В проекте поправок в российский госбюджет на 2018 год, опубликованном на сайте Министерства финансов РФ, говорится, что текущий год Россия может завершить с профицитом бюджета в 441 млрд руб. или 0,45% от ВВП. Кроме того, по прогнозам Минфина, объем российского ВВП в 2018 году (в текущих ценах) может оказаться на 0,7% больше, чем прогнозировалось. Также Минфин понижает цель по инфляции потребительских цен на 2018 год с 4% до 2,8%.

Причиной столь оптимистичного прогноза является признание роста цены на нефть, который, по оценкам ведомства, может обеспечить российскому бюджету на 12% больше нефтегазовых доходов, чем планировалось. Прогноз по нефтегазовым доходам бюджета повышен до 17,03 трлн руб. с предыдущих 15,26 трлн руб., при этом расходы бюджета останутся на прежнем уровне.

Конечно, можно говорить, что профицитом госбюджета Россия может быть обязана только высокой цене на нефть, а если разразится очередной мировой экономический кризис, и нефть опять подешевеет, то весь профицит бюджета опять сменится дефицитом. Но это не совсем так, завила корреспонденту ИА REGNUMзаместитель директора аналитического департамента Альпари Наталья Мильчакова.

Даже, несмотря на то, что углеводороды все еще являются основной статьей российского экспорта, российская экономика в настоящее время более устойчива к кризисам, чем пять лет назад.

«Есть, во-первых, механизм таргетирования инфляции, сочетающийся с плавающим обменным курсом рубля. Это позволяет ЦБ РФ в периоды экономического подъема наращивать золотовалютные резервы, а в периоды кризиса их не тратить на поддержку рубля, а экономить на будущее.

Во-вторых, Фонд национального благосостояния, формирующийся за счет нефтегазовых сверхдоходов, превышающих целевой уровень, используется в периоды кризисов на поддержку производственных проектов общенациональной значимости, то есть расходы ФНБ в период кризиса могут быть направлены на инвестиции в реальный сектор, а это будет способствовать созданию новых рабочих мест, внедрению новых технологий и скорейшему выходу из кризиса, если таковой возникнет.

В-третьих, у экономики России также появились собственные механизмы адаптации к санкциям и иным внешним рискам, кроме макроэкономических, такие как импортозамещение и поиск новых рынков сбыта», — пояснила эксперт.

Тем не менее, по ее мнению, пока рано говорить, что российской экономике теперь не страшны никакие кризисы. Экономические кризисы периодически возникают, и будут происходить, пока существует рыночная экономика. Да и развитые страны от кризисов тоже не застрахованы. Если экономика, государственные и рыночные институты уже способны адаптироваться в достаточно короткие сроки к негативным внешним факторам, то население будет переносить кризисы в любом случае болезненно.

«Новый кризис, даже если окажется недолгим, обязательно нанесет удар по реальным и, возможно, даже по номинальным доходам населения, а значит, и по потребительскому спросу. На наш взгляд, негативные социальные последствия возможных кризисов могут решаться путем перехода от плавающего к достаточно предсказуемому курсу рубля. И решение этой проблемы реально даже без трат золотовалютных резервов», — сказала Мильчакова.

В периоды кризиса или даже в периоды длительных обвалов рубля можно будет подумать о возвращении к продаже экспортерами государству части валютной выручки, а также о том, чтобы наше государство продолжило сокращать зависимость от активов в долларах и евро, заменяя их на золото и переходя к расчетам с потребителями российской нефти в иных валютах, чем доллар и евро.

«Таким образом, в России будут еще и сформированы защитные механизмы на случай, если США по каким-то понятным только им причинам захотят отключить Россию от долларовой экономики. Вероятность этого очень мала, но нужно всегда держать порох сухим и готовиться к любым неприятным сюрпризам от непредсказуемых западных партнеров России», — высказала свое мнение эксперт.

Читайте также: Профицит бюджета-2018 за I кв. составил 1,5% ВВП