Мысль значительной части немецкой элиты о стремлении переиграть европейский тренд за счет бюрократических хитростей в отношении «Северного потока — 2» на днях подтвердилась более чем явно.

Укладка трубопровода «Северный поток ‑ 2»
Укладка трубопровода «Северный поток ‑ 2»
© Nord Stream 2. Аксель Шмидт

С одной стороны, Берлин, вместе с 26 другими странами (воздержалась только Болгария), еще в апреле 2019 на Совете ЕС утвердил обновленную версию газовой директивы (2009/73/ЕС), фактически окончательно блокирующую российский проект «Северный поток».

По ней под действие Третьего энергопакета подпадают не только сухопутные трубопроводы, но проходящие через территориальные воды стран-членов ЕС. Значит, идея обойти ограничения с трубопроводом OPAL при помощи альтернативной трубы NEL как бы не сработает. Нормы по выделению одному поставщику не более 50% мощности распространятся и на нее.

Однако немцы сумели найти бюрократическую лазейку. Бундестаг таки принял закон, несколько поправляющий техническую часть Третьего энергопакета. По нему полномочия решать, что ему соответствует, а что нет, передаются немецкому национальному регулятору — Федеральному сетевому агентству. И вот с этого места начинается интересное.

В Киеве новость приняли с большой радостью. Мол, Германия наконец уступила Общей Европе и имплементировала Газовую директиву ЕС, и теперь «Газпрому» точно крышка. Но люди более здравомыслящие указывают на тот факт, что в строгом соответствии с директивными нормами регулятор имеет полное право выдавать исключения. Как постоянные, так и временные, сроком до 20 лет.

И все идет к тому, что из-под ограничений может быть выведен не только второй, но даже и первый «Северный поток», уж слишком велико к тому желание участвующих в проектах компаний: австрийской OMV, французской Engie, британо-голландской Shell и немецких Wintershall и Uniper.

Северный поток ‑ 2
Северный поток ‑ 2
© Nord Stream 2. Paul Langrock

Впрочем, пока окончательные заключения делать еще рано. Во-первых, все сказанное выше все еще остается только в области предположений. ФСА окончательный вердикт еще не вынесло. Крайним сроком принятия решения называется середина апреля 2020 года.

С другой стороны, штраф польского антимонопольного регулятора UOKiK французской компании Engie создал важный прецедент, позволяющий Варшаве вмешиваться (и даже опротестовывать в международных судах) решения национальных органов соседних государств, действующих на собственной территории.

Так что в теории стоит ожидать очень важной битвы между польским антимонопольным регулятором и Федеральным сетевым агентством ФРГ, самым непосредственным образом способной повлиять на перспективу всего Евросоюза в целом.

В случае польской победы может сложиться уникальная ситуация, когда фактическим центром ЕС станет Варшава. Но согласится ли с этим Берлин и как далеко он намерен пойти для предотвращения подобного — сейчас становится самым главным вопросом ближайших шести месяцев.