Была ли русская классическая литература? Или её проходили торопливо пешком ночью на закрывающихся филологических факультетах в плохую погоду когда-то давно, когда ещё плакали кукушки на стенах библиотек. А какие-то исцарапанные фильмы о смысле жизни, чужих письмах и любви к родине с большой буквы? Вся эта старательная блажь. Где это всё? Творчество? Талант? Человек? Искусство? Другие громкие слова? Иногда возникает ощущение, что культура исчезает, остаётся что-то иное, что-то похожее на культуру, но ею никак не являющееся. Не обязательно плохое. Сахарозаменитель, пожалуй, лучше сахара. Икра лучше рыбы. Комикс лучше романа. Это известно. В конце концов, каждый замечает рано или поздно, что его время проходит. Приходит время молодое, незнакомое, счастливое. Убивающее весело. В фильмах хотя бы.

Команда суперзлодеев
Команда суперзлодеев
Цитата из к/ф «Отряд самоубийц». реж Дэвид Эйр. 2016. США

Будучи как-то в Дании, я был поражён тому, что вполне взрослый по внешним меркам молодой человек увлечённо листал книжку комиксов. По моим-то (то есть правильным) критериям — это была детская и «плохая» литература. Это было пошло. Конечно, это клише. Нет ничего наивней, чем считать пошлым и скучным что-то устроенное иначе, чем мы. В реальности комиксы и графические романы потребляются во множестве взрослыми «читателями» в Европе. То есть, сложно себе отдать отчёт, что там люди росли на этом. Десятилетиями. Как мы должны были бы на великой русской литературе. Для них это вообще нормальная почва. Перед нами фильм, который с лёгкостью смешивает в себе комикс, мелодраму, боевик, компьютерную игру, клип (буквально), мягкое порно, жёсткий спорт, среднюю комедию. Для надёжности создатели добавляют в коктейль всё. Я же посмотрел этот фильм в «ворованной» версии, перемежающейся рекламой игровых автоматов, на небольшом мониторе старенького ноутбука, на мониторе, а экран был обрамлен многочисленными рекламками туалетной воды и видеорегистраторов. То есть смог оценить величие картины в полной мере. Настаиваю, что именно так его и нужно смотреть. С красным вином и сыром с плесенью на рабочем столе. Плесень, скорее, на столе, чем на сыре…

Уют тюремной камеры
Уют тюремной камеры
Цитата из к/ф «Отряд самоубийц». реж Дэвид Эйр. 2016. США

Культура как что-то робкое и ранимое, уязвимое, по крайней мере открытое к — человеческим неловкостям явно в меньшинстве в этом сезоне. Именно фильмы подобные этому становятся лидерами проката и, вероятно, отвечают на какие-то «духовные» запросы аудитории. В этом тайна великая есть. Уникальность подобного кино в том, что в этом нет ничего уникального, никакого творчества, хотя что-то, безусловно, есть. Какой-то таинственный дух легко любимой гениальной посредственности. Это как сериал. На экране меняются какие-то картинки, актёры что-то играют, звучит музыка, сценаристы пишут старательные сценарии, режиссёры режиссируют, осветители освещают. То есть, это какая-та странная форма высказывания. При этом забавно понимать, что сценаристы «Отряда самоубийц» не брезгует и «двойной кодировкой», как бы подмигивая своим, а не только «быдлу». Например, в фильме легко узнаются аллюзии на Гамлета: «слова, слова, слова», да и на Лолиту: «огонь моих чресел». Зачем это нужно? Кому? Аудитории? Трём процентам, которые это поймут? Конечно, нет. Это нужно создателям, чтобы показать какие они «интеллектуальные». И немного критикам. Критики вообще самые умные люди. Они-то настоящие супергерои. Лучше бы сняли фильм про злобных критиков, которые убивают невинных творцов и отрывают им руки, чтобы они никогда больше ничего такого не произвели.

Ирония существует на разных уровнях, и в самой иронии ничего плохо нет, она бывала и во времена Сократа с его цикутой. Интересно другое: негласная договоренность о том, что всё только развлечение, это понарошку, контракт со зрителем заключается в том, что мы как бы понимаем, что это нужно посмотреть и забыть. Это не имеет отношения к тебе на самом деле! Это только способ хорошо провести вечер. Каждые несколько секунд должна быть «склейка», кадр должен меняться, в этом смысле фильм становится похож сам, например, на мигающий игровой автомат в казино или гирлянду. Фильм как бы издевается над клише, но не нуждается в предложении хотя бы чего-то, кроме них. При этом, если посмотреть пресс-конференцию съёмочной группы, то мы увидим «талантливых», «самокритичных», «ироничных по отношению к себе» актёров, которые просто делают свою не худшую работу. Без всяких неоправданных мук совести. Они же, в конце концов, не стали настоящими наёмными убийцами. Они просто актёры. За что же их осуждать. Что не стали снимать на коленках «артхаусное» кино? Это смешно.

Романтическая прогулка по городу с бейсбольной битой на плече
Романтическая прогулка по городу с бейсбольной битой на плече
Цитата из к/ф «Отряд самоубийц». реж Дэвид Эйр. 2016. США

Да и ключевая идея в том, что злодеи здесь очеловечены какими-то маленькими «хорошими делами» и «добрыми чувствами». Убийца, но милый и любит домашних животных. Кто-то очень ценит дочь, кто-то «партнёра», кто-то отказывается от предательства боевого друга и так далее. Плохие (но полюбившиеся) парни и девчонка против абсолютного зла. Чем-то зеркально напоминает конфликт советских соцреалистических фильмов, где хорошее вынужденно сталкивалось с очень хорошим… Интересно (это нетипично), что в русском переводе (попавшемся мне) почти не звучит мата и даже сленга. Возможно, это просто проблемы получения лицензии на показ. Внутри фильмов о супергероях лежит естественная зависть ко всему, что побеждает на рынке. Мало просто губ или груди героини. Они должны быть увеличены. Нужны шортики. Мало просто уметь драться. Нужно проламывать стены. Летать. Мало просто убивать. Нужно убивать ловко. Весело. Одновременно пританцовывая, шутя, целуясь.

Хорошим тоном в критике иногда считается судить произведения искусства по законам его создателей, но какие они? Просто, возможно, мы не можем понять насколько это кино прекрасно в глубине своей души. Ну не могут фильмы, приносящие по миллиарду, быть плохими. Вы просто чего-то не понимаете. Я вот не понимаю.

Совершенная красота макулатуры.

Читайте развитие сюжета: Смертельная ирония английской классики