В августе и сентябре суммы валютных интервенций ЦБ были минимальными с начала вирусного кризиса, соответственно составляя всего $0,9 млрд и $0,7 млрд, что совсем немного по сравнению с $2,9 млрд в июне и $4,8 млрд в апреле, например. Поэтому физически увеличение продаж валюты ЦБ с 1 октября, за счёт выручки от сделки со Сбербанком, с 2,5 млрд руб до 2,9 млрд руб в день, не делает погоды на фоне ежедневных объёмов торговли валютами более чем в 1 трлн руб на Мосбирже. Зато этот факт явно оказывает полезное психологическое влияние на остальных участников торгов, чётко обозначая, что финансовый регулятор хотел бы видеть постепенное движение курса именно в направлении укрепления российской валюты. Об этом 13 октября сообщил ИА REGNUM шеф-аналитик ТелеТрейд Пётр Пушкарёв.

По его словам, фактически же рубль усилила куда заметнее правительственная директива для госкомпаний с требованием привести их корпоративные валютные резервы к уровню не выше, чем они были два года назад, в октябре 2018 года. Схожая директива о срочной, а затем и регулярной, продаже валютной выручки госкомпаниями, применялась и в 2014—2015 гг., и тогда она очень серьёзно помогла сдержать ослабление рубля. Свои валютные остатки быстро в норму привели уже Роснефть, Газпром, Алроса. Эти продажи выручки продолжат положительно влиять на рубль до конца октября и дальше, а не менее сильный толчок к развороту рублю придало не просто успешное, но и рекордное пока за всю историю по объёмам заимствований, размещение Минфином 7 октября ОФЗ, то есть проще говоря, нового российского госдолга на сумму сразу в 345,7 млрд руб. Правда, ради этого Минфину пришлось пойти на значительный дисконт, предложив покупателям госдолга более высокие «премии», цена отсечения составила 95,2% от номинала бумаг, а средние выплаты по купонам для держателей 5-летних ОФЗ составят 5,28% годовых, что получилось для них более выгодным, чем на предыдущих подобных аукционах. Кстати, такие шаги Минфину предлагали сделать ранее как раз и представители ЦБ, так что состоявшееся движение рубля можно считать результатом скоординированных усилий.

Вероятнее всего, отметил он, такие меры и регулятора, и Минфина, связаны с временно не самой благоприятной сейчас конъюнктурой для притока денег на развивающиеся рынки в целом, а не только в Россию. Во время сентябрьской коррекции с частичной распродажей слишком дорогих акций «бигтехов» вроде Amazon и Google, плюс из-за сильной неопределённости перед выборами в США, крупные фонды и банки пока предпочитают больше вкладываться консервативно в долговые бумаги США или Европы, возможно Австралии или Китая, которые имеют максимальные рейтинги надёжности, и больше настроены взять паузу в отношении стран БРИКС. Но и снижение ключевой ставки в России до 4,25% с уровня 7% всего лишь год назад тоже снизило интерес инвесторов к вложениям в Россию, что сейчас наши финансовые власти и стараются компенсировать более выгодными условиями размещения ОФЗ.

Эксперт отметил, что ещё недавно инвесторы опасались в российских активах повышенных рисков то из-за ситуации в соседней Белоруссии, то из-за возможных санкций после истории со странным «отравлением» Алексея Навального, но на днях стало очевидно, что Европа ведёт речь лишь об ограничениях против списка из отдельных лиц, которых там хотят «назначить» виновными, но что не планируется каких-либо санкций финансового характера против России как государства или против важных секторов российской экономики. Поэтому и от Минфина стоит ждать новых солидных размещений ОФЗ, а значит, скорее всего это сдержит возможный масштаб ослабления рубля, даже если часть российского бизнеса по-прежнему предпочтёт перестраховываться и покупать немного подешевевшую валюту. По сути же, экономически, или фундаментально, рубль дешевел в сентябре по причинам, мало зависящим от собственно самой внутрироссийской ситуации. Примерно на тех же уровнях, что и месяц назад, находится сейчас и нефть.

По его словам, вряд ли ЦБ или Минфин имеют для себя чёткую установку по сдерживанию курса рубля именно на определённой отметке (например, в 80 руб за доллар), но похоже, что финансовые власти готовы вмешиваться именно в моменты слабо обоснованных экономически и явно избыточных движений валют. Обменивать валютную выручку на рубли по высокому курсу выгодно в первую очередь главным компаниям-экспортёрам: нефтяникам, металлургам, химикам, которые компенсируют себе таким путём недополученную прибыль в валюте из-за снижения мировых цен. Отчасти эти деньги питают, конечно, и бюджет страны, так как налоги казна берёт потом уже с рублёвой массы, но если рубль становится слишком нестабилен, то бюджет пострадает с другой стороны, так как скачки валютных курсов ухудшают инвестиционный климат для несырьевых секторов экономики, создают проблемы и с закупкой комплектующих, и с падением реальных доходов населения, так как в магазинах немало импорта или товаров с импортной составляющей. Но люди не могут регулярно тратить больше, чем получают, проедая накопления. Поэтому и для отечественных производителей сельхозпродукции или ширпотреба у населения остаётся меньше свободных денег, так что в итоге страдают и они, хотя казалось бы, дешёвый рубль даёт им конкуретные преимущества. Однако этот эффект не длится долго, а дальше, желая снизить свои издержки производства, многие производители снижают и качество товаров.

По всем указанным причинам, отметил он, в ближайшие месяц-два и до конца года власти всё же будут сдерживать излишние и не обоснованные в полной мере экономически моменты слабости рубля. Однако и крепко подорожать, вернувшись резко к уровням начала лета, рублю будет сложно — до тех пор, пока доллар не подешевеет более заметно на мировых рынках, и пока внешние для России западные и азиатские инвесторы предпочитают дополнительно страховаться от различных рисков в долларовых казначейских бумагах. Отсюда для рубля самой вероятной останется ситуация «ни мира, ни войны», с коридором от 73−75 руб до 80 руб за доллар, и с колебаниями евро в пределах 87−95 руб до конца года.