В своей знаменитой статье от 1954 года «Экономическое развитие при неограниченной обеспеченности рабочей силой» будущий нобелевский лауреат по экономике Артур Льюис пришел к выводу, что «центральной проблемой в теории экономического развития является понимание процесса, посредством которого сообщество, которое ранее экономило и инвестировало 4%-5% национального дохода, превращается в экономику, в которой добровольные сбережения составляют примерно 12% или 15% национального дохода или более». Этот процесс, утверждал Льюис, «является центральной проблемой, поскольку ключевым фактом экономического развития является быстрое накопление капитала…», пишет Чжан Цзюнь в статье для издания Project Syndicate.

Китай
Китай
Ольга Шклярова © ИА REGNUM

Читайте также: Bloomberg: Иран пытается вернуть себе влияние Персидской империи

Исследования Льюиса очень важны для понимания быстрого роста инвестиций в Китае в последние десятилетия. Однако рост инвестиций в Китае был основан на гораздо более объемных национальных сбережениях, чем Льюис мог бы себе представить. Теперь этот рост становится подвержен всё большим рискам. Китаю теперь следует перейти к модели экономического развития, в основе которой будет лежать масштабное внутреннее потребление.

Такой переход будет представлять собой серьезный сдвиг в экономике. В течение 30−40 лет Китай использовал индустриализацию, ориентированную на экспорт, для поддержания быстрого экономического прогресса. Так же, как Япония и другие быстрорастущие восточноазиатские экономики, Китай успешно инвестировал свои огромные сбережения в производство, ориентированное на экспорт. По мере того, как избыточная рабочая сила продолжала перемещаться из сельского хозяйства в экспортные сектора экономики, уровень сбережений продолжал расти.

Шэньчжэнь
Шэньчжэнь
SSDPenguin

На фоне быстрорастущей обрабатывающей промышленности, ориентированной на экспорт, внутренние услуги и сектора китайской экономики, не связанные с внешней торговлей, включая телекоммуникации и финансы, были всесторонне защищены и существенно подавлены. Уровень этой защиты обычно был излишне высоким. Такая структурно несбалансированная стратегия позволила сохранить относительно низкую долю доходов в ВВП от внутреннего потребления. Это привело к постоянно увеличивающемуся положительному сальдо торгового баланса Китая по отношению к другим странам, особенно в отношении США. Сложившаяся ситуация способствовала увеличению риска возможных торговых трений и даже торговых войн.

Примерно 15 лет назад Китай столкнулся с огромным давлением со стороны США и других ведущих экономик мира, которые потребовали от Пекина сократить сальдо торгового баланса. Китай был вынужден увеличить свои расходы на инвестиции во внутреннюю инфраструктуру и строительство жилья, что привело к подорожанию юаня, поэтому экспорт стал более дорогим. В результате положительное сальдо торгового баланса Китая упало с примерно 8,6% ВВП десятилетие назад до сегодняшнего почти сбалансированного уровня. Однако Китаю пришлось заплатить высокую цену за эту временную перебалансировку. Несмотря на то, что рост инвестиций в инфраструктуру может привести к снижению чрезмерной экономии, слишком большие инвестиции в инфраструктуру могут привести к возникновению макроэкономической нестабильности и ненадежному резкому росту. Именно это и произошло. Еще до мирового финансового кризиса 2008 года экономика Китая начала двигаться по нездоровой траектории роста. С тех пор Китай продолжает идти в неправильном направлении, ускоряя кредитную экспансию, наращивая инвестиции в строительство инфраструктуры и недвижимости до рекордно высоких уровней.

После более чем десяти лет непрерывного роста внутренних инвестиций Китай столкнулся со стремительным ухудшением общей производительности и снижением рентабельности капитала. Рост ВВП замедляется из-за ухудшения производительности и почти наверняка не вернется к прежним уровням. Хуже всего то, что страна сталкивается с огромными макроэкономическими и кредитными рисками, которые могут существенного ограничить рост будущих инвестиций.

Производство электроники в Шэньчжэни
Производство электроники в Шэньчжэни
Steve Jurvetson

Все это говорит о том, что китайская модель, основанная на высоком уровне сбережений и высоких темпах роста внутренних инвестиций, полностью исчерпала себя. Выход заключается в том, чтобы перейти к модели развития, которая позволит снизить чрезмерный уровень сбережений в стране. Неспособность Японии сделать аналогичный шаг привела к коллапсу финансового пузыря в начале 1990-х годов. Тем не менее даже сейчас Китай, похоже, не осознает, что ему необходимо сократить свои сбережения. Китай должен переориентироваться с экспорта на развитие огромного внутреннего рынка с населением в 1,4 млрд человек. Для этого понадобится открыть для иностранных компаний доступ к сфере услуг и секторам экономики, не связанным с внешней торговлей, чтобы расширить предложение. Китай обладает огромным рыночным потенциалом в сфере телекоммуникаций, здравоохранения, социального обеспечения, образования, развлечений, финансов и страхования.

Читайте также: The Guardian: в чем причины роста военной напряженности в Арктике?

Подобное переориентирование позволило бы обеспечить устойчивый уровень занятости и компенсировать потери рабочих мест, вызванные структурным сдвигом от ориентированного на экспорт производства. Еще более важно то, что предоставление иностранным компаниям доступа к секторам экономики, не связанным с внешней торговлей, помогло бы увеличить потребительский спрос, сдержать чрезмерный рост сбережений и повысить доходность инвестиций.

Китай достиг поворотного момента в своем экономическом развитии. Поскольку риски несбалансированной модели становятся всё более очевидными, Китаю следует переориентироваться на внутренний рынок. Это не только разумный способ управления сбережениями страны, но и ключ к победе в любой торговой войне с США.