Сегодня мы переживаем мутацию капитализма, при которой он в качестве инструмента конкуренции начинает использовать не рост производительных сил, а те или иные средства «промывки мозгов», такие как маркетинг, дизайн и другие. С помощью этих средств, которые, разумеется, использовались и ранее, но все-таки не были основными, начинают завоевываться новые рынки и «умы» покупателей. Стало понятно, что если «промыть мозги» новой целевой аудитории с целью заставить ее покупать, то можно получить гораздо больше прибыли, нежели от создания нового продукта. Все новое — это старое в новой обертке, гласит главный лозунг маркетингового дизайна. Но нечто подобное мы наблюдаем и в других сферах. Властная конкуренция, подобно конкуренции в сфере производства, идет лишь за то, кто будет властвовать в новой глобальной деспотии, а не за то, кто будет возглавлять развитие и прогресс, которые, видимо, уже больше никого не интересуют.

Статуя свободы
Статуя свободы
Иван Шилов © ИА REGNUM

Логика этой мутации сильно напоминает траекторию движения некоторых древних цивилизаций, в которых устанавливался особый контроль над сознанием после того, как развитие, быстро достигнув высокого уровня, прекращалось. Поэтому стоит задуматься над тем, не имел ли изначально тот «движок», на котором столь быстро взлетел капитализм, нечто сходное с «движком» тех древних цивилизаций и не лежит ли в их основе нечто сходное?

Вот что пишет о древней, очень развитой Хараппской цивилизации (ок. 3300 — 1300 до н. э) религиовед Мирча Элиаде в своем трехтомнике «История веры и религиозных идей»:

«Что особенно поразило первых археологов, так это единообразие и стагнация хараппской культуры. Никаких изменений, никаких новшеств за всю ее тысячелетнюю историю (два вышеупомянутых города были, возможно, столицами «империи»). Эту непоколебимую устойчивость можно объяснить разве что существованием режима, базировавшегося на некоей форме религиозной власти».

Руины Хараппской цивилизации. Дхолавира — резервуар для воды.
Руины Хараппской цивилизации. Дхолавира — резервуар для воды.
Lalit Gajjer

Сходными чертами обладала и крито-минойская цивилизация. Она отличалась высокой развитостью, но при этом археологи обнаружили доказательства огромного расслоения между богатыми и бедными при отсутствии заградительных сооружений и заборов. То есть никто и не думал поднимать какое либо восстание. Кроме того, в районе развалин Кносского дворца на Крите, были обнаружены останки детских тел, свидетельствующие о том, что смерть наступила в результате ритуального жертвоприношения. Также стоит упомянуть, что Крит является родиной бога богатства Плутоса и Рога изобилия.

Как свидетельствуют древние греческие и индийские мифы, а также раскопки и памятники культуры, в обоих цивилизациях был культ богинь-матерей. На Крите это был культ Кибелы или родственный ему, а в Хараппе, скорее всего, имел место культ Кали или родственной ей по значению богини. Схожесть же культов Кали и Кибелы легко подтвердит любой религиовед.

Символом «свободы, равенства и братства» Великая Французская революция сделала фригийский колпак. Он надет на символ Французской республики Марианну, а также его носили революционные санкюлоты. Изображение Марианны во фригийском колпаке появилось и на монетах Французской республики. Кроме того, на них же изображалась богиня Геката.

Фригийский колпак, согласно мифам, носил возлюбленный Кибелы Аттис. Кроме того, в древние времена Фригия (территория современной Турции) была одним из основных мест, где поклонялись Кибеле. Там же был и город Лагина, где был построен большой храм Гекаты.

Культы обеих богинь — восточного происхождения и имеют много общего. Так, один из основных атрибутов Кибелы, пара львов, часто появлялся и на изображениях Гекаты. Кроме того, одна из римских посвятительных надписей IV века н. э. (то есть как раз — эпохи римского упадка) гласит:

«Секстилий Агесилай Эдесий, наимогущесвеннейший властитель <…> отец непобедимого солнца, бога Митры, иерофант (верховный жрец — прим. авт.) Гекаты, верховный пастырь Диониса, возрожденный навеки, принес в жертву быков и баранов и так посвятил сей алтарь великим богам, матери богов и Аттису».

Эжен Делакруа. Свобода, ведущая народ. 1830
Эжен Делакруа. Свобода, ведущая народ. 1830

«Матерью богов» называли Кибелу. То есть тут мы видим фактически слияние культов Гекаты и Кибелы. Кроме того, надо отметить, что культ солнца в более древние времена олицетворял бог Гелиос. Гелиос считался дядей Гекаты, и его культ всегда прочно ассоциировался с ней, что, в частности, видно по характерным лучам на головах обоих божеств. Это подтверждает и фрагмент утраченной пьесы Софокла «Землекопы» (V век до н. э):

«Ты, о Гелий-владыка и пламень святой, Перекрестков царицы, Гекаты, доспех! Ведь тобой на высотах Олимпа она Потрясает, тебя по распутьям несет, Увенчавши дубовой листвою главу И плетеньем из змей ядовитых».

Кроме того, именно к этой мифологии отсылает знаменитая американская Статуя Свободы, которая является, по сути, копией одного из 7 чудес света — Колосса Родосского. Колосс Родосский же, в свою очередь, это и есть бог солнца Гелиос.

Таким образом, «свобода», которая была провозглашена и США, и Великой Французской революцией символически обусловливалась этим мифологическим комплексом, который адресует к культам Гекаты и Кибелы. Культы же эти адресуют к очень темным началам. Культ Кибелы имел оргиастический характер, был связан с безумием, приходя в которое, поклонники этой богини часто себя оскопляли. Геката же являлась богиней смерти, некромантии и колдовства.

Возлюбленный Кибелы Аттис в Фригийском колпаке
Возлюбленный Кибелы Аттис в Фригийском колпаке

Однако, как известно, зло сильно. А архитекторы модерна, в том числе Гоббс, «официально» заявляли, что «человек человеку волк», и исправлять эту ситуацию они не собираются. А собираются перенаправить эту энергию, обузданную рамками закона и протестантской этики (по Веберу) на развитие. Поэтому нет ничего удивительного, что при помощи этой энергии за короткий срок был очень серьезно преобразован мир. Однако, судя по всему, такое «благое» действие зла имеет свои границы, к которым капитализм сегодня подошел. Развития больше не будет, а будет только чистое господство, к которому капитализм и начинает переходить, при этом переставая уже быть капитализмом в собственном смысле слова. Мир начинает разделяться на дегуманизирующихся господ и на бунтующих рабов, беснования которых мы сегодня наблюдаем на улицах США. И у тех, и у других все сложнее находить человеческие черты. И это неудивительно. Ведь предыдущий путь подразумевал работу зла, которая выжигала все человеческое в человеке, о чем справедливо писал Маркс в «Манифесте Коммунистической партии»:

«Буржуазия, повсюду, где она достигла господства, разрушила все феодальные, патриархальные, идиллические отношения. Безжалостно разорвала она пестрые феодальные путы, привязывавшие человека к его «естественным повелителям», и не оставила между людьми никакой другой связи, кроме голого интереса, бессердечного «чистогана». В ледяной воде эгоистического расчета потопила она священный трепет религиозного экстаза, рыцарского энтузиазма, мещанской сентиментальности».

Геката на монете Французской республики.1879 г
Геката на монете Французской республики.1879 г
Nummi.ru

За прогресс в рамках проекта «Модерн» человечество платило выгоранием человечности. А единственной альтернативой, которая сохраняла человечность и одновременно осуществляла прогресс, был советский коммунизм. Но сегодня СССР нет. И пока Россия не одумалась, я, к сожалению, должен продолжить рассматривать очень зловещую трансформацию оставшегося без миропроектного конкурента, капитализма.

Вот что пишет по поводу специфических культово-мистических трансформаций капиталистического авангарда — протестантов, крупнейший протестантский теолог и евангелист Пауль Тиллих (1886−1965) в своем труде «Систематическая теология»:

«Тот факт, что протестантизм не понял своего отношения к мистицизму, привел к тенденциям отвергать все христианство ради восточного мистицизма (например, дзен-буддистского типа). Одновременное приятие психоанализа и дзен-буддизма некоторыми членами привилегированных классов западного общества (в рамках протестантской традиции) является симптомом неудовлетворенности тем протестантизмом, в котором утрачен мистический элемент».

Утратив свой христианский «мистический элемент», протестантская элита стала переходить в дзен-буддизм и психоанализ, под которым, разумеется, имеется в виду не психоанализ Фрейда, ибо он не может выполнить функцию «мистического элемента», а психоанализ Юнга. Психоанализ же Юнга, по сути, является изощренным оккультным учением, опять же сильно замешанным на восточной эзотерике.

Триединый образ Гекаты (музей Кьярамонти, Ватикан)
Триединый образ Гекаты (музей Кьярамонти, Ватикан)

Такое утверждение Тиллиха особенно интересно в свете того, что ситуация с коронавирусом была отдана на откуп группам евангелистов-протестантов, маркируемых фигурами Дональда Рамсфельда, Майкла Пенса и другими. Я, конечно, не готов утверждать, что Рамсфельд и Пенс являются поклонниками восточного мистицизма, но культурная тенденция, в которую они вписаны, на мой взгляд, налицо.

Об этой тенденции говорил наш великий поэт Осип Мандельштам в статье «Девятнадцатый век» в 1922 году:

«Дух античного беснования с пиршественной роскошью и мрачным великолепием проявился во Французской революции. Разве не он бросил Жиронду на Гору и Гору на Жиронду? Разве не он вспыхнул в язычках фригийского колпака и в неслыханной жажде взаимного истребления, раздиравшей недра Конвента?»

Указав на проявление свободы, как «античного беснования», связанного с «фригийским колпаком», Мандельштам так описывает последующий процесс:

«Из союза ума и фурий родился ублюдок, одинаково чуждый и высокому рационализму Энциклопедии, и античному неистовству революционной бури — романтизму».

И далее:

«Но в дальнейшем своем течении девятнадцатый век ушел от своего предшественника гораздо дальше, чем романтизм. Девятнадцатый век был проводником буддийского влияния в европейской культуре. Он был носителем чужого, враждебного и могущественного начала, с которым боролась вся наша история, — активная, деятельная, насквозь диалектическая, живая борьба сил, оплодотворяющих друг друга. Он был колыбелью Нирваны, не пропускающей ни одного луча активного познания». «…» «Скрытый буддизм, внутренний уклон, червоточина. Век не исповедовал буддизма, но носил его в себе, как внутреннюю ночь, как слепоту крови, как тайный страх и головокружительную слабость».

Харес. Колосс Родосский. ок. 294-282 до н.э
Харес. Колосс Родосский. ок. 294-282 до н.э

А потом, в 1972 году, в докладе «Пределы роста» Римский клуб заявил концепцию «устойчивого развития», которая была создана именно для того, чтобы развитие прекратить. Вот что писал о комплементарности этой концепции восточной метафизике буддолог и член буддийского ордена Фо Гуан Шань Евгений Торчинов в статье «Буддизм и мировая цивилизация в прошлом и настоящем»:

«Необходимость новых идеологий и программ эволюции человеческой цивилизации находит свое выражение во все большем признании актуальности проектов не опережающего, а устойчивого развития. И вот именно здесь опыт буддийских культур с их установкой на солидарное сотрудничество, преодоление влечений и желаний при проповеди этоса разумного самоограничения обнаруживает свою актуальность. Не безудержное раздувание эгоцентризма, лежащее в основе функционирования «свободной» экономики с ее лозунгом безграничного повышения уровня потребления, обретающего онтологический статус ценности par excellence, но свободное самоограничение во имя блага себя и других, того, что древние индийские тексты, не только буддийские, но и индуистские, обозначили как «локасанграха» — «целокупность мира», становится все более и более привлекательным в контексте вызовов XXI века».

Отечественный специалист по тантре Дмитрий Валентинович Поповцев в своей монографии «Бодхисаттва Аволкитешвара» пишет о райской земле Будды Амитабхи следующее:

«На наш взгляд, нет каких-либо существенных оснований сомневаться в чисто индийских корнях амидаистской традиции. В Индии всегда существовали самые разные культы, которые особое значение придавали ритуальному омовению. Еще в доарийский период истории Индии большую роль в жизни городов играли особые водоемы, предназначенные для ритуалов и церемоний, которые именовались puskara. Хорошо известно, что в средневековый период строились масштабные культовые комплексы, включавшие в себя многочисленные бассейны, водоемы и храмы дворцового типа. Страна Амитабхи в том виде, в каком она описана в «Сукхавативьюха сутре», как мы увидим ниже, очень напоминает один из таких комплексов. Мы видим, что большое значение придается воде, которая наделена семью чудесными качествами, полностью отличающими ее от обычной земной воды. Укажем также на такую деталь, как рождение обитателей Сукхавати из лотосов. Лотос — эмблема самых разных богинь-матерей, известная очень многим народам древнего мира».

Cтатуя Будды Амиды. Камакура, Япония
Cтатуя Будды Амиды. Камакура, Япония
Dirk Beyer

Эти города доарийской истории Индии, которые воспроизводятся в райской земле Амитабхи, это Хараппская цивилизация. Если учесть, что тот же Тиллих указывал на то, что протестантизм наиболее близок из восточных учений именно культу Будды Амитабхи, то, может быть, сегодня в лице мутирующего капитализма мы наблюдаем всплытие из древних глубин Хараппской цивилизации богинь-матерей, но уже вооруженной современными технологиями? А почему нет?