Рис. 1. Ход среднесуточных значений ПКО ( −•−•−•−), и вызовов скорой помощи (  ∙∙∙◦∙∙◦∙∙◦∙∙∙) в Вятских Полянах в августе 2010 года
Рис. 1. Ход среднесуточных значений ПКО ( −•−•−•−), и вызовов скорой помощи ( ∙∙∙◦∙∙◦∙∙◦∙∙∙) в Вятских Полянах в августе 2010 года

«Половина городского населения живёт в условиях высокого уровня загрязнения воздуха».

Владимир Путин

«Сокрытие должностными лицами фактов и обстоятельств, создающих угрозу для жизни и здоровья людей, влечет за собой ответственность в соответствии с федеральным законом».

Статья 41 Конституции РФ

Одной из актуальнейших экологических проблем России в настоящее время является увеличение содержания озона в приземной атмосфере (тропосфере) и нарастание его токсического действия на население и окружающую среду. Загрязнение приземной атмосферы озоном — существенная опасность для здоровья населения нашей страны. Существует прямая взаимосвязь между уровнем озона в приземной атмосфере и состоянием здоровья населения, распространенностью ряда социально значимых заболеваний (респираторных, сердечно-сосудистых, нейродегенеративных), смертностью, состоянием экологических систем и лесов, урожайностью сельскохозяйственных культур.

В настоящее время проблеме приземного озона в нашей стране не уделяется должного внимания.

1. Практически отсутствует государственная система мониторинга приземного озона на территории страны, позволяющая иметь полную, достоверную и оперативную информация об уровнях загрязнения атмосферы в различных регионах страны.

2. Российские медики не информированы об опасном влиянии озона на здоровье.

3. Население не имеет доступа к оперативной информации об опасных уровнях озона в атмосфере.

4. Административные органы не располагают необходимыми методами и средствами контроля и управления ситуацией в этой сфере.

В стратосфере озон (О3) выполняет важную положительную роль для всей биосферы — он экранирует жесткое солнечное ультрафиолетовое излучение, губительное для всего живого. В тропосфере, наоборот, озон проявляет свои особые токсические свойства и является опасным (высшего класса опасности) загрязнителем воздуха. Токсичность озона (О3) проявляется на практике, прежде всего, в результате контакта с ним в газовой среде, то есть во вдыхаемом воздухе. Ввиду высокой химической активности, для проявления токсического действия требуется минимум концентрации. В этом плане озон является почти идеальным БОВ (боевым отравляющим веществом), и, видимо, только по причине технических трудностей его получения, он не оказался первым в истории применения химического оружия в период Первой мировой войны. К счастью, с точки зрения военных, у озона есть крупный недостаток — резкий запах [1].

При повышенных концентрациях озон оказывает вредное воздействие на человека, животных, растительность и материалы. Приземный озон является вторичным загрязнителем атмосферы, и появление его в больших концентрациях свидетельствует о значительном загрязнении воздуха выхлопами автотранспорта и другими продуктами высокотемпературного сгорания. В приземном слое атмосферного воздуха озон образуется в результате фотохимических реакций с участием оксидов азота (NOx), угарного газа (СО), летучих органических соединений (ЛОС) и ряда других веществ, называющихся предшественниками озона. Они могут под действием ветра распространяться от источников эмиссии на сотни километров и в мало урбанизированных сельских районах создавать эпизоды с высокими приземными концентрациями озона (ПКО). Озоновые эпизоды с аномально высокими ПКО могут иметь размеры порядка 1000×1000 км и более. Интенсивная генерация озона в приземном слое атмосферы происходит при повышенных температурах воздуха, и эпизоды с высокими ПКО, как правило, наблюдаются в весенне-летний период.

Озон является единственным загрязнителем, концентрации которого выше в сельской местности, чем в городе.

К вторичным загрязнителям атмосферы относится и формальдегид, обладающий также высокой токсичностью.

В условиях эксперимента [12] под воздействием первичных загрязнителей было повреждено 19 генов в культуре клеток, а вторичные загрязнители (озон, формальдегид, PAN) повредили 709 генов.

Как показали результаты исследований [2−4], во время жаркой погоды в загрязнённой предшественниками (СО, NOx, ЛОС) атмосфере происходит интенсивное фотохимическое образование озона, и его концентрации в городе и за городом могут достигать в России опасных для здоровья величин. Тепловая волна летом 2002 года привела к образованию аномально высоких ПКО на значительной территории нашей страны, причем ПКО в г. Таруса (курортное место в Калужской области) в некоторые дни превышали аналогичные показатели в Москве [2, 4]. Особенности фотохимического образования озона в приземной атмосфере таковы, что его повышенные концентрации могут образоваться за городом, в традиционно курортных местах, там, где нет близко источников его предшественников. Исследования и анализ механизмов образования приземного озона во время тепловой волны летом 2002 года и в последующие периоды показали высокую вероятность и опасность возникновения аномально высоких ПКО на территории России.

Чтобы привлечь внимание властей и научной общественности к кричащей проблеме приземного озона, ИОФ РАН организовал круглый стол в ГД РФ 19 ноября 2009 года по теме: «Новая экологическая угроза для России — тропосферный (приземный) озон». На основании рекомендаций и предложений, высказанных участниками круглого стола (ведущими специалистами Российской академии наук, Росгидромета, Академии инженерных наук им. А. М. Прохорова, РАМН, представителями Минздравсоцразвития, юристами и др., присутствующими депутатами ГД ФС РФ) были приняты следующие решения:

1. Считать загрязнение атмосферного воздуха в России катастрофическим, а возникновение в атмосфере высоких концентраций приземного озона (сравнимого по токсичности с сильнейшими боевыми отравляющими веществами) в результате этого загрязнения — важнейшей государственной проблемой, связанной с национальной безопасностью.

2. Просить фракцию ЛДПР ГД ФС РФ проявить законодательную инициативу по восстановлению базовых положений Федерального закона «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения», ликвидированных Законом №122-ФЗ, и подготовке быстрого варианта изменения Федерального закона «Об охране атмосферного воздуха» (в соответствии с текстом выступления на заседании круглого стола и пояснительной запиской с проектом изменения почетного адвоката России О. А. Яковлевой).

3. Обратить внимание Президента России как гаранта Конституции на фактическое невыполнение ст. 42 Конституции Российской Федерации, в которой утверждается: «каждый имеет право на благоприятную окружающую среду, достоверную информацию о ее состоянии…», поскольку в настоящее время в России отсутствует государственная система мониторинга, позволяющая каждому гражданину получать достоверную информацию о параметрах окружающей среды, в частности таких, как концентрация озона в приземном слое и его предшественников.

Также серьезную озабоченность у участников круглого стола вызвала и «коррекция» (а точнее — разрушение) законодательных основ охраны атмосферного воздуха в нашей стране, в результате чего в Законе 122-Ф3 от 22 августа 2004 года ликвидированы основополагающие статьи 8, 9 и 10 «Об охране атмосферного воздуха».

В результате такой «коррекции» в России за качество воздуха никто не отвечает.

Например, в США правительство взяло на себя ответственность за качество воздуха и за последствия, которые могут возникнуть у населения от воздействия загрязненного воздуха.

Летом 2010 года очередная тепловая волна привела к катастрофическому загрязнению атмосферного воздуха на территории России. Всероссийское совещание по проблеме состояния воздушного бассейна г. Москвы и европейской территории России в экстремальных погодных условиях лета 2010 года, состоявшееся в Москве в Институте физики атмосферы им. А. М. Обухова РАН 25 ноября 2010 года, констатировало:

«Приведенные на совещании данные и результаты их анализа показали, что экстремальные погодные условия лета 2010 года на европейской территории России привели к огромным человеческим и экономическим потерям. Экстремально жаркое лето 2010 г. продемонстрировало недостаточную готовность государственных и муниципальных властей к предупреждению негативного воздействия экологических последствий экстремальных погодных условий. Проблема климатической и экологической безопасности является вопросом национальной безопасности России».

В Московском регионе летом 2010 года отмечались аномально высокие приземные концентрации озона (ПКО) [3]. Средние часовые ПКО в атмосфере столицы в летние месяцы превышали значения 450 мкг/м3, а в городах Зеленограде и Звенигороде были более 500 мкг/м3. В условиях эксперимента 17% крыс погибает за 1 час при концентрации озона 500 мкг/м3. Дополнительная смертность населения России за июль-август 2010 года, по официальным данным, составила около 60 тысяч человек. О таких аномальных концентрациях озона в столице знал лишь узкий круг специалистов-физиков. Больные умирали на руках врачей, и медики не могли понять, что происходит, их никто не поставил в известность об огромных концентрациях озона в атмосфере Москвы. При общении с врачами академиками РАМН выяснилось, что они измеряли в эти жаркие дни только угарный газ в воздухе и ничего не знали про высокие концентрации озона.

Отрицательное воздействие озона на органы дыхания, иммунную и сердечно-сосудистую систему, а также смертность населения детально изучено в зарубежных исследованиях [6−10], (более подробно о проблеме приземного озона можно познакомиться на сайте Института общей физики им. А. М. Прохорова РАН по ссылке: http://www.gpi.ru/trudiof/Vol71.php). В странах ЕС с приземным озоном связывают ежегодную дополнительную смертность более чем 21 тыс. человек, увеличение госпитализаций с заболеваниями органов дыхания (14 тыс.) и рядом других патологий [7, http://www.euro.who.int/__data/assets/pdf_file/0005/78647/E91843.pdf]. Увеличение общей смертности отмечается уже при достижении среднечасовых значений ПКО в 50−60 мкг/м3, причём увеличение смертности и заболеваемости не зависит от других поллютантов (загрязнителей) [7]. В работе Дэвида Бэйтса [6] отмечается, что влияние приземного озона на здоровье населения настолько хорошо изучено за рубежом, что по количеству вызовов скорой медицинской помощи можно косвенно определять концентрации озона в воздухе.

Для исследования влияния ПКО и температуры воздуха в российских условиях нами были сопоставлены данные по вызовам скорой помощи, связанным с сердечно-сосудистыми заболеваниями, среднесуточными ПКО и температуре воздуха в летние месяцы 2008, 2009 и 2010 годов в г. Вятские Поляны (широта: 56°13′ N, долгота: 51°4′ E,). Использовалась база данных станции скорой медицинской помощи в г. Вятские Поляны и база данных автоматической станции мониторинга загрязнения атмосферы «Вятские Поляны». Станция мониторинга входит в сеть станций, созданных для научных исследований ИОФ РАН и предприятием «ОПТЭК» (Россия), станции работают в режиме опытной эксплуатации. Расположение станций показано на Рис.2.

Для измерения приземного озона используется серийный газоанализатор модели 3.02 П-А производства ЗАО «ОПТЭК» (г. С-Петербург), имеющий международную сертификацию в U.S. Environmental Protection Agency (Агентство по защите окружающей среды США). В г. Москва также были сопоставлены данные по вызовам скорой помощи, связанным с респираторными заболеваниями, смертностью и максимальными среднечасовыми концентрациями озона за июль-август 2010 года. Использовалась база данных станции скорой медицинской помощи им. А. С. Пучкова, статистика смертности получена из работы [5], а временные ряды максимальных среднечасовых ПКО за тот же период получены с сайта ГПУ «Мосэкомониторинг». Для обработки временных рядов были использованы методы статистического корреляционного анализа.

Результаты исследований по Вятским Полянам показали, что при высоких температурах воздуха (превышение над многолетней средней температурой — 6,4ºС) и низких ПКО (менее 60 мкг/м3 среднесуточное) статистическая связь этих параметров с количеством вызовов скорой помощи отсутствует. А при воздействии среднесуточных ПКО более 60 мкг/м3, в течение 13 дней подряд в августе 2010 года, коэффициент корреляции между ПКО и количеством вызовов скорой помощи составил статистически значимую величину 0,62. Сильная задымленность от лесных пожаров на юге Кировской обл. уменьшила концентрацию озона и не увеличила количества вызовов скорой помощи. На Рис.1 показаны среднесуточные значения ПКО и количество вызовов скорой помощи в августе 2010 года в Вятских Полянах. Стрелкой показан момент прихода дыма от лесных пожаров в город.

Рис. 1. Ход среднесуточных значений ПКО ( −•−•−•−), и вызовов скорой помощи (  ∙∙∙◦∙∙◦∙∙◦∙∙∙) в Вятских Полянах в августе 2010 года
Рис. 1. Ход среднесуточных значений ПКО ( −•−•−•−), и вызовов скорой помощи ( ∙∙∙◦∙∙◦∙∙◦∙∙∙) в Вятских Полянах в августе 2010 года

Корреляционный анализ рядов максимальных среднечасовых ПКО, вызовов скорой помощи, связанных с внебольничной пневмонией и смертностью для всех групп населения в Москве в июле-августе 2010 г. показал:

— коэффициент корреляции между максимальными среднечасовыми ПКО и внебольничной пневмонией составил величину 0,74 (95% граница = 0,56);

— коэффициент корреляции между максимальными среднечасовыми ПКО и количеством смертей составил величину 0,7 (95% граница = 0,57). Наши результаты исследования показали высокую степень связи концентраций приземного озона с заболеваемостью и смертностью населения.

Результаты исследований также показали и обоснованность отечественного стандарта по озону — среднесуточной ПДКСС=30 мкг/м3. Этот стандарт, в отличие от зарубежных, учитывает и ночные ПКО. В Вятских Полянах в августе 2010 года наблюдались повышенные ПКО и в ночное время, население спало с открытыми окнами, и это могло увеличить дозу отрицательного воздействия озона на человеческий организм [11].

Рис. 2. Сети автоматического мониторинга приземного озона ЕС и ИОФ РАН-«ОПТЭК». В России государственный мониторинг озона с оперативным доступом населения к данным существует только в Москве
Рис. 2. Сети автоматического мониторинга приземного озона ЕС и ИОФ РАН-«ОПТЭК». В России государственный мониторинг озона с оперативным доступом населения к данным существует только в Москве

Летом 2016 года аномально жаркая погода установилась во многих регионах России. 17 августа портал Gismeteo сообщил:

«Малоподвижный высокий антициклон надежно стоит на страже жары, охватывая влиянием не только Урал, но и все ближайшее окружение — от заволжских степей до западносибирской тайги. Столь высокие значения в это время для многих метеостанций являются рекордными. В частности, за последние дни абсолютные суточные максимумы перекрыты в Ухте, Кирове, Перми, Ижевске, Самаре, Магнитогорске и Тюмени. Во вторник, 16 августа, в Оренбургской области зафиксированное самое высокое значение в России (+36,6)».

Такие метеоусловия наиболее благоприятны для фотохимического образования значительных ПКО в атмосфере, с высоким уровнем загрязнения предшественниками озона. В июле 2016 года среднесуточные ПКО в Вятских Полянах превышали предельно допустимую концентрацию (ПДКсс=30 мкг/м3) каждые сутки в два и более раза, а 21 июля она составила рекордную величину 151 мкг/м3. Результаты исследований, приведенные выше, показывают, что воздействие более низких ПКО уже приводит к отрицательному влиянию на здоровье населения и увеличивает количество вызовов скорой помощи, связанных с сердечно-сосудистыми заболеваниями. Для сравнения: в июле 2010 года не наблюдалось превышения максимально разовых (ПДКмр=160 мкг/м3, среднее за 20 минут) ПКО, а в июле 2016 эта величина была превышена 148 раз по времени. Превышение ПДКмр по времени в августе 2016 года за месяц составило 5280 минут (264 раза), а в августе 2010 года 80 минут (4 раза). В 2015 году максимальные среднечасовые ПКО (с усреднением по всему годовому массиву) выросли на 30% по сравнению с 2010 годом. Рост этих величин (положительный тренд) наблюдается каждый год в этом районе. Проведенные нами исследования показали, что ПКО имеют широтную зависимость, а это значит, что в южных регионах России ПКО в жаркий период значительно выше, чем на юге Кировской области в Вятских Полянах.

В документе ВОЗ [7] приводится зависимость роста дополнительной смертности от среднечасовых концентраций озона. Эта зависимость показана на рисунке 3., где видно, что при среднечасовых ПКО 50 мкг/м3 уже наблюдается значительное увеличение смертности населения [7].

Рис. 3. Зависимость роста дополнительной смертности от максимальных 1-часовых концентраций озона при лаге от 0-1
Рис. 3. Зависимость роста дополнительной смертности от максимальных 1-часовых концентраций озона при лаге от 0-1

Российскими учеными (Сидоренко В. Н., МГУ) была проведена стоимостная оценка ущерба здоровью населения от загрязненного атмосферного воздуха в отдельных российских регионах в 2002 году.

Субъект Федерации

Общий ущерб в млн евро

Доля ущерба от ВРП

Республика Башкортостан

1477

7%

Республика Татарстан

1076

4%

Нижегородская область

1133

6%

Свердловская область

1743

8%

Челябинская область

1405

8%

В целом по России, где проживает, по экспертным оценкам, до 3,6 млн детей с бронхиальной астмой, суммарные экономические последствия от грязного воздуха оцениваются в 58−75 млрд рублей в год. Суммарная по России денежная оценка смертности и заболеваемости, обусловленных загрязнением атмосферного воздуха, составила €36−37 млрд в год, что составило 5,3−5,8% от валового регионального продукта (ВВП) — это больше, чем на все здравоохранение и экологию.

Наибольший ущерб от загрязнения атмосферного воздуха для здоровья населения России приходится на столичные мегаполисы. Согласно расчетам эксперта Всемирного банка Ксении Львовски, доля ежегодных потерь от преждевременной смертности, обусловленной экологическим фактором, составляет для России величину 6,5% ВВП [Львовски, 2000]. При этом издержки, связанные с загрязнением атмосферного воздуха, были примерно в 10 раз больше издержек, связанных с загрязнением вод.

Кроме того, 95% суммарных издержек были обусловлены смертностью, вызванной загрязнением атмосферного воздуха.

Потери ВРП (валового регионального продукта) от грязного воздуха во многих регионах превышают его рост.

В США и ЕС действуют системы управления качеством атмосферного воздуха, они основаны на принципе достижения и поддержания национальных стандартов (ПДК), а национальные стандарты качества воздуха (ПДК) определяют, исходя из минимизации отрицательного воздействия загрязнителя на здоровье человека. В этом случае ПДК выполняют регулирующую роль, а система управления качеством атмосферного воздуха является инструментом и позволяет властям осуществлять экологическую политику сбережения своего населения. Правительство в США отвечает за качество воздуха в своей стране и за последствия, которые возникают от этого качества. Результаты постоянно проводимых эпидемиологических исследований являются основанием для ужесточения ПДК. Например, в публикации правительственного агентства США по защите окружающей среды EPA [13] приводятся данные по очередному ужесточению ПДК по озону на величину 30 мкг/м3. Такая мера позволит сократить только количество смертей от озона в 5 раз! Организация врачей-пульмонологов в США строго следит за последствиями для здоровья от грязного воздуха и принуждает правительство постоянно ужесточать ПДК. Также для снижения ПКО выполняются многолетние государственные программы по снижению эмиссии предшественников озона. Для минимизации вреда здоровью населения, например в США, проводятся «озоновые дни». Так как высокие ПКО бывают весной и летом, то в это время власти штатов совместно с департаментами здравоохранения, транспорта и экологии организуют мероприятия для защиты населения от высоких ПКО.

В нашей стране, к сожалению, предельно допустимые концентрации загрязняющих веществ (ПДК) не выполняют регулирующую роль, а являются только показателями качества атмосферного воздуха. Эти показатели позволяют в официальных документах сравнивать качество воздуха в наших городах и на этом основании делать выводы о результатах проводимой властями работы по очищению воздуха. Из Госдоклада [14]:

«В 2014 году наблюдения за загрязнением атмосферного воздуха в России проводились в 252 городах, на 697 станциях, из них регулярные наблюдения Росгидромета выполнялись в 229 городах на 636 станциях, в 3 населенных пунктах дополнительно проводились эпизодические наблюдения. По данным Росгидромета, в 51 городе (24% городов) уровень загрязнения воздуха характеризуется как высокий и очень высокий. В этих городах проживает 19% городского населения. В 2013 году высокий и очень высокий уровень загрязнения отмечался в 123 городах (57% городов), что составляло 52% городского населения России. Резкое изменение показателя загрязнения воздуха в городах обусловлено не улучшением качества воздуха, а связано лишь с установлением в 2014 г. нового значения ПДКсс формальдегида — более чем в 3 раза выше использовавшегося ранее значения. При использовании для оценки прежнего значения ПДКсс формальдегида, количество городов, в которых уровень загрязнения атмосферы оценивается как высокий и очень высокий, составило бы 107 городов. В Москве резкое снижение уровня загрязнения атмосферного воздуха также связано с изменениями ПДКсс формальдегида при четко выраженной тенденции роста его концентраций за последние 10 лет».

Вот так Москва и несколько десятков городов были удалены из списка самых грязных городов и стали считаться «чистыми». Благодаря порядочным и мужественным специалистам в Росгидромете мы пока еще можем знать, чем мы дышим и от чего умирает наше население.

А о приземном озоне у нас официальные органы говорят или хорошо или ничего. Много лет звучат требования о ликвидации отечественных стандартов по озону. Авторский коллектив [15] по поводу приземного озона констатирует факт роста ПКО в сельской местности и требует:

«В то же время превышения предельно допустимых среднесуточных концентраций в фоновых районах отмечаются в 80−90% случаев, что указывает на недостаточную обоснованность данного норматива, требует его отмены…»

Следует сказать, что в СССР при установлении отечественных ПДК наши ученые применяли самые чувствительные тесты (например, биоэлектрическая реакция мозга), а западные ученые, наоборот, самые грубые — раздражение глаз, першение в горле. Дальнейшие исследования за рубежом показали, что дополнительную минимальную смертность среди населения могут вызывать концентрации озона 20−50 мкг/м3, а принятая в СССР среднесуточная ПДК по озону равна 30 мкг/м3 и обеспечивает минимальную защиту населения в группах риска. На Западе пришлось потратить многие миллиарды долларов и годы на научные исследования, чтобы получить этот результат, а отечественные ученые еще в 60−70-е годы прошлого века получили исчерпывающие результаты.

Наши отечественные стандарты самые безопасные, их нет необходимости изменять, тем более ликвидировать.

Проблема тропосферного озона является мультидисциплинарной проблемой, для решения которой требуется: 1. Внедрение современной высокоавтоматизированной системы мониторинга тропосферного зона и его предшественников (такая система давно готова к внедрению в России на 100%, но внедрена в Казахстане); проведение исследований в области биологии, фундаментальной и клинической медицины, анализа и оценки складывающейся ситуации, сопоставления с санитарными и эпидемиологическими данными, поиска и фиксации закономерностей, разработки методов и технологий информирования населения и органов управления и администрации, прогнозирования и моделирования процессов, разработки методов и подходов к снижению рисков, действий по снижению рисков, работы в области просвещения и обучения.

Для последовательного и контролируемого продвижения к цели — чистому воздуху в первую очередь необходим инструментгосударственная система управления качеством атмосферы, основанная на достижении и поддержании национальных стандартов качества воздуха, которая включала бы в качестве одного из элементов инструментальные средства мониторинга озона и его предшественников в приземной атмосфере.

Для эксплуатации станций в регионах, обработки и анализа получаемых данных, привязки данных к региональной эпидемиологической и санитарной ситуации, организации оповещения населения и местных администраций могут быть использованы, например, возможности и кадровые ресурсы местных университетов.

Цели и направления дальнейшего использования получаемой информации

Оценка опасности озона для условий России

Исследование токсикокинетики озона, острых реакций и хронического воздействия на людей его повышенных концентраций. Определение токсического воздействия как кратковременных концентраций озона (среднечасовых, среднесуточных), так и хронических (месяц, год), определение групп риска и возникающих у них проблем со здоровьем.

Оценки рисков

Исследование влияния озона на смертность и оценка влияния на заболеваемость. Исследование влияния на здоровье и анализ цены выигрыша. Выявление переносимости воздействия в популяциях и способов обратимости ущерба для здоровья.

Меры, снижающие риски

Уменьшение выбросов предшественников озона трудно себе представить технически в ближайшее время, кроме того, это не устраняет проблему в мегаполисах. К снижению рисков воздействия озона могут приводить кондиционирование помещений и очистка воздуха, тотальный мониторинг и информирование населения о ситуации, обучение мерам снижения воздействия с помощью доступных средств. Кроме того, могут быть эффективны коррекция поведенческих стереотипов, работа с группами риска (дети, пожилые люди, больные), повышение резистентности организма за счет изменения диеты и образа жизни.

Контроль озона в приземной атмосфере, прогнозирование воздействия приземного озона на население

Накопление и сбор результатов мониторинга, изучение наблюдаемых трендов озона. Разработка методов моделирования и прогноза. Изучение влияния озона на изменения климата. Исследование механизмов образования и транспорта озона в атмосфере. Определение источников эмиссии предшественников озона и оценка перспектив эмиссии предшественников в будущем. Определение взаимосвязи эмиссии предшественников озона с другими проблемами окружающей среды.

Разработка, внедрение и применение индикаторов влияния озона на здоровье населения

К таким индикаторам могут быть отнесены: снижение лёгочной функции, количество потерянных рабочих дней, дни с применением медпрепаратов, количество вызовов скорой помощи, увеличение приступов астмы, количество госпитализаций, количество дополнительной смертности и другие факторы.

Литература

1. Баллюзек Ф.Б., Арчба З.И., Челибанов В.П. В кн.: Озон в медицине. СПб, 2005. стр. 65

2. Беликов И. Б., Егоров В. И., Еланский Н. Ф., и др. Положительные аномалии приземного озона в июле-августе 2002 г. в Москве и ее окрестностях. Известия РАН. Физика атмосферы и океана 2004; 40(1): 75−86.

3. Звягинцев А.М., Котельников С.Н., Кузнецова И.Н., и др. Аномалии концентраций малых газовых составляющих в воздухе европейской части России и Украины летом 2010 г. Оптика атмосферы и океана 2011; 24 (07): 582−588.

4. Котельников С.Н., Миляев В.А., Саханова В.В., Положительные аномалии концентрации приземного озона в атмосфере некоторых фоновых районов. В кн.: Проблемы экологического мониторинга и моделирования экосистем. М.: ИГКЭ; 2009; ХХII: 227−234.

5. Зайратьянц О.В., Черняев А.Л. и др. Структура смертности населения Москвы от болезней органов кровообращения и дыхания в период аномального лета 2010 года. Пульмонология 2011 (4): 29−33.

6. Bates, David V., Ambient Ozone and Mortality. Epidemiology 2005 16 (4): 427−429

7. Markus Amann, Dick Derwent et all. Health risks of ozone from long-range transboundary air pollution. WHO 2008 Regional Office for Europe.

8. Hollingsworth JW, Kleeberger SR, Foster WM. Ozone and pulmonary innate immunity. Proc Am Thorac Soc. 2007; 4:240−246.

9. National Research Council, Committee on Estimating Mortality Risk Reduction and Economic Benefits from Controlling Ozone Air Pollution. Estimating Mortality Risk Reduction and Economic Benefits from Controlling Ozone Air Pollution. National Academy Press, 2008.

10. Srebot V, Giancolo EAL, Rainaldi G, at. al. Ozone and cardiovascular injury. Cardiovasc Ultrasound 2009; doi:10.1186/1476−7120−7-30, p.1−8.

11. Котельников С.Н., Степанов Е.В. Влияние умеренных концентраций приземного озона на здоровье населения в г. Вятские Поляны и аномально высоких в г. Москва летом 2010 г. // Труды конференции «Загрязнение атмосферы городов» г. Санкт-Петербург, 1−3 октября 2013 г. стр.104−105.

12. Julia E. Rager, 1 Kim Lichtveld, 1 Seth Ebersviller, et al. A Toxicogenomic Comparison of Primary and Photochemically Altered Air Pollutant Mixtures // Environmental Health Perspectives • volume 119 | number 11 | November 2011 p.1583−1589.

13. Bob Weinhold. EPA’s Ground-Level Ozone Standard Redux (http://ehp.niehs.nih.gov/118-a115/).

14. «Государственном докладе о состоянии и об охране окружающей среды в 2014 году» (http://www.ecogosdoklad.ru/2014/wwwAir12.aspx).

15. Демин В.И., Звягинцев А.М., Кузнецова И.Н. О действующих в Российской Федерации нормативах по содержанию озона в атмосферном воздухе // Экология человека 2009, №.01