На Сахалине расселят 115 забытых сёл, но проблема актуальна для всего ДФО

Дальнему Востоку нужна «генеральная уборка» и точный расчёт расходов

Южно-Сахалинск, 29 марта 2018, 09:58 — REGNUM  Совет Федерации утвердил корректировку госпрограммы по развитию Дальнего Востока. В это же время в Сахалинской области власти работают над региональным законом о расселении 115 умирающих посёлков. Проблема актуальна для всего Дальнего Востока — во всех регионах ДФО имеются сотни разбросанных по тайге сёл, в которых почти не осталось людей. Такие населенные пункты создавались во времена СССР, преимущественно при ресурсодобывающих предприятиях, там, где нужна была просто вахта. Но годы прошли, ресурсы закончились, предприятия ушли, а люди остались. Эти населенные пункты проедают бюджет — он содержит там котельные, школы, медпункты, прочую инфраструктуру, но никакого развития в этих поселениях нет и быть уже не может. Нужно ли предусмотреть в госпрограмме по развитию ДФО средства на расселение таких поселков? Нужна ли Дальнрему Востоку большая «генеральная уборка»? — выяснял корреспондент ИА REGNUM.

Читайте также: Как избавиться от умирающих поселков Дальнего Востока?

С января 2018 года облдума Сахалина работает над региональным законом о расселении умирающих поселков островного региона. Законопроект сложный, тем не менее парламентарии намерены довести дело до конца. На сегодняшний день уже подсчитано: расселение необходимо 115 населенным пунктам Сахалинской области. Численность каждого из этих поселений — не более 100 человек, всего в 115 сёлах проживает 2867. На каждое из этих сёл тратятся бюджетные средства, а толку для людей от этого нет, развития там нет и быть не может.

В 32 поселках людей нет вообще, в 37 — проживает до 20 человек, в 22 селах — от 21 до 50 человек. Население 24 сел — от 51 до 100 человек.

В поселке Пильво, например, люди лишились крова после стихии 2015 года и вынуждены снимать жилье в районном центре. В шахтерском поселке Тельновск Углегорского района в былые времена, когда работала шахта, насчитывалось более 4 тыс. человек, а сейчас проживают всего несколько семей.

Такие населенные пункты есть почти в каждом районе островного региона. И пока нет закона — у местных властей нет и правовых оснований для переселения людей в рамках программы по переселению из ветхого и аварийного жилья.

А содержать инфраструктуру в таких селах власти, напротив, обязаны — обеспечивать тепло, воду, электричество, возить детей в школы.

«В ближайшее время минстрой Сахалинской области внесет проект закона. Пилотный проект запустим уже в следующем году. Опробуем механизм на нескольких, самых малочисленных, селах региона. Дело это для Сахалина новое, наверняка возникнут какие-то правовые коллизии. Но совершенно точно могу сказать: переселение людей будет только добровольным, причем согласие должны дать все жители села. Такое решение они смогут принять на общем собрании. И в дальнейшем люди с помощью жилищных сертификатов смогут приобрести жилье в любом районе Сахалинской области», — сказал депутат облдумы Сахалина Александр Болотников.

Поначалу была надежда на программу «Дальневосточный гектар» — вот сейчас поедут люди возрождать село! Но — увы, возрождать село никто не хочет. Гектары все стремятся получить на юге острова, поближе к морю.

«Есть хорошие села — Лесогорское, Поречье. Там очень много земли, хорошей земли. Но туда никто не едет. Потому, что очень далеко от Южно-Сахалинска, нет инфраструктуры, ничего нет», — добавил Александр Болотников.

Работы властям Сахалина и Курил предстоит много.

Но проблема умирающих сёл, как уже говорилось, характерна для всего Дальнего Востока. Если подсчитать, сколько расходов несут региональные бюджеты на содержание таких поселений — станет по-настоящему страшно. Страшно еще и потому, что все эти многомиллионные расходы, что называется, «не в коня корм»: люди в таких селах дичают, молодежь бежит при первой же возможности, а старики живут в страхе, что в нужное время не смогут добраться хотя бы до ближайшего фельдшера.

Анализ ситуации с умирающими поселками необходим всему Дальнему Востоку — макрорегиону необходима «генеральная уборка», чтобы средства, предназначенные на развитие, тратились с умом, во благо людей, а не ради того, чтобы поддерживать едва теплящуюся жизнь в сотнях полупустых деревень по всему ДФО. Чтобы люди, наконец, увидели развитие Дальнего Востока не только в столицах регионов, но и в муниципалитетах.

Читайте также: Один выпускник на село: в сахалинских деревнях почти не осталось детей

Нужно ли предусмотреть в Федеральной программе по развитию Дальнего Востока средства на расселение опустевших поселений? Нужен ли каждому региону закон, аналогичный тому, который разрабатывают сегодня на Сахалине? Выяснять эту лучше всего в муниципалитетах.

«Я думаю, нужен. Я также считаю, что подходить к этому вопросу нужно очень осторожно. Это сложный вопрос. Главная сложность в том, что решать проблему нужно комплексно. Просто переселить людей из сельской местности в районный центр — что они будут здесь делать? Значит, нужно подумать о том, чтобы их жизнь действительно улучшилась, чтобы у них была возможность заниматься хозяйством, чтобы у них была работа, зарплата. Пустеют ведь, и вам это известно, не только отдаленные таежные села. Вот Ванино — крупный порт, развивающийся. А нас в советское время было более 54 тыс. человек, а сейчас всего 33 тыс. Почему люди уезжают? Да просто всё — уезжают за лучшей жизнью, туда, где эта жизнь дешевле. И никакими асфальтированными дорожками эту проблему не решить. В советское время у нас не было ни роскошной Ледовой арены, ни прочих вещей. А люди сюда ехали сотнями. За высокими заработками. Ну, вот возьмем Комсомольск-на-Амуре — там одна стройка на другой, за город взялись всерьез. А миграционные потери по 2017 году почти 1,5 тыс. человек, демография ухудшается. В Ванино также, растет только Хабаровск. На Дальнем Востоке люди должны хорошо зарабатывать, жить в нормальных условиях. А что касается умирающих сёл — да, на их содержание расходуются огромные средства, думаю, нужен и закон, и средства в рамках госпрограммы. И на поддержку живых сёл, где возможно развитие, тоже нужны средства. И при всех прочих, повторю, условиях, это может дать очень хороший эффект», — поделился мнением глава свободного порта Ванино Александр Наумов.

Читайте также: Деревни — призраки: Приамурье ежегодно теряет десятки населенных пунктов

Ликвидация населенных пунктов — дело хлопотное, а для тех, кто прожил там целую жизнь, ещё и болезненное. Сообщение о том, что 115 сел Сахалина подлежат расселению, набрало в социальных сетях сотни комментариев:

«Наоборот! Нужно расселять народ на землю! Многие ли селяне видели те театры в городах? Разве что снаружи! А огород и подворье ближе русскому народу! Зачем селянам, имеющим уже огород и хозяйство в родном селе, начинать всё заново на каких-то ДВ-гектарах?! Пусть обеспечат в селах почту, фельдшера, учителей! И не надо будет ехать в город, смрадом дышать!» — пишут одни сахалинцы.

«Эксперт нашелся!» Ты замани учителя или фельдшера в село, где десять домов остались, 15 человек живет. Кто туда поедет?!» — отвечают другие.

«Подумайте спокойно: закрывают-то поселки, которые когда-то открывались под какой-то проект — шахта, лесозаготовки… Уголь кончился, шахта закрылась, люди остались. То же и с лесными делянами, приисками. Людей в этих посёлках-недоразумениях бросили. Давно пора закрыть! И людей переселить в XXI век. И можно вполне предусмотреть, чтобы они могли хозяйство вести. Жилищный сертификат дает право купить жилье где угодно в области», — спорят третьи.

Читайте также: Граждане России о «Дальневосточном гектаре»: знаем, но ни за что не поедем

Как сообщало ИА REGNUM, регионы Дальнего Востока теряют каждый год целые поселения. Помимо Сахалина, проблема актуальна и для Амурской области — регион в год теряет десятки населенных пунктов. В 17 поселениях нет ни одного жителя, почти в 60 — прописано меньше 10 человек.

Во многих сахалинских селах выпускной бал учителя устраивают для одного-двух учеников.

Отсутствие грамотной демографической политики, грамотной финансовой политики в развитии Дальнего Востока даёт эффект, прямо противоположный ожидаемому: регион продолжает стремительно пустеть.

В Хабаровском крае отсутствие грамотной политики в развитии региона привело к совершенно «кривобокой» ситуации: Хабаровск достиг исторического демографического максимума, сегодня там проживает 617 тыс. человек. А муниципалитеты, включая усиленно развиваемый Комсомольск, теряют население. В регионе также очень много полупустых деревень, некогда созданных при ресурсодобывающих предприятиях.

Непродуманный, оторванный от реалий Дальнего Востока закон о ДВ-гектарах также не даёт ожидаемого эффекта: из 188,5 млн свободных к выдаче гектаров реально оформлено всего 35 тыс. Подавляющее большинство земельных участков в ДФО — непроходимая тайга и болота, они очень далеко от дорог, жилья, прочей инфраструктуры.

Согласно опросу ИА REGNUM, участие в котором приняли почти 35 тыс. человек, россияне хорошо осведомлены о дальневосточном гектаре, но ехать в таежную глушь за куском земли не планируют.

Таким образом, закон о «Дальневосточном гектаре» не только не привлек в ДФО жителей из других регионов РФ, но и не особо удержал на родной земле местных — в 2017 году чистый миграционный убыток макрорегиона составил 17,4 тыс. человек, по прогнозу Росстата, в 2018 году он увеличится почти в два раза — до 30 тыс.человек.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.
×

Сброс пароля

E-mail *
Пароль *
Имя *
Фамилия
Регистрируясь, вы соглашаетесь с условиями
Положения о защите персональных данных
E-mail