Политическая история советского кино: «Донецкие шахтёры»

Главный герой фильма — комбайн

Михаил Гершзон, 11 мая 2017, 13:35 — REGNUM  

Известный режиссер Леонид Луков создал много популярных кинофильмов. Одна из самых значительных его работ — фильм «Два бойца». Но, помимо снятых фильмов, его имя ассоциируется с Постановлением ЦК ВКП (б) 1946 года о второй серии фильма «Большая жизнь». В этом фильме Л. Лукова рассказывалось о восстановлении мирной жизни на Донбассе. Разгромной критике подверглось, прежде всего изображение показ жизни и якобы устаревшие методы хозяйствования. Фильм был запрещен к показу и вышел на экраны только в 1958 году. В начале 1950-х гг. Луков говорил о своем отношении к критике второй серии «Большой жизни» так: «в свое время, когда меня постигло несчастье, я очень смело, как это и подобает художнику, взял ответственность за тот порочный фильм, только на себя, ибо я считаю, что художник отвечает за то произведение, которое он делает…»

Ответом на жесткую критику со стороны партийного руководства, прежде всего, Сталина, рассматривались съемки в начале 1950-х гг. цветного фильма с рабочим названием «Битва за уголь» (в прокат он вошел как «Донецкие шахтеры»). Луков и руководители Министерства кинематографии понимали это. Поэтому отнеслись к созданию картины очень ответственно.

Автором сценария фильма стал писатель Борис Горбатов. При создании сценария писатель Горбатов ориентировался на установки в печати. Вот, например, как он объяснял обилие личного автотранспорта у рабочих: «в газетах писали и вообще говорилось, что у шахтеров есть свои машины». Музыку к фильму написал лидер Союза композиторов Тихон Хренников.

В главных ролях снялись звезды того времени: П. Алейников, В. Дружников, О. Жаков, С. Лукьянов, Б. Чирков, В. Меркурьев, Л. Смирнова, А. Зуева. В роли И. Сталина, как и в практически всех фильмах того периода, снялся Михаил Геловани. В роли К. Ворошилова — А. Грибов. Вместе с ними на экране появлялись другие руководители страны: В. Молотов и Г. Маленков. Еще одна очень интересная деталь. В фильме была прописана роль Л. Берия. Он, по сценарию, принимал шахтеров в финальной сцене фильма. Рабочие высказывали ему радость от внедрения передовых технологий на шахте, а Берия говорил о стирании граней между физическим и умственным трудом. Однако, эта сцена была исключена из финальной версии по инициативе режиссера (показалась неудачной). Не вырежи Луков эту роль, можно было бы говорить об образе Берия в кино. Тем более, что ранее Берия появился в эпизоде в фильме «Падение Берлина». Но там была роль без слов.

Но ни Сталин ни, другие руководители не были центральными персонажами фильма. Не стали ими и шахтеры. По меткому замечанию писателя А. Суркова, одного из членов художественного совета Министерства кинематографии, главным героем фильма стал… комбайн. В картине не было драматического действия. Перипетии происходили вокруг внедрения нового горнопроходческого комбайна. В фильме было противопоставление комбайна устаревшей лопате. Даже песни поют о комбайне, говорит герой С. Лукьянова на приеме у Сталина. Именно вокруг комбайна разворачивается действие кинокартины.

Очень напряженными выдались съемки фильма: по признанию автора сценария Луков буквально ночами не спал, падал от усталости во время съемок, у него были сердечные припадки. По словам Горбатова, не было уверенности, что режиссер доведет картину до конца. По ходу натурных съемок действительно у Л. Лукова случались нервные срывы. Они стали основанием доносов на режиссера в вышестоящие инстанции, на основании которых Лукова третировали руководство Министерства кинематографии. Вообще как творческая, так и человеческая судьба Л. Лукова после выхода постановления 1946 года заслуживает отдельного описания.

На обсуждении фильма в Министерстве кинематографии очень интересное признание о социалистическом реализме сделал А. Сурков. По его мнению, социалистический реализм предполагает «заглядывание вперед», то есть небольшое приукрашивание действительности. Но при этом в произведениях в стиле соцреалиазма должны быть черты реальности.

Даже министр кинематографии И. Г. Большаков высказал мнение, что шахты в картине показаны так, как московский метрополитен, что шахты немного, по его выражению «налакированы». Но дважды просматривавший перед выпуском картины на экран министр угольной промышленности А. Ф. Засядько заявил, что показ шахт соответствует действительности. Фильм ему понравился.

Вообще Большаков был активным цензором и вносил исправления в фильм. Так, по его распоряжению убрали эпизод в начале фильма, когда шахтеры стоя за столом поют песню. Этот фрагмент показался министру кинематографии опереточным.

Писатель Л. Леонов, автор «Русского леса», после предпремьерного просмотра фильма сказал, что хорошо если так было бы в жизни, как иногда показывается в художественном произведении. Вторая свадьба по сюжету картины происходила в такой огромной комнате, что вызвала сомнение в правдоподобности у писателя, жившего в гораздо лучших условиях, чем рядовые люди. Леонов при обсуждении сказал, что он живет на улице Горького (нынешняя Тверская улица, то есть в самом центре Москвы) в элитном по тем представлении доме. Но ни одна комната в его квартире не могла вместить столько гостей, как комната в квартире шахтера в фильме. При этом надо отметить, что большинство городского населения после войны жило в многокомнатных коммуналках и бараках.

Председатель художественного совета Л. Ф. Ильичев после просмотра фильма, сообщил, что он «оставляет впечатление неправдоподобия. Я не могу скрыть этого ощущения после просмотра фильма. Но говорят, что это правда, что там даже лучше». Ильичев предложил, чтобы фильм перед выпуском на экраны показали местным руководителям.

Участники обсуждения фильма замечали, что в картине есть «припудренность», некоторая красивость, которая приняла гипертрофированные масштабы не только в показе белоснежных шахт, но и даже в эпизоде, когда девушки идут под проливным дождем, а у одной из них даже не намокают волосы, — она идет с сухой головой. Упоминали и про то, что стала традицией в фильмах начала 1950-х гг. показывать длинные торжественные и пышно сервированные столы — они переходят из картины в картину. В начале фильма, в шахтерском поселке показана кавалькада легковых машин.

Л. Луков в ответ на обвинения в лакировке заявил: «никакой лакировки тут нет». Режиссер в ответ на обвинения членов художественного совета в лакировке сказал, что министр угольной промышленности готов доставить членов совета в Донбасс на самолете для того, чтобы они на месте ознакомились с условиями быта шахтеров. Луков заявил, что показал в картине такие шахты «не потому, что дует на холодную воду (имеется в виду последствия критики второй серии «Большой жизни»), а потому что изучил их».

Говорилось и о том, что картина будет демонстрироваться за рубежом. В фильме будет показано преимущество советских шахт перед заграничными, например, английскими, на которых бывали некоторые члены художественного совета.

Фильм был выпущен на экран, создатели получили Сталинскую премию. «Донецкие шахтеры» заняли в прокате по сборам седьмое место в 1951 году. Вроде бы неплохой результат. Однако на фоне того, что в начале 1950-х создавалось всего около десяти полнометражных фильмов в год эта цифра не говорит о его популярности.

Режиссер И. А. Пырьев после смерти Сталина говорил, что Луков так испугался критики второй серии «Большой жизни», что в «Донецких шахтерах» сильно приукрасил действительность.

«Донецкие шахтеры» вошли в историю отечественной кинематографии как один из примеров лакировочных и бесконфликтных фильмов. Фильм не выдержал испытание временем и сейчас практически забыт. Но сам по себе стал образцом того, что снималось в отечественном кинематографе в период начала 1950-х гг.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.
×

Сброс пароля

E-mail *
Пароль *
Имя *
Фамилия
Регистрируясь, вы соглашаетесь с условиями
Положения о защите персональных данных
E-mail