Начало нынешнего года добавило к общим проблемам отечественного здравоохранения череду серьезных провалов при поставке в государственные медицинские учреждения лекарственных средств. С момента приема новых правил, которые вступили в силу в начале года, компании начали массово отказываться от участия в госзакупках. Причиной тому введение необоснованно низкой начальной максимальной цены контракта (НМЦК), главной целью которой вроде бы должно было стать выравнивание закупочных цен по всей стране.

Поставщики лекарств пытаются диктовать правила
Поставщики лекарств пытаются диктовать правила
Vestikamaza.ru

Реальность тяжко ударила по рынку и интересам больных. По данным СМИ, за первое полугодие по 47 тысячам тендеров госучреждений на закупку лекарств не подано ни одной заявки. Речь идет почти о 30% тендеров в стране. В последний год количество сорванных аукционов, на которые не вышел ни один поставщик, выросло вдвое. Производители массово отказываются поставлять в больницы, а также по программам льготного обеспечения пациентов лекарства по демпинговым ценам, на которых настаивает государство. В результате, в системе госзакупок лекарственных средств создалась патовая ситуация — объем поставок резко упал, а монополизация столь же резко выросла. Последствия всего этого уже переживают сотни тысяч, если не миллионы больных и члены их семей. А пока на примере одной компании попробуем проанализировать степень деградации системы.

Согласно мониторингу применения федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» по итогам I — III кварталов 2018 года (данные Минфина России), среднее количество заявок на один лот, подаваемых участниками конкурентных способов закупок в рамках 44-ФЗ, составило 2,97. Эта цифра чуть ниже нормальных значений уровня конкуренции, которые находятся в диапазоне от 3 до 7 участников закупки на одну процедуру. Меньшие значения характеризуют рынки, на которых присутствуют факторы, ограничивающие конкуренцию.

Может ли одна компания обеспечивать 2/3 всех закупочных процедур (по НМЦК), заявленных Минздравом России и при этом на всех выигранных площадках быть единственной подавшей заявку? То есть выигрывать многомиллиардные лоты в отсутствие реальной конкуренции? Оказывается, да. По итогам исследования госзакупок лекарственных препаратов (ФЗ №44) за период с 1 января 2018 года по 31 августа 2019 года на долю АО «Фармстандарт» приходится 66,14% (по объему НМЦК) всех закупочных процедур, и в 100% всех закупочных процедур Минздрава с участием АО «Фармстандарт» торги проходят в отсутствии заявок других поставщиков.

Лекарства
Лекарства
Publicdomainpictures.net

Более того, в отчетном периоде АО «Фармстандарт» принимало участие в 681 закупочной процедуре на сумму более 70 млрд рублей, когда способом проведения всех закупочных процедур являлся аукцион электронный. По итогам закупок, проведенных считающимся одним из самых конкурентных способов, 98,13% закупок в рублевом эквиваленте прошли с участием единственного принимавшего участие в закупках поставщика — АО «Фармстандарт», компания вышла «победителем» в 668 случаях. На долю закупок с наличием реальной конкуренции пришлось только 0,92% от общего объема закупок. И что важно, при наличии более одного участника, Фармстандарт смог выиграть не более половины заявленных лотов — 12 из 25.

Наименование

Количество/ шт.

Доля от общего количества/ %

Объем/ руб.

Доля от общего объема/ %

1

2

3

Всего торговых процедур (электронных аукционов)

681

100%

71 907 262 313

100%

Из них:

С единственным участником

631

92,66%

70 564 714 211

98,13%

С одним допущенным участником

25

3,67%

681 660 660

0,95%

Конкурентные торги (более одного допущенного участника)

25

3,67%

660 887 442

0,92%

Из них:

Победитель АО «Фармстандарт»

12

392 671 297

Победитель — другая компания

13

219 680 665

Низкий уровень конкуренции фактически приравнивает конкурентные способы определения поставщиков к закупкам у единственного поставщика.

Мало кто усомнится в том, что большинство из перечисленных факторов лежат на совести госзаказчика. Как известно, именно заказчик чаще всего, манипулируя цифрами и формальными требованиями, обеспечивает неравные шансы конкурентов, а порой просто лишает возможности участия в торгах альтернативных, а зачастую и более эффективных исполнителей заказа. Вопрос, почему условия закупки в течение уже достаточно длительного срока формируются под определенные компании, собирающие с торговых площадок многомиллиардные урожаи, остается открытым. Не исключено, что в случае с Фармстандартом решающую роль в этом играет лоббирование интересов компании на очень высоком уровне, вплоть до министерских кабинетов и личные высокие связи председателя совета директоров общества Виктора Харитонина.

Как пример можно привести не совсем давнюю историю с размещенной Минпромторгом на сайте государственной автоматизированной информационной системы «Управление» Стратегии развития российской фармацевтической промышленности на период до 2030 года.

Видимо, не иначе как по странному стечению обстоятельств, документ сей был создан Алексеем Владимировичем Торговым — полным тезкой руководителя проектов по взаимодействию с органами государственной власти фармацевтической компании Biocad. Какую выгоду мог извлечь Харитонин через Александра Торгова остается только догадываться. Хотя и без стратегии развития Биокад вполне комфортно и сыто чувствует себя на фармацевтическом рынке. Так, по данным «Коммерсанта» в 2018 г. Минздрав отдал Биокаду и Фармстандарту (обе принадлежит Харитонину) тендеров на 44,4 млрд рублей. А это половина бюджета госпрограммы «Семь нозологий».

Последствия такого «рыночного поведения» удручают. Закрепление за поставщиком огромного сегмента закупок крупных заказчиков приведет к худшему сценарию, а самое главное — к возможному снижению качества лекарств. С рынка могут быть вытеснены не только средние и мелкие поставщики, но и крупные отечественные и зарубежные производители, недополучающие необходимого им оборота поставок.

Для здоровья
Для здоровья
guvo59

Монополизация рынка может приводить к завышению цен, т. е. к понижению эффективности закупок, что не выгодно заказчикам, которые могли бы исполнить больший объем возложенных на них обязательств, понеся меньше расходов. Однако, монополизация рынка не всегда способствует завышению цен. В ряде случаев монополисту может быть выгодно поддерживать низкий уровень цен, таким образом концентрируя рынок на себе в еще большей степени. В этом случае рыночные механизмы постепенно скорректируют весь рынок закупок в сторону понижения цен, что приведет к недополучению необходимых для поддержания оборота прибылей частью поставщиков. А это, в свою очередь, вытеснит их со своего сегмента рынка и приведет к еще большему снижению конкуренции. Монополизация рынка практически всегда бьет по всем участникам, а страдают конкретные люди, которым не от кого ждать помощи.

Несомненно, правительству есть над чем работать, чтобы решить уже назревшие острые проблемы в фармацевтической отрасли и не допустить в ближайшем будущем негативного сценария, связанного с несовершенством закупочных процедур, необоснованным снижением цен и качества лекарств. Однако работу эту необходимо делать, исходя исключительно из интересов граждан и отрасли, в частности, и страны, в целом. Думая о здоровье нации и забыв о порочных связях и собственных интересах. А вот как будет развиваться ситуация, появятся ли новые регламентирующие оборот лекарственных средств документы, призванные защитить механизмы свободного рынка и здоровой конкуренции, покажет время.