Сергей Подгорков — невысокий худой человек с внешностью меланхолика — не пытается выдавать свои фото за шедевры фотоискусства. Ему приходилось слышать мнение о том, что любой мог бы выйти на улицу и наснимать на две такие выставки. Возможно, говорившие это действительно крутые фотографы, без вопросов. Но вот насчет того, что такие фотографии легко снять любому человеку с фотоаппаратом, можно поспорить. Ведь подлинное искусство рождается на пересечении самовыражения художника и отражения им своего времени. Самым важным в фотографиях Сергея Подгоркова является именно портрет времени, причем портрет отнюдь не парадный.

Фотограф Сергей Подгорков
Фотограф Сергей Подгорков
Марина Александрова © ИА REGNUM
Фотограф Сергей Подгорков
Фотограф Сергей Подгорков
Марина Александрова © ИА REGNUM
На выставке. Обсуждение
На выставке. Обсуждение
Марина Александрова © ИА REGNUM

На выставке представлены в основном фотографии 70-х, 80-х, несколько снимков девяностых и более поздних лет. Их можно разделить на две части — те, что могли быть опубликованы в то время, и те, что не могли. Среди первых — проспекты Петроградской стороны, затягивающие в себя, словно в аэродинамическую трубу — яркая черта авторского стиля, — мосты над реками и каналами, играющие дети. Вторых — большинство. Это задворки всё той же Петроградки и других районов, с облупленными углами стен, с «соображающими на троих» или уже сообразившими и спящими мужичками, усталыми женщинами с хозяйственными сумками, не менее усталыми и задерганными торговками, очередями за дефицитом…

Сергей Подгорков. Свежая пресса. 1980-е
Сергей Подгорков. Свежая пресса. 1980-е
Марина Александрова © ИА REGNUM

«Очернение действительности» и «кукиш в кармане»? Вряд ли. Фотограф показывает жизнь как она есть, не сталкивая лбами витрину и черный ход, пропаганду и реальность, телевизор и холодильник. Бесспорно, подобные иронические столкновения способны высечь эмоциональную искру и свидетельствуют среди прочего о наблюдательности и таланте автора — не так-то просто, не прибегая к монтажу, соединить в одном кадре две противоположности. Сергей Подгорков не пытается нагрузить свои кадры идеологически и не прибегает к парадоксам, он просто свидетельствует о том, что было. Хотя без сомнения у него есть определенная позиция, не даром, наверное, он был уволен из газеты «Моряк Балтики» в 1983 году «по идеологическим причинам».

Сергей Подгорков. Большой проспект Петроградской стороны. 1970-е
Сергей Подгорков. Большой проспект Петроградской стороны. 1970-е
Марина Александрова © ИА REGNUM

Лично мне дорог Советский Союз и память о еще не переименованном и не увешанном рекламами в иностранных буквах Ленинграде. Но ведь что-то было не так, раз столь многие люди стремились на излете советских времен «в рюмочную на Моховой», как пел Городницкий, или более интеллигентно — на чью-то кухню, а не поголовно в музей или библиотеку. Что-то было не так, раз СССР не стало. И дело даже не в бедности и отсутствии трехсот сортов сыра и колбасы, а в какой-то унылой пустоте, в «дожде и тумане» в душах, может быть, по традиции, более всего заметных именно в городе на Неве.

Сергей Подгорков. Ленинград. 1980-е
Сергей Подгорков. Ленинград. 1980-е
Марина Александрова © ИА REGNUM

Закончилось всё в августе 1991-го. Этим лихим дням посвящены две фотографии. Одна потрясает количеством людей на площади, а вторая — невероятно живым женским лицом на фоне толпы, юным и встревоженным. В общем-то, не особо и важно, за «демократов» она была тогда или за «патриотов», эта девочка. Остро хочется узнать, что стало потом с нею в акульих глубинах 90-х — выплыла она или утонула, какие ее мечты и страхи воплотились в реальность? Увы, это невозможно, да, наверное, и не нужно. Важнее переживание исторического момента.

Сергей Подгорков. 19 августа 1991
Сергей Подгорков. 19 августа 1991
Марина Александрова © ИА REGNUM

Впрочем, оно доступно лишь тем, кто историю помнит. Судя по фразе посетительницы, взглянувшей на дату под фотографией: «Знать бы еще, что происходило в тот день», это окошко в прошлое, как им многие, многие другие, для этой не столь уж молодой женщины, увы, закрыто. Мало запущенной в пространство радиоволны, нужен еще и исправный приемник. Есть надежда, кто-то не поленится спросить у Яндекса…

На выставке
На выставке
Марина Александрова © ИА REGNUM

Сам Сергей Подгорков в 90-е работал фотографом в судмедэкспертизе. Почему-то этому факту не удивляешься. Его социальные фото тоже своего рода вскрытие — сейчас выглядящее, как патологоанатомическое, а в свое время бывшее этакой безболезненной вивисекцией, операцией с целью установить причину недуга. Удалось ли автору понять эту причину? Социопсихология — наука не точная, а изучение общества через призму искусства — тем более. Тут каждый зритель призван на консилиум, и чуть ли не у каждого свой диагноз, автор же строго хранит врачебную тайну…

На выставке. Встреча друзей
На выставке. Встреча друзей
Марина Александрова © ИА REGNUM

Впрочем, не стоит о мрачном. Да и в фотографиях Подгоркова совершенно нет «чернухи», они, скорее, пропитаны легкой меланхолией и философски понимающей улыбкой над несовершенствами мира. Даже у забулдыги, приветствующего объектив приподнятой пивной кружкой, или у не вполне адекватной бабули во дворе-колодце есть какая-то своя потаенная правда и неистребимый оптимизм — вопреки всему. Плохие времена приходят и уходят, а жизнь продолжается.

Сергей Подгорков. Дворцовый мост. 1980-е
Сергей Подгорков. Дворцовый мост. 1980-е
Марина Александрова © ИА REGNUM

В том самом 1991 году при пожаре Дома писателей погибла изрядная часть архива фотографа. Вот это действительно грустно — такая утрата равняется сгоревшей летописи. Хотя, конечно, были и другие фотографы и другие окошки в прошлое, но каждый взгляд через объектив неповторим и ценен.

На выставке
На выставке
Марина Александрова © ИА REGNUM

«Любой уважающий себя специалист склонен считать своё дело более важным, чем остальные занятия. Это объяснимо и оправданно, — говорит Сергей Подгорков. — Если фотография исчезнет завтра, то мир не перевернётся. Мир не обрушится, если исчезнет музыка, живопись, кинематограф. Труднее будет без хлеба, электричества и дров. Но добывание тепла и еды как самоцель — тоскливо и не увлекательно». С этим мнением автора вполне можно согласиться.