Химический гигант и федеральная власть под угрозой «лихих 90-х»

Подробности

Самара, 20 февраля 2018, 09:00 — REGNUM  Масштабные антикоррупционные мероприятия в Дагестане, сопровождающиеся арестами крупных чиновников, всё более очевидно приобретают черты системной стратегической операции, способной радикально изменить социально-политический ландшафт не только в регионе, но и далеко за его пределами. Событийный контекст, в который вписан начавшийся разгром дагестанских коррумпированных элит, позволяет утверждать, что обвиняющий в этой связи федеральный центр в «кампанейщине» бывший глава республики Дагестан Рамазан Абдулатипов окончательно утратил чувство политической реальности. Заявляя о том, что таким образом «федеральная власть себя дискредитирует», он не учёл одного важного обстоятельства.

Эта спецоперация календарно совпала с обнародованием «Списка Титова», который содержит 17 фамилий скрывающихся за рубежом от российского правосудия бизнесменов, выразивших желание вернуться на родину. Согласно неофициальной информации, в докладе бизнес-омбудсмена Бориса Титова президенту В. Путину речь могла идти о гораздо большем количестве фигурантов уголовных расследований, готовых возобновить предпринимательскую деятельность в России. Очевидно, что встречным условием является прекращение незаконного преследования со стороны правоохранительных органов. Трудно представить, что накануне президентских выборов высшая власть занимается пустым безответственным популизмом в этом крайне болезненном вопросе. В условиях международного санкционного давления на российскую экономику и внутренних кризисных явлений антикоррупционная борьба и изменение режима взаимоотношений государства и бизнеса являются звеньями одной цепи в стратегии обеспечения национальной безопасности.

Особую остроту эта проблема приобретает в отнюдь не единичных случаях, когда правоохранительный административный ресурс используется не для пресечения экономических преступлений, а, напротив, становится орудием криминального отчуждения производственных активов. Среди тех, кто на себе испытал действие этого механизма и, в результате, был вынужден искать убежища вне его досягаемости, стали владельцы одного из лидеров отечественного химпрома — предприятия ОАО «Тольяттиазот».

В конце 2016 года на территории «Тольяттиазота» спецслужбы обнаружили гранатомет РПГ-18 «Муха», боеприпасы, а также литературу антифедерального содержания. Разоблачение международной террористической ячейки на территории химзавода в Тольятти получило широкий медийный резонанс. Пикантности этой ситуации добавлял режимный статус предприятия, а также стратегический характер его продукции. «Тольяттиазот» является одним из ведущих отечественных и мировых производителей сырья для удобрений и химволокна. Его доля в мировом производстве аммиака по различным оценкам составляет 8−10%. Характерно, что завод может поставлять продукцию за границу по единственному в стране аммиакопроводу, ведущему через территорию Украины в Одессу. Учитывая, среди прочего, и тот факт, что техногенные катастрофы на химическом производстве обладают потенциалом воздействия оружия массового поражения, информация «о террористической ячейке в Тольятти» моментально сделала заголовки. Но на деле пиарный выстрел вышел холостым: «гнездо международного терроризма» оказалось грубой инсценировкой и несло в себе угрозу только для репутации самого предприятия, но и политического руководства России.

17 января по решению Лефортовского суда Москвы был арестован задержанный ФСБ бывший руководитель службы безопасности Бориса Березовского Сергей Соколов, а также его подельники Руслан Мильченко, Алексей Алексеев и Олег Антошин. Следствие обвиняет арестованных по ч. 2 статей 221 и 222 УК РФ в незаконном приобретении и хранении огнестрельного оружия и взрывчатых веществ, а также проверяет их на причастность к инсценировке готовящегося теракта на заводе «Тольяттиазот». РБК со ссылкой на источник в ФСБ сообщил, что Соколов имел интересы на этом промышленном гиганте Самарской области и был заказчиком информационной кампании, направленной на дискредитацию его руководства и владельцев. Косвенно это подтверждается тем, что ещё в 2015-м году в интервью «Комсомольской правде» Соколов заявил, что «некоторые российские олигархи занимаются финансированием запрещённой в России ультранационалистической организации «Правый сектор» (организация, деятельность которой запрещена в РФ). Сразу после обнаружения на заводе террористического тайника Соколов в СМИ напрямую обвинил владельцев предприятия в связях с международным терроризмом и организации киевского майдана в 2014 году.

Логика вступления Сергея Соколова в вероятный преступный сговор с руководителями службы безопасности «Тольяттиазота» с целью организации лжетеракта понятна. Пронести на территорию режимного предприятия с совершенной системой охраны и видеонаблюдения оружие и экстремистскую литературу без «компетентного содействия» изнутри практически невозможно. Характерно, что задержание фигурантов этого дела прошло в лучших традициях «указки сверху». По утверждению источников РБК в ФСБ и МВД на эту группу вышли в рамках расследования причастности высокопоставленных силовиков Самарской области к деятельности ОПГ «Законовские» («Барыги»). 9 января депутат Госдумы Андрей Луговой направил генеральному прокурору Юрию Чайке просьбу провести проверку в порядке надзора за следствием по делам о связях самарских силовиков с этим преступным сообществом. Луговой утверждал, что сотрудники самарских областных управлений МВД и СК могут содействовать укрывательству преступлений «Законовской» криминальной группировки и незаконному возбуждению уголовных дел в её интересах.

Это заявление депутата Госдумы не лишено оснований. У того же Соколова, вполне вероятно, были возможности взаимодействия с местными силовиками для дискредитации руководства предприятия. В начале 2017 года тольяттинский угрозыск неожиданно обнаруживает кокаин у финансового директора «Тольяттиазота», хотя его коллеги в один голос утверждали, что он никогда не принимал наркотики. Затем на предприятии были проведены обыски в рамках расследования уголовного дела по факту аварии, якобы произошедшей в январе 2016 года. Была блокирована работа заводоуправления. При этом было известно, что никаких аварий в то время на заводе не происходило. В нашумевшем деле с имитацией террористической организации на территории тольяттинского химзавода тоже достаточно «случайных совпадений» которые, в подтверждение позиции депутата Лугового, могут указывать на взаимодействие его фигурантов с представителями ОПГ и правоохранительных органов. Согласно одной из версий, злоумышленники воспользовались услугами «законовских», которые пронесли на завод сумку с оружием, боеприпасами и экстремистской полиграфией. А вскоре на предприятие нагрянула полиция с внезапной проверкой, которая обнаружила эти «неопровержимые улики», о чем ИА REGNUM уже сообщало в материале «ФСБ задержало подозреваемых в подбросе оружия на «Тольяттиазот».

Но экс-охранник Березовского и его подельники, а также их возможные сообщники в региональных силовых ведомствах — слишком мелкий калибр, чтобы играть ключевую роль в захвате индустриального гиганта мирового уровня. Они, вероятнее всего, не более чем исполнители в очередном эпизоде сценария поглощения «Тольяттиазота», который разыгрывается на протяжении целого десятилетия. Начало этому процессу было положено в 2007 году, когда принадлежащая «химическому олигарху» Дмитрию Мазепину Объединённая химическая компания «Уралхим» приобрела 9,7 процента акций ОАО «Тольяттиазот».

Происхождение средств, на которые Дмитрий Мазепин приобретал активы своей химической империи, крайне туманно. Ещё в 2002 году он числился сотрудником государственной организации «Российский фонд федерального имущества». Очевидно, приватизационные амбиции будущего олигарха за неимением необходимых средств подпитывались возможностями административного ресурса инстанции, от которой зависели решения по перераспределению бывшей общенародной собственности. В 2002 году Мазепин переходит на работу в должности президента одной из ключевых структур «Газпрома» — АК «Сибур». Ошибку — доверить управление крупной компанией человеку с опытом контроля за распределением чужой собственности — распознали слишком поздно. Через год, в 2003-м, он был с позором уволен руководителем «Газпрома» Алексеем Миллером. Поводом стал организованный Мазепиным вывод из «Сибура» всех наиболее ценных активов, в том числе и химических предприятий. В результате эти активы, которые он позиционировал как убыточные, через управляемые его сообщниками структуры оказались под его контролем. Захват Дмитрием Мазепиным выведенного таким образом из портфеля активов «Сибура» АКХ «Азот» положил начало его химической империи.

Через год после увольнения из Газпрома, в 2004 году, у него уже было достаточно ресурсов, чтобы обыграть прежнего хозяина — «Газпром» — в аукционной борьбе за госпакет акций Кирово-Чепецкого химкомбината. Вскоре комбинат, приватизированный Мазепиным, оказывается в центре громкого скандала. Он отравляет реку Вятка десятикратно превышающими допустимые нормы отходами своего производства, а грунтовые воды — нефтепродуктами и свинцом. По странному стечению обстоятельств Росприроднадзор предпочёл эту экологическую катастрофу не заметить.

Новоявленный «химический олигарх» умудрился грязно наследить и в финансовом ландшафте. Имея кредитный долг Сбербанку в размере 700 миллионов рублей, Мазепин смог получить там дополнительный трёхмиллиардный заём под крайне сомнительное обеспечение. Более того, Мазепин находит свой «фирменный» способ ухода от грозящего кредитного банкротства — вместо продажи проблемных активов — приобретение новых. В центр его внимания попадают процветающие предприятия, которые можно обескровить с целью покрытия накапливающихся в результате его «эффективного менеджмента» долгов и убытков. В 2008 году Мазепин приобретает прибыльный экспортно-ориентированный Воскресенский завод минеральных удобрений и за год доводит его до полного упадка. Некогда процветающее регионообразующее предприятие не в состоянии продать свою продукцию по причине резко упавшего качества и вынуждено провести массовое увольнение сотрудников. Так к списку «достижений» Дмитрия Мазепина добавляется региональный социальный кризис.

В эфире «Эха Москвы» Мазепин откровенно сформулировал свой принцип: «Прибыль — это лицо компании, это критерий. Без прибыли невозможно. Когда все гонятся за прибылью, это очень хорошо». Этим откровением «химический олигарх» поделился весной 2009 года. И в этот же период он начал обустраивать резервный плацдарм в Латвии — открыл там стопроцентную дочернюю компанию своего главного актива — «Уралхима». Цель — контроль экспортных поставок удобрений — фактически единственно доходной статьи этого предприятия. Параллельно в латвийской печати открыто и активно начинает обсуждаться информация о том, что «Уралхим» спонсирует избирательную кампанию неонацистской партии «Visu Latvijai!» и ряда ультранационалистических объединений. К 2011 году латвийские неонацисты увеличивают своё представительство в Сейме в два раза. Местные обозреватели сходятся во мнении, что это — непосредственный результат финансовых вливаний Дмитрия Мазепина. Стремительное развитие бизнеса в Латвии Мазепин сопровождает солидным вложением в свой статус благонадёжного гражданина ЕС — приобретает ведущий футбольный клуб страны «Сконто». При этом российские долги «Уралхима» приближаются к отметке в миллиард долларов, и «химический олигарх» снова начинает «химичить» по привычной стратегии «приобретай и разоряй». С плацдарма своего миноритарного портфеля ОАО «Тольяттиазот» в 9,7% акций он начинает яростную борьбу за это флагманское предприятие отечественной химической отрасли.

В 2012 года по заявлению «Уралхима» против совладельцев и руководителей «Тольяттиазота» было возбуждено уголовное дело. Представителями миноритарных акционеров ОАО «Тольяттиазот» им было предъявлено обвинение в хищении продукции предприятия, неполучении прибыли и нанесении существенного ущерба как самому обществу, так и его акционерам. В результате акционеры ТОАЗа были заочно арестованы. В этом деле много «странностей». В материалах уголовного дела содержатся документы, впрямую опровергающие обвинение. В частности есть документальное подтверждение того, что продукция реализовывалась по официальным договорам и оплата в полном объёме поступала на счета завода. Из этих средств (более 65-и миллиардов рублей) выплачивались налоги, зарплата сотрудникам и осуществлялась модернизация предприятия и выплачивались дивиденды акционерам. На этом фоне сама квалификация дела по статье 159 УК РФ (мошенничество) вызывает закономерные вопросы. По определению мошенничеством является хищение чужого имущества путём обмана или злоупотребления доверием. Утверждение миноритарных акционеров о том, что им нанесён ущерб в виде недополученных дивидендов, упирается в саму логику процесса: решения о выплате дивидендов принимались открыто общими собраниями акционеров, и принимавшими в них участия «обделёнными» миноритариями не обжаловались. Зато в иске фигурирует астрономическая сумма в 84 миллиарда рублей, эквивалентная всему объёму произведённой предприятием продукции за 4 года. Учитывая, что в качестве обеспечительной меры Мещанский суд наложил арест на акции компании, при этом нарушив права всех остальных акционеров, дело приобрело признаки сфабрикованного в интересах Дмитрия Мазепина. А в действиях самого «химического олигарха» всё более явно проступили черты чёрного рейдерства эпохи «лихих девяностых». В самом иске к руководству завода читается намерение Дмитрия Мазепина — выкачать из предприятия оборотные средства для покрытия своих долгов.

В июне 2017 года один из участников этого процесса в качестве потерпевшего — Евгений Седыкин — был признан виновным в попытке рейдерского захвата ОАО «Тольяттиазот». Суд установил, что этот владелец 0,00019 процентов акций завода провел фиктивное собрание акционеров, подделал его протоколы с решением о назначении себя генеральным директором и отстранении управляющей компании предприятия. На основании этих поддельных документов, которые Седыкин предоставил в налоговую инспекцию, были внесены соответствующие изменения в Единый государственный реестр юридических лиц. В декабре 2015 года рейдер инсценировал еще одно общее собрание акционеров с повесткой о распределении прибыли. При помощи поддельных документов он попытался оформить на себя и и свою доверенную компанию право на 4% акций предприятия и присвоить дивиденды в размере 972 млн рублей. Учитывая пенсионный возраст преступника, суд приговорил его к четырём годам условно.

Гражданин Седекин был одним из тех, на чьих свидетельских показаниях в процессе против собственников и руководителей ОАО «Тольяттиазот» строится обвинение. Тем не менее, следствие продолжает считать потерпевшим этого рейдера, совершившего ряд преступлений с целью захвата предприятия. Выглядит это довольно странно на фоне того, что акционеры предприятия находятся под заочным арестом и вынуждены руководить предприятием из-за рубежа.

Очевидно, что ренессанс рейдерства эпохи первоначального накопления капитала ставит под удар не только интересы законных собственников ОАО «Тольяттиазот» и деятельность предприятия. Компания является одним из ключевых налоговых доноров и работодателей Самарской области. Помимо внутриполитических социальных последствий её разорения, немаловажным фактором, учитывая экспортные объёмы этого индустриального гиганта, является угроза внешнеэкономическим позициям страны на мировом рынке химии. Акционеров ТОАЗа в «списке Титова» нет. Но они открыто выражали своё намерение вернуться в Россию при условии прекращения незаконного, по их мнению, уголовного преследования и снятия с них неправомочных обвинений.

Без сомнения сигнал, посланный федеральной властью форсированием антикоррупционной политики и наведением порядка в правоохранительной сфере, сотни таких скрывающихся за границей бизнесменов воспринимают с надеждой и недоверием. Контуры программной избирательной повестки действующего президента в сфере взаимоотношений государства и бизнеса проступают всё более чётко. Осталось дело за серьёзными гарантиями. Удастся ли федеральной власти пресечь ренессанс ненасытного рейдерства в стиле «лихих девяностых» — вопрос стратегический.

Выступая 15 февраля на расширенном заседании коллегии Генпрокуратуры Президент РФ В. Путин очередной раз подчеркнул, что в современной России нет места рейдерству. «Защита предпринимательских свобод и пресечение любых попыток давления на бизнес — по-прежнему важнейшая задача надзорных органов», — заявил Президент РФ В.В.Путин. Силовая вертикаль в России традиционно очень чутко улавливает сигналы политического руководства страны и принимает к исполнению новые инициативы по борьбе с рейдерством. История владельца «Уралхима» Мазепина и его рейдерской группы не станет исключением.

Роман Газенко

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.
×

Сброс пароля

E-mail *
Пароль *
Имя *
Фамилия
Регистрируясь, вы соглашаетесь с условиями
Положения о защите персональных данных
E-mail