Еще на стадии создания совместного предприятия «Яндекса» и Сбербанка возникало подозрение, что компаниям будет трудно сойтись характерами, тем более, когда речь идет об успешном бизнесмене — основателе Яндекса Воложе и менеджере-диктаторе Грефе, не просто привыкшем всё и вся, что нужно и, порою, что не нужно, брать под контроль, а имеющем доступ к политическим инструментам для достижения своих целей. На самом деле, проект мог бы быть крайне успешным и выгодным. «Яндекс» заявлял, что появились инвестиции. Видимо, на то и был расчет. Как правило, IT-компаниям приходится искать на свое развитие деньги на свободных рынках, в результате чего можно потерять контроль над бизнесом. Кредитные ресурсы в России недешевые. Поэтому совместное предприятие с крупнейшим в России банком, монополистом, да еще с госдолей в акционерном капитале, должно было сыграть в плюс «Яндексу», как бы предоставляя более свободный, чем у конкурентов, доступ к денежным ресурсам. И всё-таки что-то пошло не так. Совместный проект просуществовал недолго. Последовали развод и делёж, так сказать, имущества. И вот, разойдясь со Сбербанком в разные стороны, «Яндекс» намерен создать по сути своей банковскую экосистему с рядом финансово-страховых проектов, для которых, как известно, требуется соответствующая лицензия. Кроме того, подобная деятельность подпадает под регулирование Центробанка. Неизвестно, каким образом в этом направлении будет двигаться «Яндекс». Пока что, сообщалось в СМИ, компания подала в Роспатент заявку на регистрацию торговых марок «ЯБанк», «ЯКредит», «ЯБиржа», «ЯБрокер», «ЯВклад», «ЯКапитал», «ЯСтраховка», «ЯСчет», «ЯПортфель», «ЯСбережения», «ЯСейф», «ЯЭквайринг», «ЯПеревод», «ЯВалюта», «ЯТрейд», «ЯАкции» и «ЯКэш». Между тем, давно известный факт — IT-проекты, в том числе зарубежные, решившие в свое время связаться с традиционно банковскими инструментами, так или иначе, даже спустя много лет, скатывались к деятельности банков, что практически полностью ставит жирную точку на необходимости их дальнейшей реализации, так как традиционная банковская деятельность и стоит гораздо дороже, и, в отличие от IT-проектов, зарегулирована, строится иначе, да и, в принципе, теряли привлекательность. Хотя, безусловно, и сами банки уходят от традиционных инструментов, но опять же, имея лицензию на свою работу и подчиняясь законам банковского рынка. При этом, как сообщало издание Лента.ру, банковские, страховые, инвестиционные услуги «Яндекса» будут предназначены как для частных лиц, так и для юридических. Компания будет предоставлять вполне банковские продукты: выпускать кредитные карты, выдавать займы под залог, взыскивать долги и т. д. Но вот, что еще более кажется интересным и то, что осталось за кадром и при создании СП, и после «развода».

Яндекс
Яндекс

Хоть и недолгое, но совместное существование «Яндекса» со Сбербанком состоялось. «Яндекс» получил некоторое финансирование. А что еще могла получить компания от Сбербанка, как и Сбербанк от «Яндекса»? Получили ли обе стороны доступ к базам данных своих клиентов, были ли объединены эти базы данных? Ведь не секрет, что закон о персональных данных позволяет объединять базы при условии, так сказать, совместимости целей. Совместное предприятие априори преследует совместные цели. Значит, и базы данных, могли быть совмещены. Вот только как быть в этом случае с банковской тайной? В случае объединения баз данных была ли нарушена банковская тайна?

Герман Греф
Герман Греф
Дарья Антонова © ИА REGNUM

Герман Греф называл распад совместного предприятия не «разводом», а реструктуризацией, при этом подчеркивая, что экосистемы компаний конкурировали между собой, что создавало сложности. Можно подумать, что «великий» Греф не понимал, на что шел при создании СП, и не подозревал, что системы могут конкурировать. Он думал, что таким образом устранит конкурента? А Волож не подозревал, что Греф по привычке хотел бы устранить конкурента? Неужели основатель «Яндекса» рассчитывал исключительно на материальную выгоду, не подозревая, что в этом случае придется чем-то поступиться. Ведь известно, что «бесплатный сыр может быть только в мышеловке».

После, так сказать, реструктуризации совместного предприятия и в этой связи возникающих вопросов создается впечатление, что сделка оказалась какой-то слепой и непродуманной! Расставаясь с «Яндекс-деньгами», Греф не подозревал, что IT-компания может создать альтернативу проданному Сбербанку проекту? Наивно полагать, что не создал бы.

Когда произошла реструктуризация СП, практически все эксперты предположили, что «Яндекс» обрел, таким образом, в лице Грефа мощного врага. Сейчас выходит, что «Яндекс», создавая свою финансовую экосистему, лезет как бы на рожон? Тогда что это за такая мирная реструктуризация и можно ли назвать ее мирной, как и реструктуризацией? И почему в рамках этой так называемой реструктуризации Греф не предусмотрел условий, ограничивающих «Яндекс», например, в течение нескольких лет с момента свершения сделки в создании альтернативных проектов? Очередной промах Грефа? Не слишком ли много промахов для одной сделки?! Судя по всему, пока что в этой наметившейся «борьбе» между главой Сбербанка и основателем «Яндекса» выигрывает явно Волож. Хотя последние события, связанные с планами по пересмотру Россией соглашения об избежании двойного налогообложения с Нидерландами, где зарегистрирована компания «Яндекс», могут сыграть на руку Грефу.