Одобрение Сенатом США бывшего губернатора штата Техас Рика Перри на посту министра энергетики США, сопровождаемое назначением бывшего исполнительного директора Exxon Mobil Рекса Тиллерсона в качестве государственного секретаря, произошло на фоне того, как США стали энергетической супердержавой, занимающей ведущие позиции по показателям добычи нефти и газа. Поэтому у администрации Дональда Трампа теперь есть возможность использовать этот энергетический потенциал для внутриполитического развития и достижения внешнеполитических приобретений своей страны, пишет Агния Григас в статье для The National Interest.

Schmucki
Нефть

Так, опыт нового главы дипломатического ведомства США Рекса Тиллерсона в области энергетических рынков может стать значительным активом в достижении целей США во внешней политике, тогда как знание Риком Перри энергетического сектора США поспособствует развитию энергетической политики внутри страны.

Однако в условиях, когда руководящим принципом США является поход «Америка прежде всего!», затрагивающий и энергетическую политику, немаловажным оказывается вопрос о том, будет ли администрация Трампа готовой вставать во главе планеты в этой области и использовать дипломатический потенциал энергетики страны на пользу США или их союзников. На данный момент неясно, будет ли Вашингтон готов взять на себя новую, более смелую энергетическую дипломатию, с помощью которой удастся сдержать противников и врагов Белого дома.

Глобальные энергетические рынки и позиции США в этой области, подчеркивает автор, радикально изменились с тех пор, как в 2009 году пост главы Белого дома впервые занял Барак Обама. В итоге жесткой конкуренции, которая началась в 1980-х, США смогли обойти Россию в качестве крупнейшего производителя природного газа к 2011 году, более того, в 2014 году США стали ведущим производителем нефти.

Такие доминирующие позиции были захвачены не в одночасье. С середины 2000-х годов благодаря североамериканской сланцевой революции стало возможным разрабатывать прежде недостижимые месторождения нефти и газа. Это поспособствовало росту внутренней добычи США более чем на треть, в результате чего она достигла в 2016 году отметки 28 триллионов кубических футов ежегодно. При этом за прошедшие 16 лет доля сланцевого газа выросла с едва ли 1% до 50% в добыче природного газа.

Более того, увеличение торговли природным газом и наращивание инфраструктуры транспортировки газа поспособствовало созданию все более глобального газового рынка. Так, хотя прежде природный газ был региональным ресурсом, зависимым от сухопутных трубопроводов для перевозки, сейчас же он становится все более ликвидным товаром, который можно транспортировать по всему миру в виде сжатого газа. На фоне процветания газодобывающей отрасли США экспорт американского сжиженного газа достиг отдаленных частей планеты в 2016 году. Так, газ стал поставляться в Бразилию, Индию, Кувейт, Испанию, Китай, Мексику и другие страны.

Быстро изменяющиеся условия рынков природного газа также способствовали изменению энергетической геополитики. Баланс сил между бывшими поставщиками-монополистами, такими как Россия, и странами-импортерами, такими как государства ЕС, стал смещаться в пользу последних. Таким образом, США смогут получить значительные преимущества, удовлетворив собственные энергетические нужды, а также получив возможность экспортировать газ в энергетически уязвимые страны — союзники ЕС, что поможет им перестать быть зависимыми от российского газа.

Однако на фоне надежд Трампа на улучшение отношений с президентом России Владимиром Путиным неясно, будет ли подрыв позиций российского гиганта «Газпрома» и продвижение энергетической безопасности ЕС приоритетной задачей для новой администрации. Более того, конкуренция между американскими и российскими интересами может поспособствовать отказу от надежд на американо-российское сближение.

В то же самое время на азиатских рынках позиции США не зацементированы до конца, однако там ждут, как отмечает автор, поставки сжиженного газа из США. Тем не менее Трамп вывел США из переговоров по Транстихоокеанскому партнерству, которое могло бы поспособствовать доступу сжиженного газа в ряд стран Азии, в частности, — в Японию.

Таким образом, заключает автор, если администрация Трампа, в которую вошли Тиллерсон и Перри, сможет правильно разыграть энергетическую карту, тогда ей удастся кооптировать таких противников, как Китай, и сдержать таких противников, как Россия, при этом способствуя экономическому росту собственных производителей. Для этого необходимо, чтобы США укрепили свои позиции в качестве ведущего игрока на глобальных энергетических рынках, содействуя открытым, надежным и транспарентным потокам природного газа. Администрация Трампа и Департамент энергетики должны признать новый энергетический потенциал США в качестве важного инструмента своей политики. Только так администрация сможет воспользоваться той важной ролью, которую этот товар будет играть в ближайшие десять и более лет.