ли ЦБ прогибаться под политику минфинов. Представители швейцарского конгломерата утверждают, что в последние десятилетия сильной связи между изменением номинального государственного долга и инфляцией не наблюдалось, но с оговорками: «Инфляция, по-видимому, приводит к изменению уровня долга, предполагая, что более высокие темпы инфляции в прошлом и последующее ослабление долгового бремени могут стимулировать правительства брать на себя больше долгов. И наоборот, более жесткая денежно-кредитная политика, снижающая инфляцию, как правило, сокращала рост долга. Однако эта связь сохраняется только в некоторых странах в определенные периоды».

Доллар
Доллар
Tax Credits

С одной стороны, некоторые исследования указывают, что рост уровня госдолга с 2000 по 2014 год, когда центральные банки начали массовые закупки активов в ответ на глобальный финансовый кризис, не сказался на независимости ЦБ. Но все же это не является доказательством того, что независимость ЦБ не может быть утрачена или ослаблена в будущем. Вопрос в том, при каких условиях ЦБ будет поддерживать стабильность финансовой системы. Если поддержка со стороны ЦБ будет обусловлена бюджетной консолидацией и другими реформами, как во время кризиса еврозоны, то опасения по поводу потери независимости Центрального банка и роста инфляции будут неуместны. «Мы уверены, что такой сценарий сохранится и в еврозоне. Будет ли это иметь место в другом месте, еще предстоит выяснить», — заключают эксперты.

В принципе, как считают эксперты, с одной стороны, укрепившиеся в своих полномочиях национальные правительства, то есть при росте усилившейся роли государств в рыночной экономике страны могут пережить кризис, но с другой — существуют огромные риски. Необходимо будет погасить государственный долг, который достиг новых максимумов, а в отсутствие достаточного экономического роста или высокой инфляции это может произойти за счет более жесткого налогообложения, жесткой экономии или длительных финансовых репрессий. Последние не только подразумевают невидимый налог на вкладчиков, но и усугубляют проблемы недофинансирования пенсионных систем. К слову, не забыли всё-таки эксперты замолвить слово о пенсионных системах, выстроенных под указку глобалистов. Кроме того, политики должны будут на определенном этапе перестать полагаться на центробанки, мол, привыкнут к нулевым процентным ставкам для поддержки государственных заимствований и продолжат рассчитывать финансирование центробанками инициатив, не связанных с экономической и денежной стабильностью. Кроме того, предотвращение банкротства фирм и безработицы может быть оправдано изначально, особенно если эти меры окажутся эффективными. Аналогичным образом развитие надежной системы социальной защиты может оказаться желательным в странах, которые до пандемии не имели надежных программ социального обеспечения. И все же государственное вмешательство, осуществляемое любой ценой, может привести к неэффективности и подорвать динамику рынка. То, что было уместно во время пандемии, должно быть отменено, как только кризис закончится, но это будет нелегкой задачей.

Оригинал COVID-19: испытание национальных правительств и центробанков на прочность создан 24.12.2020 в 19:22Авторы: Галина Смирнова

Читайте ранее в этом сюжете: COVID-19: последнее испытание на прочность национальных правительств?

Читайте развитие сюжета: Мир ожидает худший кризис экономики с эпохи Второй мировой — Си Цзиньпин