Жанр screenlife-кино — совсем молодой, почти что экспериментальный, но медленно набирающий популярность. Люди любопытны по своей природе, а возможность заглянуть в экран чужого мобильника может оказаться привлекательнее, чем услышать рассказ о происходящем из уст хозяина этого мобильника. В фильмах такого жанра нет голливудских спецэффектов: зрители все время наблюдают за экраном компьютера или смартфона героя. На Comic Con 2019 в Москве состоялась презентация хоррор-сериала Dead of Night («Мертвая ночь», англ.) от режиссера Тимура Бекмамбетова («Ночной дозор»). Все действия — переписки в мессенджерах и видеопослания через Snapchat.

Snapchat
Snapchat
AdamPrzezdziek

Одним из первых фильмов в таком формате стала картина Левана Габриадзе «Убрать из друзей» (2014): тоже фильм ужасов, в котором шестеро подростков обсуждают с помощью видеоконференции в Skype, как с ними в социальных сетях общается кто-то с профиля их умершей подруги. Несмотря на то, что проект ждали долго, отзывы на него оказались не самые лучшие. Фильм был больше похож на студенческий эксперимент.

Крик
Крик
Цитата из к/ф «Убрать из друзей». Реж. Леван Габриадзе. 2015. США

Впрочем, этот эксперимент впоследствии превратился в студию Bazelevs — детище Бекмамбетова. За несколько лет (2017−2019) из-под крыла местных киноделов вылетело в прокат несколько картин, связанных одним жанром, Бекмамбетовым и придуманным. Все они — либо ужасы, либо драма, поскольку формат «фильмов-скринлайфов» позволяет глубоко забраться в личную жизнь человека. То, что раньше скрывалось за экраном блокировки, теперь выставляют на публику. «Идеальные незнакомцы» (2017), но под другим углом зрения.

В интервью СМИ Бекмамбетов рассказывает, что идея подобного жанра пришла к нему, когда его знакомая после разговора в Skype забыла отключить функцию трансляции своего рабочего стола. Следующие несколько часов Тимур наблюдал, как женщина общается с матерью и заказывает еду на дом. Подобное погружение в чужое виртуальное пространство заставило его задуматься, насколько наша частная жизнь очевидна в истории вкладок браузера.

Среди работ Bazelevs, например, есть драматический триллер «Поиск» (2018). По сюжету школьница пропадает без вести, и ее отец, надеясь спасти девочку, взламывает ее компьютер. Оказывается, что социальные сети хранят множество подростковых секретов, которые родителям знать необязательно. Это как подглядывание за личным дневником; только если раньше мы писали ручками в тетрадях, пряча их под подушками или в комоде, то теперь вся подноготная хранится в заблокированном смартфоне. Узнай пароль от аккаунта «ВКонтакте» или Google, и, считай, ты знаешь о человеке все.

В компьютере
В компьютере
Цитата из к/ф «Поиск». Реж. Аниш Чаганти. 2018. США

Пользователь не в сети

Бекмамбетов в сентябре 2019-го выпускает не просто фильм — веб-сериал из десяти коротких серий (по 2−3 минуты каждая). Это первая коллаборация отечественных кинематографистов и компании Snapchat в США — проект еще не переведен на русский язык, а учитывая, что половина сцен в эпизодах состоит из переписок в чатах, то их нужно не просто переводить, а переснимать для российского зрителя. Премьера в России ожидается в октябре.

История рассказывает о девушке, которая становится очевидцем нескольких странных событий, произошедших ночью в городе. Утром становится понятно, что все это не галлюцинации, а медленно разрастающееся нашествие зомби. Девушка на протяжении всего сериала пытается выбраться из города, обмениваясь сообщениями с близкими, чтобы понять, где кто находится (и кто еще из ее родных — живой). В какой-то момент она же становится ключом к разгадке причин возникновения зомби: ее отец обнаруживает, что всему виной вирус под названием «Куру».

Интересно, что, несмотря на ограниченное количество инструментов, которыми можно оперировать при съемках фильмов такого жанра, в «Мертвой ночи» создатели нашли изящный способ для подачи информации. Помимо видео, которые записываются героями истории, нам показывают обмен ссылками с видеороликами новостей. По правилам игры все честно: мы не выходим за экраны смартфонов, но при этом ясно видим, что происходит в мире.

Да, в формате screenlife-фильмов не приветствуется использование спецэффектов — это максимально приближенный к реальной жизни жанр, в котором нет места голливудским взрывам, например, или дракам в стиле «Матрицы». Здесь девушки плачут, размазав тушь по лицу, кричат, хрипло дышат, замирая в ужасе перед неизвестным, видно, как пальцы дрожат, неровно двигаясь по клавиатуре смартфона. И когда герой падает, телефон, конечно, вылетает из руки — и мы видим, как дергается и переворачивается картинка летящей в воздухе камеры. Или того хуже — стекло экрана бьется, и мы видим картинку с трещинами. Как в жизни. Есть в этом нечто философское — показывать реальность такой, какая она есть.

Сам сюжет «Мертвой ночи» незамысловат (можно даже сказать — банален), зомби-апокалипсис как только не размусоливают в культурной среде уже десятки лет. Бекмамбетов не стал изобретать велосипед: вы не будете удивляться, следуя за сюжетом; вы не будете плакать, наблюдая за драматическими сценами. Да, возможно, пару раз коварные зомби застанут вас врасплох (но вспомним, что мы наблюдаем за хоррор-сериалом, и это становится не преимуществом, а требованием к проекту).

Жанровые клише не обыгрываются, а подаются прямо в лоб: возможно, оттого, что сам формат необычен и уже привлекает на себя внимание; а возможно, это создано специально, чтобы мы улыбнулись. Шутки появляются ровно в тех местах, в которых ты их предсказываешь (как и скримеры), а заряд батареи смартфона заканчивается аккурат на самом интересном месте.

Тимур Бекмамбетов
Тимур Бекмамбетов
K Zhestovskaya

Создатели фильма высмеивают нашу зависимость от гаджетов и соцсетей. Мы постоянно должны находиться онлайн, на связи с окружающими. Пропадешь на час — получишь с десяток непрочитанных сообщений взволнованного характера. Увидишь, как происходит на улице что-то важное (смешное или опасное — неважно) — снимай в сториз и только после этого убегай. Мы ставим на кон собственную жизнь за лайки и просмотры, словно они стали нашим воздухом, шестым элементом пирамиды Маслоу.

Но у этой ситуации есть обратная сторона: таким образом мы никогда не оказываемся в одиночестве. В «Мертвой ночи» герои до самого конца обмениваются сообщениями и, убегая от зомби или сражаясь с ними, наблюдают друг за другом по видеосвязи. Всегда можно услышать голос близкого или увидеть его лицо (правда, наблюдать за тем, как его терзают зомби, нам вряд ли захочется). Несмотря на то, что соцсети заставляют нас жить в цифровом пространстве, замещая реальность, они же дарят ощущение постоянного присутствия рядом. И Бекмамбетов обыгрывает это, заставляя зрителей после просмотра ленты кинуть встревоженный взгляд на экран мобильника — не пропустили ли мы чье-то сообщение.

Читайте ранее в этом сюжете: «Молодое поколение не хочет ждать»: зачем нужны веб-сериалы?

Читайте развитие сюжета: Разочарование «Разочарования»: принцесса-алкоголик и испорченная сатира