Пока законодатели и правительство спорят о границах водоохранной зоны Байкала, его берега активно осваивает турбизнес, вероятно — в надежде на скорое решение вопроса в их пользу. Такой вывод можно сделать из статьи «Соло на топоре», опубликованной «Восточно-Сибирской правдой». Иркутские коллеги посетили Ольхон — один из самых больших островов Байкала. Вместе с прилегающими островками он входит в Прибайкальский национальный парк и действительно является «сердцем» сибирский жемчужины — географическим, историческим и сакральным центром озера.

Байкал
Байкал
Светлана Шаповалова © ИА REGNUM

Но с недавних пор главной мелодией Ольхона стало «соло на топоре»: в безветренную погоду его отчётливо можно услышать во многих населённых пунктах острова. К примеру, в Хужире, где располагался самый большой на Байкале Маломорский рыбозавод (ныне разорившийся), активное туристическое освоение острова началось 13 лет назад, когда «Иркутскэнерго» провело электричество. Все эти годы власть закрывала глаза на нелегальные гостиницы, слив нечистот в почву и размещение в береговой черте. Но теперь сами «нарушители» стали обращаться с жалобами на незаконное строительство и невиданные до того экологические проблемы — разрушение ландшафтов, загрязнение воды, появление зелёных водорослей.

Кстати, местные теперь стараются не брать воду возле населённых пунктов, говорят, это опасно для здоровья. Одна из турбаз в Хужире работает что называется «на широкую ногу»: забронировать номер можно через сайт. Иркутских коллег смутили также манипуляции со статусом земли: земельный налог с ЛПХ многократно ниже, чем с земель гостиниц, баз отдыха и прочих мест размещения.

Много удивительного нашлось и в деревне Харанцы. Когда-то это был маленький населённый пункт, жители которого занимались скотоводством. Сейчас Харанцы растянулись в ширь и практически к берегу Байкала. А кто-то уже зарезервировал участки в самой бухте, огородив землю забором, уходящим в воду. Иркутские коллеги обратили внимание, что и здесь данные публичной кадастровой карты расходятся с реальной ситуацией: в Харанцах много турбаз, они размещаются на землях для дачного некоммерческого партнёрства, индивидуального жилищного строительства или для личных подсобных хозяйств.

Урочище Песчаное, где раньше находился лагерь, состоявший в системе ГУЛАГ, тоже постигли изъятия из границ Прибайкальского национального парка для организации личного подсобного хозяйства. Однако на деле выяснилось, что и там хозяева организовали места для проживания туристов.

Статья иркутских коллег ещё раз подтвердила опасения по поводу истинных целей проекта по десятикратному сокращению водоохранной зоны Байкала — узаконить туристический бизнес и скрыть значительные нарушения природоохранного законодательства.

Напомним, на сегодняшний день площадь действующей водоохранной зоны озера Байкал составляет 57,2 тыс. км2, в её границах расположено 159 населенных пунктов с населением порядка 128,4 тыс. человек, 167 объектов социальной и инженерной инфраструктуры, 40 мест размещения ТКО, около 40 кладбищ, 28 автозаправочных станций и проходит порядка 540 км дорог без твердого покрытия. Прикрывшись «научным обоснованием» сотрудников Института географии им. В. Б. Сочавы, чиновники намереваются «скорректировать» границы водоохранной зоны «без ущерба для экосистемы» до 5,9 тыс. км2. В законности данного шага сомневается ряд депутатов Госдумы и общественников и даже природоохранный прокурор.