Арбитражный суд Татарии в рамках дела о банкротстве бывшего председателя правления «Татфондбанка» Роберта Мусина признал недействительными и договор дарения квартиры общей площадью 520 кв. м в Казани, переданный его дочерям, и договор дарения доли в праве на гараж, которую получила племянница банкрота. Имущество будет возвращено в конкурсную массу и реализовано с торгов для погашения долгов экс-банкира, которые к концу декабря 2018 года могут превысить 22,5 млрд рублей, передаёт корреспондент ИА REGNUM.

С молотка
С молотка

Напомним, у республиканского банка, где власти региона имели на тот момент свыше 40% доли, проблемы начались еще в ноябре 2016 года. А 15 декабря 2016 года регулятор ввёл в ТФБ временную администрацию, призванную помочь в решении возникших проблем. Попытка не удалась, и уже в начале марта 2017 года банк лишился лицензии, а Роберт Мусин поста, и стал фигурантом ряда уголовных дел, связанных с выводом активов, мошенничеством.

В апреле 2017 года банк был обанкрочен, и его долги перед более 18 тыс. кредиторами на начало ноября 2018 года превышают 166,639 млрд рублей. Конкурсный управляющий ТФБ в августе 2017 года инициировал банкротство бывшего банкира, и первым этапом была введена реструктуризация задолженности, продлившаяся до середины июля 2018 года. Восстановить платежеспособность не удалось, и Роберт Мусин был объявлен банкротом, было начато формирование конкурсной массы для последующей продажи имущества. ТФБ на сегодня является самым крупным кредитором Мусина, а в конце декабря будет рассмотрено ходатайство банка о включении в реестр 21,5 млрд рублей ущерба по четырём эпизодам уголовных дел, расследование которых завершено.

Читайте также: Взыскание 21 млрд с экс-главы «Татфондбанка» отложили

Финансовый управляющий и кредиторы начали активно оспаривать ранее заключённые Робертом Мусиным сделки. В частности, было оспорено дарение несовершеннолетним дочерям банкира квартиры общей площадью свыше 520 кв. м, расположенной в так называемом «посёлке нефтяников» в Казани. Дарение было оформлено в феврале 2017 года, когда проблемы ТФБ уже были очевидны. Расположенные вблизи Казанского кремля апартаменты в случае, если решение не будет обжаловано, возвратят в конкурсную массу и реализуют. Основанием изъятия жилья, которое ответчиком ранее заявлялось как единственное, стало обнаружение иной жилой недвижимости у семьи Мусиных.

Представитель конкурсного управляющего ТФБ Татьяна Ерохина в суде заявила, что тогда же, когда отчуждалась квартира, был отчуждён и жилой дом в поселке премиального класса Большие Ключи общей площадью свыше 1,3 тыс. кв. м.

«Площади этих помещений гораздо превышают предусмотренные минимальные нормы проживания», — цитирует Ерохину издание «Бизнес-онлайн», которая добавила, что «получается, что сейчас семья Мусиных пользуется как квартирой на улице Тельмана, так и жилым домом в Больших Ключах», потому что в квартире имеет регистрацию Роберт Мусин, а в доме — его супруга.

Решение суда о признании договора дарения недействительным ещё может быть оспорено.

В тот же день суд расторг и договор дарения доли в праве на гараж, оформленный на племянницу Роберта Мусина 30 мая 2016 года.

Позицию суда поддержали и горожане.

«Он ответит за все: за слезы, за страдания, за мытарства людей. Всё отнять! Всё до копейки!», «Домик» площадью 1300 кв. м, отделанный по классу люкс, в экологической зоне рядом с Казанью стоит не менее 250 млн рублей. Дело чести и справедливости обратить это имущество в конкурсную массу», «А кто деньги потерял в его банке, копившие на маленькую хрущевку? Им что делать-то?», «Меня с моими двумя несовершеннолетними детьми выставили из единственного жилья, прислав письмо, что ТФБ требует освободить квартиру к 1 ноября. Пусть выметаются из своих хором», «Вкладчикам пора применять меры, которые применяет ВТБ, нанимая иностранных детективов для поиска имущества должников за границей», — пишут участники дискуссии.

Как сообщало ИА REGNUM, ранее судом был признан недействительным брачный договор четы Мусиных, заключённый в период реструктуризации задолженности по банкротному делу бывшего главы ТФБ. Посчитав, что договор заключён «с целью причинить вред имущественным правам кредиторов», компания «Аида и Д» и ТФБ обратились в суд.

«В соответствии с п. 7 ст. 213.26 Закона о банкротстве в конкурсную массу включается часть средств от реализации общего имущества супругов (бывших супругов), соответствующая доле гражданина в таком имуществе, остальная часть этих средств выплачивается супругу (бывшему супругу). Если при этом у супругов имеются общие обязательства (в том числе при наличии солидарных обязательств либо предоставлении одним супругом за другого поручительства или залога), причитающаяся супругу (бывшему супругу) часть выручки выплачивается после выплаты за счет денег супруга (бывшего супруга) по этим общим обязательствам. Заявители обоснованно и законно считают, что продажа имущества, как целого объекта, с последующим включением в конкурсную массу должника ½ денежных средств от цены реализации наиболее экономически целесообразна, чем продажа ½ доли права собственности этого имущества. Таким образом, в результате заключения брачного договора причинен вред имущественным правам кредиторов Мусина P. P.», — отмечалось в определении суда и уточнялось, что «брачный договор заключен должником и ответчиком в ходе реструктуризации долгов гражданина в отсутствие выраженного в письменной форме предварительного согласия финансового управляющего».

Читайте также: Битва за капиталы: брачный договор экс-главы «Татфондбанка» оспорен