Георгий Орлов. Дневник добровольца. Хроника гражданской войны. 1918−1921. М.: Содружество «Посев», 2019

Георгий Орлов. Дневник добровольца. Хроника гражданской войны. 1918–1921. М.: Содружество «Посев», 2019
Георгий Орлов. Дневник добровольца. Хроника гражданской войны. 1918–1921. М.: Содружество «Посев», 2019

Среди разнообразных источников по истории второй русской смуты дневники офицеров-фронтовиков не самое частое явление. Все-таки регулярное ведение записей в полевых условиях и последующее их хранение сопряжено с целым рядом неизбежных трудностей.

Поэтому публикация подробного дневника штабс-капитана Георгия Орлова (1895−1964) ценна, как любое свидетельство, создававшееся в режиме реального времени. Орлов служил в артиллерийском дивизионе знаменитой Дроздовской дивизии, которая наряду с Алексеевской, Корниловской и Марковской составляла элиту деникинских Вооруженных сил Юга России, а затем и врангелевской Русской армии.

Орловский дневник начинается 12 августа 1918 г., в день отъезда офицера в Добровольческую армию, а завершается 25 октября 1921 г. Это был предпоследний день его пребывания в лагере врангелевцев в Галлиполи, откуда Орлов отправился в Прагу, чтобы учиться в Политехническом институте.

На этот трехлетний период штабс-капитану выпало участвовать в боях в Донбассе и в походе на Москву, быть свидетелем трагедии Новороссийской эвакуации, когда в результате ошибок в логистике не удалось вывезти всех чинов Белой армии, и сражаться на Перекопе, вновь испытать напряжение эвакуации, на этот раз из Крыма, где она была организована успешнее, чем в Новороссийске, и 11 месяцев провести в «галлиполийском сидении».

Важно, что Орлов в своем дневнике выступал не как простой наблюдатель, механически фиксирующий происходящее, а как критически оценивающий обстановку человек. Вот, например, запись от 30 апреля 1919 г.:

«Если судить исключительно по газетным сведениям, то наши дела блестящи, а на самом деле они, я сказал бы, значительно хуже, хотя, в общем, и не скверно».

В данном случае имеются в виду тяжелые оборонительные бои под Ростовом, Новочеркасском и на Маныче.

Не менее интересны и записи штабс-капитана, опровергающие традиционные представления о тех или иных событиях. Так, например, врангелевцы любили утверждать о подвижнической роли генерала Александра Кутепова в устройстве эвакуированной из Крыма армии. В записи от 8 ноября 1920 г. Орлов писал, что происходившее на транспорте «Саратов», где располагались корниловцы, чины II корпуса и штаб белых вместе с Кутеповым, было далеко от последующего эмигрантского лубка:

«С питанием там тоже было скверно, только штабу армии по палубе из кухни приносили обеды из трех блюд, торты, бифштексы и пр. У некоторых кранов стояли часовые и ни в коем случае не разрешали простым смертным брать воду, если ее нельзя было достать в других местах».

Увы, темные пятна на страницах истории белого движения — это не только досужие домыслы красных пропагандистов и спасенных контрреволюционерами представителей демократического крыла эмиграции, они есть и в свидетельствах самих белогвардейцев.