Может ли одноногий небелый слепо-глухо-немой гомосексуал писать прекрасные стихи? Несомненно, может. А плохие? Тут ответы разнятся. Нельзя, в конце концов, дискриминировать меньшинства. Наконец-то в России стали выходить книги, где публикуются тексты «исключительно меньшинств». Книги, которые собраны по этому признаку. Стало быть, мы движемся от условного «Ирана» к условной «Европе». Собственно, на европейские деньги книга и издана. В Казахстане будет новый мировой центр квир-культуры. Сразу добавим чуть-чуть конспирологиии. Цитата с официальной странички кураторов проекта.

Пан и Дафнис
Пан и Дафнис
Jastrow

«На протяжении последних лет Крёльски центр представляют на полуофициальном уровне две казахстанские художницы — Мария Вильковиская и Руфия Дженрбекова. Структура и правила работы центра не позволяют раскрывать идентичности вышестоящего руководства и подробности финансирования этой организации».

Не позволяют. Структура и правила. Что уж тут поделать… Открытость. Так открытость.

Как тут не поверить в мировой заговор квиров? Впрочем, шутки прочь. Огромный мир феминистской литературы теперь должен ещё быть разбавлен таким явлением, как квир-литература. Что такое «квир»? Никто точно не знает, но что-то очень хорошее и ускользающее от определений, этакое небинарное, транссексуальное, мультикультурное, «ненормальное», но, по мнению создателей, всегда более хорошее, чем «нормативное». И так далее… То есть лучшие люди рода человеческого, лунного света… Впрочем, Розанов и прочие ценители утончённых богемных извращений Серебряного века кажутся просто детьми перед грядущими содомами и уморами… Пол перестаёт быть «данным» (богом, природой, родителями), он начинает восприниматься как конструкт, его можно менять, модифицировать, переосмыслять… Сразу признаюсь, что не являюсь специалистом по гендерным вопросам. И испытываю к книжке, скорее, краткий исключительно литературный интерес. У меня есть приятельница-лебиянка, с которой я часто играют в «Эрудит», на этом, пожалуй, всё. Хотя, разумеется, жизнь в богеме неминуемо сталкивает с «меньшинствами» в разных качествах.

Василий Розанов
Василий Розанов

Забавно, что «борьба» квиров проходит в том числе в языке… В сборнике это, например, письмо без знаков препинания и с матом. Тут я их понимаю. В отличие от корректоров, которые работают с моими текстами. Пора было бы выйти на демонстрацию против знаков препинания и грамматики… Активисты квир-движений это вполне себе делают. Если нельзя запретить мужской род вообще, то хотя бы в грамматике… Авторки и поэтки. Сплошные. Он_а и прочие ухищрения… Специальные дефисы и сложные формы, «матчество» вместо «отчества». Письмо о себе в среднем роде. Интересно, что я почти уверен, что в Древней Греции, где, судя по всему, с гомосексуальностью было не так уж и плохо. Ничего подобного никогда не практиковалось, в смысле каких-то языковых манифестаций.

Многое есть на свете, брат Розанов, что и не снилось вашим мудрецам в башнях из слоновой кости на крестьянских костях. Когда я чуть-чуть попытался узнать что-то из сети про гендерные движения, то увидел, что Википедия настаивает, что на Западе «существуют экс-экс-геи — гомосексуалы, которые разочаровались в целях экс-гей-движения и оставили его. В качестве отдельных наиболее известных примеров можно привести следующие…» То есть люди пытаются «быть нормальными» и декларировать это как правильный путь, чтобы позже вернуться «к себе». Короче говоря, даже как-то неудобно быть приверженцем менее замысловатых вариантов.

В каком-то смысле книга «под одной обложкой» приближается к акции, перформансу, игру в преферанс с публикой, это такой способ «заявить о себе». Очень часто история с «меньшинствами» (не только сексуальными) — это история «борьбы за внимание», иногда просто любовное и человеческое, иногда денежное, иногда почти «политическое»… Конечно (будем честны), манифесты — дело вообще художниками любимое. Но для авангардистов и прочих «истов» — это особенно истовое дело. Где проходят границы между стереотипами, предубеждениями, убеждениями, «фашизмом» и фашизмом? Не хотелось бы претендовать на однозначность понимания. Всё-таки попытка Фрейда говорить о гомосексуальности Леонарда, скорее, всё-таки говорит о попытках Фрейда, чем о самом Леонардо. Есть ли в книге гениальные художники? Вам судить.

Парад сексменьшинств в Германии
Парад сексменьшинств в Германии
CEphoto, Uwe Aranas

Интересно ещё и другое, что в большинстве случаев в «нормативном» мире (за исключением совсем уж каких-то крайний фашистствующих форм) нельзя себе представить, что Цветаева, Эйзенштейн, Чайковский, Уайльд, кто угодно ещё… из представителей «меньшинств» буду исключены за это редактором-гетересексуалом. Да, умолчания возможны, стыдливые разговоры о том, что творчество важней, чем гимнастика… Тогда как здесь возникает ощущение, что факт принадлежности к меньшинствам (и даже не столько меньшинствам, но какой-то их части «актива», простите невольный каламбур, меньшинствам из меньшинств) достаточен для того, чтобы творчество было «важным» или предъявлялось как культурное событие. Распускать перья, надувать грудь, делать жесты. Всё это, разумеется, есть и в «нормальной» среде, но часто среди «меньшинств» это становится чуть более театральным… И, возможно, интересным.

Впрочем. ближе к текстам. Есть пара текстов, где автор_ки опираются на тексты из форумов и веток «социальных сетей», чтобы выстроить ответ в форме стихотворения. Есть в книге и Алок Ваид-Менон. Вот он, настоящий международный квир, а что наши? В крайнем случае, стишки почитать или с перформансом в лаптях по деревням пойти. Интересные тексты представил (а) Егана Джабарова, которые напоминают немного о «док-театре». Интересно, что в этих текстах несколько раз поднимается и «религиозная проблематика». Впрочем, это уже тема более подробных рецензий, которые писать не мне, к счастью… Одна из активисток, которая ходит с важными сообщениями на табличках на своей груди. Это не метафора, а реальная практика «тихих» одиночных пикетов, которые вынуждены сказать что-то важное миру. Пишет. Стихотворение Дарьи Серенко.

Хореографическая мизогиния.

меня учили завидовать женщинам в балетном классе мы раздевались разглядывали друг друга это тоже война на белом купальнике проступает кровь отраженная во всех зеркалах смеющиеся девочки помноженные на осколки тела охваченные огнём пубертата безмятежное лицо гинеколога я отстала от всех на моей спине не обозначены контуры лифчика

я читаю обо всех этих взрослых прекрасных женщинах с откормленными языками и не понимаю как они не поубивали друг друга вырастая внутри взвешенных оборотов «знай себе цену, девочка», но я не товар никто не товар и сестринство для меня — абстракция, полная слёз десять лет наблюдала в зеркало за обыкновенной болью в мышцах в паху в голове формируясь вращаясь перенимая чужую пластику после этого я всё вижу как бы со стороны обходя острые углы тех женщин что лучше меня чтобы они меня не задели

Возле статуи Кибелы
Возле статуи Кибелы
Nicolas Vigier

Когда я столкнулся впервые в кинофестивальных кругах с людьми из «квир-сообщества», то это вызвало улыбку, но им не до улыбок. Это «их борьба». В каком роде себя называть, какое платье надевать. Как-то будучи на «атеистическом» мероприятии в Финляндии, я увидел впервые ведущую, которая была транссексуалкой и с городостью рассказывала про свою жизнь в духе около интеллектуального стенд-апа. Это был её\его маленький подвиг. Для моего провинциального сознания — это слишком. Для западной либеральной среды — это почти общее место. Можно спорить, стоят ли за этим «тёмные силы», которые злобно «гнетут» «нормальное», «традиционное» общество. И какие это силы…

И вот я оказался на презентации книжки, почувствовал себя несколько неловко, как чувствуешь себя в чужом монастыре, вроде как молиться — не знаешь как, да и не хочешь, а просто присутствовать странно… Кругом были девушки с радужной и единорожной символикой, чокеры, стикеры, каблуки высокие, соколы ясные… Прекрасные юноши, достойные Платона. Угощение от спонсоров. Торжество либерализма. Феминизма. Борьбы за мир. Миру мир, квиру сквирт и так далее. Мимо книжки творчества сексуальных меньшинств тиражом 500 экземпляров легко пройти мимо. Что, думаю, молчаливое большинство легко и сделает. Однако долг критика требует. Это крайне сложные и острые темы.

Читайте ранее в этом сюжете: Искусство диалога. Сценарная Мекка мистера Макки

Читайте развитие сюжета: Верховный суд Индии может разрешить геям заниматься сексом