Между тем именно это событие является весьма важным для российской портовой отрасли. На съезде Российского профсоюза докеров 10 ноября председатель одноименного профсоюза Василий Козаренко заявил о том, что РПД находится в поисках варианта соединения с РПСМ. Фактически руководитель профсоюза признал, что самостоятельное существование некогда сильного и влиятельного профессионального объединения подошло к концу.

Митинг докеров, г. Владивосток
Митинг докеров, г. Владивосток
Deita.ru

Лидер российских докеров, не так давно заявлявший о «действительно свободном и независимом профсоюзе», признал деятельность руководства профсоюза несостоявшейся, а РПД — не способной в одиночку защитить интересы рабочего класса организацией. В доказательство Козаренко привел неутешительную статистику: всего с начала 2016 года ряды профсоюза покинула тысяча докеров, и если бы не Крым и его 600 новых штыков, съезд можно было бы скорее считать последним в истории РПД.

Можно говорить о сложных временах и необходимости объединения усилий, но это не отменяет вопроса, как в отстаивании интересов докеров может помочь добровольная передача своего голоса профсоюзу пусть братской, но все же другой отрасли моряков. И не просто профсоюзу — а представителю Международной федерации транспортников (ITF), чьи хозяева в Лондоне с таким упорством ежегодно продлевают санкции в отношении России. И как обойти такой неудобный для нынешнего руководства факт, что в истории РПД были времена и посложнее. Разница лишь в том, каковы реальные цели — права докеров или личные политические амбиции.

На то чтобы развалить авторитетное профсоюзное движение с 26-летней историей, ушел не один год. Заявление Козаренко — лишь констатация факта заката РПД. Помимо потерь в рядах РПД за 2016-й год в активе профсоюзных лидеров и еще одна неудачная акция во Владивостоке. Напомним, там без работы остались 59 докеров, поверивших в свое время, что «отстоять работу можно только с профсоюзом», и где даже прокуратура и местная общественность сделали, пожалуй, больше для защиты интересов портовиков, чем сам профсоюз. Можно вспомнить и акцию солидарности с докерами 7 июля. Вне сомнения, «like» под фото в соцсетях — очень мощное и действенное «оружие пролетариата».

Последним ярким и отчасти продуктивным мероприятием под эгидой РПД стала «итальянская» забастовка в Санкт-Петербургском порту, которой как раз на днях исполнился год. Но именно эта забастовка показала всю неготовность профсоюзной верхушки к конструктивной работе, неспособность учиться новым методам работы в изменившемся законодательном поле.

Докеры «голосуют ногами» все активнее. И это еще один факт. Растущее недоверие к лидерам, которым не по силам воплотить в жизнь громкие и, действительно, жизненные лозунги с собственных плакатов, у докеров тоже началось не вчера. Похоже, что заявление о слиянии с РПСМ — это попытка обменять оставшийся человеческий капитал на место в руководстве более состоятельной организации.

После прошлогодней акции профсоюзов в Санкт-Петербургском порту активность руководителей профсоюзных организаций явно пошла на убыль.

С марта ничего не слышно об Анзоре Ломтадзе. От санкт-петербургской профсоюзной ячейки осталось чуть более половины. Выборы в городе прошли, политическая ситуация стабилизировалась.

Знамя РПД на какое-то время подхватил Эдуард Журавлев в туапсинском порту: ему удалось несколько раз пригласить съемочную группу «Первого канала» к закрытым воротам порта. На этом его активность практически закончилась

Руководитель профсоюза Василий Козаренко был чуть более медийно активен: встречи на камеру с министром транспорта, пресс-конференция на телевидении, участие в съездах, собраниях и заседаниях, фотографии с освобожденным Леонидом Тихоновым. Правда, во Владивостоке 8 августа на митинге докеров, где его личный пример так нужен был рабочим, Василий Васильевич замечен не был, как и нет его рядом с уволенными докерами в зале суда.

Поверить же в то, что растворение в мощной команде РПСМ с крутыми зарубежными спонсорами как-то спасет движение докеров, сложно даже самому ярому оптимисту.

РПД, как и РПСМ, и раньше входил практически во все российские профсоюзные объединения России, созданные как раз для борьбы за права трудящихся совместными силами. Но если руководство РПСМ и тогда не считало нужным протянуть руку равному по статусу РПД, с чего такое желание возникнет к подчиненному, который и так никуда не денется? В 2015-м в Санкт-Петербургском порту моряки хотя бы отметились на митинге докеров, в 2016-м во Владивостоке РПСМ был лишь сторонним наблюдателем. А ведь там докерам нужна помощь не лозунгами, а с юридической, дипломатической поддержкой.

В то же время за последние годы, после переворота на Украине, в портах Польши и Финляндии докеры, связанные c ITF как раз по предлагаемой Козаренко модели, несколько раз бросали работу по разгрузке российских судов потому, что судовладельцы не хотели подписывать коллективный договор с международными профсоюзами. Еще один факт: при слиянии с международным профсоюзом моряков докерским организациям отведено четкое место в пирамиде: обеспечивать работу «боевого звена» ITF со стороны суши, блокируя работу на «провинившихся» судах.

Зарубежных докеров еще можно понять: их разрыв контрактов, недополученные доходы в российский бюджет, падение грузооборота и, как следствие, доходов наших портовиков — не интересует, они всего лишь выполняют приказ. Вопрос, готовы ли российские докеры менять свою свободу и независимость в выборе методов борьбы на роль сообщников, по сути, рейдерских захватов судов и активного вывода отчислений от своих зарплат за границу, иностранным профсоюзам?

В ключе «только бизнес, ничего личного» ликвидация РПД выглядит достаточно логично: рядовое поглощение сетевой мегакорпорацией местного самостоятельного предприятия. Интерес корпорации прозрачен: расширение влияния, понятны и аргументы «владельца» РПД — дивиденды, место в совете директоров, снятие ответственности за будущее. Судьба сотрудников никого не интересует — куда они денутся, рынок небольшой, а поражение в правах, иногда и в зарплате, подчинение корпоративным правилам, какими бы дикими иногда они ни казались, — мелочь, с которой со временем мирятся все.

Достижение монополии, в данном случае, над умами и душами российского рабочего класса — вполне естественное желание с точки зрения международного тред-юниона. Было бы даже познавательно наблюдать этот захват, если бы под ударом не оказывались национальные интересы. Как манипулировать сознанием рабочих, да еще в таких стратегически важных для России местах, как порты, их учить не надо. Плюс хорошая копейка от докеров (зарабатывающих по сравнению с остальными в России очень неплохо). С каждой докерской зарплаты отчисляется процент в фонд ITF. Таким образом, российские докеры за свои деньги будут не только содержать бюрократический зарубежный аппарат, но и по факту будут отправлять деньги, заработанные в России, на непрозрачные иностранные счета.

В любом случае окончательное решение, по пути ли РПД с РПСМ и их лондонскими профсоюзными боссами, могут принимать только сами докеры.

Читайте ранее в этом сюжете: От профсоюзов до спортсменов: как «воспитывают» Россию

Читайте развитие сюжета: Профессиональные союзы: Золотая жила профессиональных больных