Зачем Данте Следственному комитету? Он собрался в ад?

Что происходит в столичных библиотеках? И кто это делает?

Александр Мазурицкий, 18 апреля 2016, 09:44 — REGNUM  

В последнее время безуспешно пытаюсь разобраться в том, что делается в библиотеках столицы. Практически во всех средствах массой информации все происходящее обозначается как реформа библиотечной системы. Сразу же возникает резонный вопрос: существует ли какой-то документ, определяющий основные концепции этой реформы, последовательность действий, конечные результаты, в общем текст, содержащий в себе все то, что обычно присуще документам такого рода? Если он существует, то ознакомлены ли с ним руководители библиотек и их сотрудники? Кто из специалистов, я имею в виду действующих практиков и представителей библиотечной науки, участвовал в его подготовке?

Вместе с тем, анализируя все то, что происходит сейчас в библиотеках города, можно сделать вывод, что многие действия Департамента культуры совершенно не прогнозируемы и непонятны и, что самое печальное, создают постоянную стрессовую ситуацию для сотрудников библиотек столицы.

В СМИ появилась информация о том, что в Москве может быть сокращено до 30% библиотекарей. В одной из публикаций обозначено, что, по мнению Департамента культуры, существует «избыточный библиотечный персонал». Какой смысл вкладывается в эту формулировку? Обозначено ли где-нибудь, сколько людей останется работать в библиотеках после реализуемых реформ? Я, как и многие другие, понимаю нынешнюю сложную экономическую ситуацию, но, тем не менее, все это не должно свалиться на людей как снег на голову. Люди, которых это коснется, должны знать это заранее. Пока же лично ко мне уже неоднократно обращались выпускники Московского государственного института культуры с просьбой содействия в трудоустройстве, так как их уволили с работы. Практически все они молодые, вполне дееспособные люди с профильным высшим образованием. Хотелось бы знать, если проходит такое массовое сокращение, является ли это составной частью проводимых реформ? Совершенно непонятна и логика этих сокращений. Надо учитывать то, что московские библиотеки с 23 апреля переходят на новый режим работы — до 22 часов, то есть фактически на двухсменный режим. Кто будет осуществлять обслуживание читателей после всех проведенных сокращений? Будет ли гарантирована безопасность читателей и материальных ценностей библиотеки, если при радикально уменьшенном составе сотрудников в вечернее и ночное время (а осенью-зимой в столице темнеет рано!) библиотеку смогут обслуживать лишь 1−2 библиотекаря? И кто позаботится об их собственной безопасности?

Следующий мой вопрос относится к ситуации, связанной с директорским корпусом библиотек столицы. Существует ли какая-то программа по замене руководителей библиотек города? Пока создается впечатление, что во всех последних увольнениях и назначениях отсутствует главное — принцип целесообразности. Ярким свидетельством этого является недавно состоявшееся увольнение директора библиотеки им. И. С. Тургенева Александры Вахрушевой, одного из ярчайших представителей директорского корпуса столичных библиотек. Представляю себе, в каком состоянии находятся сейчас многие руководители, постоянно думающие о том, кто следующий.

Непонятно и то, что происходит с массовым списанием книг из библиотек. Является ли составной частью проводимых реформ удаление из библиотек определенной части книжных фондов? Определены ли критерии отбора литературы, предназначенной на списание? Сколько книг предстоит удалить из библиотек и сколько книг в ближайшее время заполнит освободившееся место? К сожалению, ни от одного из руководителей московских библиотек, чьи имена по вполне понятным причинам не буду здесь приводить, я не получил вразумительного ответа на этот вопрос.

Но пойдем дальше. Самым же вопиющим фактом в библиотечной жизни столицы является выселение библиотеки им. Данте Алигьери. Библиотека с пятидесятых годов занимала два этажа в правом крыле здания по ул. Строителей, д. 8, корп. 2. Одна государственная организация в этом восьмиэтажном здании сменяла другую, некоторых из них уже нет и в помине, а библиотека принимала читателей — и не только принимала, а превратилась в мощный интеллектуальный и культурно-просветительный центр с бесплатными (!) программами для граждан всех возрастов. С 2008 года помещение библиотеки находилось в собственности г. Москвы и оперативном управлении Департамента культуры. Пару лет назад в здании разместился Следственный комитет. И вот 14 марта 2016 года Департамент культуры отказывается от помещения, и библиотеку теперь изгоняют, а ее площади передают Следственному комитету. Это что — новый вариант детской сказки «Заячья избушка»? Или это новый принцип в теории и практике реорганизации библиотечной системы, под названием «Подфартить влиятельной структуре»? Следственному комитету не стоит так подставляться. Репутация этого органа власти должна быть безупречна. Не следовало бы такой солидной организации поступать подобным образом, решая свои внутренние проблемы за счет помещения существовавшей десятилетиями библиотеки. Это все равно как ударить человека, заведомо зная, что он не даст сдачи.

Представитель Департамента культуры комментирует ситуацию так: «…Расформирование фондов библиотеки по разным помещениям не означает ее исчезновения. «Следственным комитетом Российской Федерации будут предоставлены равнозначные помещения для сохранения библиотечного обслуживания в Ломоносовском районе ЮЗАО. Для сохранения работы библиотеки в настоящее время фонд перемещается в библиотеку по адресу ул. Новаторов д.14, кор. 1, фонд иностранной литературы перемещается в библиотеку по адресу Ленинский проспект, дом 127. Это позволит сохранить читателей и даст возможность проведения культурно-массовых мероприятий». Подобные комментарии вообще находятся за гранью понимания специалистов. Никогда еще расчленение библиотечной коллекции не означало ее сохранения. Если это не искажение реального заявления, что порой встречается в СМИ, то подобные утверждения свидетельствуют о полном непрофессионализме специалиста, его озвучившего, и о дискредитации учреждения, которое он представляет.

Не надо забывать и о том, что непродуманные действия в столице, увы, почти всегда обретают цепную реакцию в регионах. И какие «реформаторские» планы могут возникнуть в головах отдельных руководителей на местах, готовых «задрав штаны бежать за комсомолом», можно только догадываться…

И последнее. Я многие годы занимаюсь историей библиотечного дела военного периода. Московские библиотекари героически проявили себя во время обороны столицы. Трудились в госпиталях, военкоматах, на предприятиях, проводили массовую военно-оборонную работу, организовывали сбор денег для фронта. На станциях метро работали библиотеки-передвижки. Несмотря на сложнейшую ситуацию, нехватку средств, город сумел сохранить свои библиотеки. Тогда, в то страшное время, для всех было очевидно, что, спасая библиотеки, мы спасаем душу народа и его культуру. Что-то изменилось?

Да, сейчас другое время, никто не спорит. Никто не спорит и о необходимости реформ, но стоит напомнить о том, что они должны быть понятны и внятно объясняемы их «реализаторами». К их подготовке должны быть привлечены специалисты, авторитетные в отрасли люди. Во все времена в библиотеках работали и продолжает работать особая категория людей. Те, кого называют подвижниками. Позволю себе напомнить, что говорил о библиотекарях академик Д. С. Лихачев: «Вы главные лица в государстве, потому что от вас зависит образование страны, ее культура. Без общей культуры не может быть подъема нравственности. Без нравственности не действуют никакие экономические законы. Чтобы стране не пропасть, ей нужны, прежде всего, вы — библиотекари». Думается, что голос и мнение «главных лиц в государстве» должны быть услышан.

Люди, представляющие любые властные структуры, должны наконец-то понять, что дискредитируют власть совсем не те, кто хает ее при каждом удобном случае, кто живет по принципу «чем хуже в стране — тем лучше». Самый большой урон власти наносят те, кто, являясь ее представителями, принимают необдуманные решения, исходя из сиюминутной конъюнктуры. Те, кто заставляют усомниться в таком понятии, как справедливость. Те, кто не умеют слушать людей, не облеченных высокими должностями и званиями, а просто живущих на земле. А когда голоса этих людей не слышат, то и возникает такая ситуация, когда президенту В. В. Путину задают вопросы (более трех миллионов), которые в своем большинстве должны быть направлены совсем другим адресатам.

Александр Михайлович Мазурицкий, доктор педагогических наук, профессор Московского государственного института культуры.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.
×

Сброс пароля

E-mail *
Пароль *
Имя *
Фамилия
Регистрируясь, вы соглашаетесь с условиями
Положения о защите персональных данных
E-mail