В Перми завершился Первый Всероссийский фестиваль-конкурс профессиональных театров «POST ФАКТ». Суть этого увлекательного мероприятия заключалась в демонстрации девяти спектаклей, которым не хватило самой малости для того, чтобы попасть в шорт-лист «Золотой маски», а так как многое в нашей жизни происходит по субъективной воле человека, то эта малость может считаться погрешностью, а значит все спектакли фестиваля достойны главной (как считают многие) театральной премии страны.

Albert Guillaume. Опоздавшие. 1914
Albert Guillaume. Опоздавшие. 1914

Они достойны, но они не прошли — жуткая несправедливость, которую решили устранить организаторы нового пермского фестиваля. Решили и устранили — в Пермь со всей страны съехались театры, представившие постановки разделенные по двум категориям — большая и малая форма. Специальным гостем мероприятия был народный артист России Константин Райкин, помимо показа поэтического моноспектакля «Над балаганом небо…», он со своим театром «Сатирикон» также участвовал в фестивальной программе.

Кроме демонстраций спектаклей, были организованы специальные лаборатории, которым была поставлена амбиционная задача — создание «умного» зрителя, способного понимать сложные авторские работы. С этой же целью были организованы лекции экспертов из театрального мира: режиссёров, критиков, композиторов, хореографов.

Примечательно, что прежде планировалось назвать фестиваль Error, то есть ошибка. Ошибка, допущенная членами жюри «Золотой маски», не утвердившими представленные спектакли в шорт-листе. Но руководство «главной» театральной премии страны расстроилось и не позволило осуществить столь дерзкий выпад. Сошлись на названии «POST ФАКТ», которое, с моей точки зрения, лучше отражает концепцию фестиваля.

Фестиваль
Фестиваль
©Арсений Плшаков

Суть концепции предельно проста — отсутствие концепции как таковой. Да, несмотря на то, что о ней было сказано очень много, фактически её попросту нет, что в мире утвердившегося постмодерна, является достаточно банальной находкой. Отсутствие концепции и есть концепция — эклектика, присущая фестивалю, смотрелась, как это не покажется странно, весьма органично.

«Умный зритель»

Одной из идей организаторов фестиваля стало вполне понятное желание вовлечь зрителя в свою работу. Поэтому были организованы специальные лаборатории, в которых принимали участие гости театра. На выходе было представлено три проекта — читка пьесы Мариуса Ивашкявичюса «Ад и мир», сценический перфоманс по рассказу Юрия Мамлеева «Пальба» и визуально-пластический перфоманс «До опыта».

О качестве и глубине представленного говорить не приходится, это были скорее небольшие наброски, целью которых было не создание какого-то серьезного высказывания, а стремление дать зрителю почувствовать себя вовлеченным.

Но вовлеченным во что? В новые формы разумеется, новые скорее для пермского зрителя, а не для продвинутого западного, погруженного в такое, о чем пока говорить в Перми стыдно.

Наибольший интерес вызвал перфоманс «До опыта», видимо, потому, что поднятая им проблема была как никогда актуальна для пермяков, разделенных на сторонников и противников современного искусства.

Суть его в следующем: несколько зрителей-добровольцев ставят себе на голову стакан с водой и проходят через локацию, усеянную некими предметами. Многие из них являются чуть ли не обязательными в воображении современных творцов — это, разумеется, гроб, инвалидное кресло и дерево с «ж…ой» вместо корней. Именно так — перед зрителем предстает куст со специальной табличкой, гласящей — «ж…а дерева тут» и стрелкой указывающей на место, где должны быть корни. Вот так, все ваши культурные корни, кричит автор перфоманса — это всего лишь пятая точка. Пока участники действа пытаются преодолеть все препятствия со стаканом на голове, вокруг них бегает медведь, взывающий к духу Константина Станиславского, в конце концов медведь ложится в гроб, символизируя тем самым смерть классического русского театра.

Константин Станиславский. 1912
Константин Станиславский. 1912

В завершении перфоманса состоялось обсуждение, в котором экзальтированный POST — зритель восхищался чем угодно, но только не сутью высказывания. Ему было почему-то очень важно, чтобы участники донесли стаканчик с водой, не расплескав её. Кто-то обратил внимание на великолепное музыкальное сопровождение, звучавшее в записи (бесхитростный прием — включить классику и пол дела сделано). Но никому не было важно, что хотел сказать автор.

Наверное, это и правильно, с точки зрения POST-зрителя погруженного в POST — фестиваль, происходящий в мире победившего POST-модерна, в котором все реализуется с этой приставкой — POST-правда, POST-человек, POST-история.

Я отнюдь не осуждаю, а лишь констатирую, ведь если кому-то это нравится, то в нашей, как сказал один из организаторов фестиваля, театральный деятель Олег Лоевский, «почти свободной стране» почему бы это не осуществить?

Спектакли

Всё-таки главное в театре — это спектакли. Здесь их было целых девять, все они были действительно качественными в профессиональном смысле, что не может не радовать. Однако выбраны были, как отмечают организаторы, практически наобум: из десятков спектаклей, попавших в лонг-лист «Золотой маски», выбор пал на те, которым не хватило совсем чуть-чуть до дальнейшего продвижения. С моей точки зрения, если уж мы делаем фестиваль, то постановки должны быть связаны каким-то общим посылом, общей мыслью, а не просто тем фактом, что это хорошие постановки.

Поэтому приходится констатировать, что общей связующей нити у фестиваля нет — спектакли отдельно, перфомансы отдельно, все происходящее эклектично, что порождает хаос в головах. Но как я отметил выше, — это своего рода тоже концепция, а значит, моё субъективное мнение можно спрятать поглубже, как сказала бы автор перфоманса «До опыта», в свои культурные корни.

Что касается самих спектаклей, то они были на любой вкус и цвет, хотя и с некоторым уклоном в сторону современного постдраматического театра.

Лучшим спектаклем в номинации «Малая форма» стала постановка Российского театра драмы имени Волкова из города Ярославля «Пилорама Плюс». Безусловно, заслуженная победа. Несмотря на присутствие в постановке ненормативной лексики. О которой и хочется сказать пару слов.

Борис Мильграм
Борис Мильграм
Putnik

Художественный руководитель Пермского «Театра-Театра» Борис Мильграм предусмотрительно предостерёг от этого зрителей, предложив вернуть деньги за билет, в случае, если это кого-то не устраивает.

Дискуссии по поводу мата со сцены идут давно, и в этом вопросе, как всегда и бывает, мнения разделились. Сторонники мата утверждают, что проблема высосана из пальца, никто мол этим не злоупотребляет и использует лишь в крайних случаях, обусловленных режиссерским замыслом.

С моей точки зрения, мат звучал органично и не мешал восприятию, однако без него можно было обойтись, в нём не было никакого смысла, позволяющего глубже понять замысел режиссера. Как говаривал Антон Павлович Чехов, ружьё, висящее на сцене, обязательно должно выстрелить, иначе его там быть не должно.

Тем не менее ненормативная лексика выстреливает, а значит она нужна, вот только выстреливает она не на сцене, а после неё. Современный театр — это не спектакль, это то, что вокруг спектакля и, порой, в отсутствие самого спектакля.

В данном случае получилось идеально: великолепная постановка становится еще и великолепной провокацией, ведь именно нецензурная лексика становится объектом дискуссий после спектакля.

Антон Павлович Чехов
Антон Павлович Чехов
© V. Chekhovskii

Поэтому, действительно, складывается впечатление, что ненормативная лексика — это своего рода необходимая вещь, вызов, но никак не художественная форма, позволяющая раскрыть содержание. Современный театр выползает со сцены и проникает в зрителя, воздействует на него за рамками сцены. Фактически постановка началась во время выступления Мильграма, подготовившего зрителя к спектаклю своим предупреждением, в итоге, как мне показалось, многие были разочарованы тем, что мата было недостаточно. Эту мысль подтверждает тот факт, что в лучшем, на мой взгляд, спектакле фестиваля «Дон Жуан» персонаж Константина Райкина в определенный момент произносит волшебное слово из трёх букв, необходимое именно для самой постановки. Неудивительно, что во время обсуждения спектакля, никто об этом не вспоминает. Таково отличие провокации от творческого замысла.

Итогом работы фестиваля стало рождение POST-зрителя, явившего себя миру. Этот очень страшный феномен особенно меня заинтересовал, а значит, следующая публикация будет посвящена ему.

В итоге можно сказать, что фестиваль удался, ряд постановок («Дон Жуан» театра «Сатирикон» и «Хроники Макбета» из «Театра 18+») заслуживают отдельного разговора, остальные спектакли были также весьма высокого уровня, и тот факт, что их удалось собрать под одной крышей Пермского «Театра-Театра» говорит о способности учреждения культуры организовывать по-настоящему крупные события. У нас есть все основания ждать продолжение фестиваля в 2020 году.

Читайте ранее в этом сюжете: Стали известны победители театрального фестиваля «POST ФАКТ» в Перми

Читайте развитие сюжета: В Перми пройдут гастроли Театра наций