«Из бюджета столичного ЖКХ и кармана жителей самого престижного района столицы в двух шагах от Московского Кремля бывший офицер ФСБ уводил астрономические суммы. Я пятый год безрезультатно пытаюсь добиться возбуждения уголовного дела», — заявил в интервью ИА REGNUM бывший гендиректор управляющей компании Константин Алымов.

Закон
Закон
Александр Горбаруков © ИА REGNUM

На фоне громких задержаний, обвинённых в вымогательстве, коррупции и хищениях сотрудников ФСБ дело экс-чекиста Виталия Ботонькина оказалось в тени. Пока фигурант скрывается от российского правосудия в Болгарии. Он обвинен в мошенничестве в особо крупном размере по части 4 статьи 159 УК РФ. Но дальнейшее расследование его деяний может стать поводом для не менее масштабного общественного шока. Пока же гражданин Ботонькин беспрепятственно развивает отельный бизнес в Болгарии и инвестирует в угольные разработки Киргизии. Следственным органам предстоит ответить на вопрос — откуда деньги у скромного экс-полковника ФСБ. Если они сдвинут с мёртвой точки расследование, которое странным образом тормозится уже на протяжении четырёх лет. И очевидные факты до сих пор не воспринимаются ими как правовые аргументы.

17 февраля 2017 года Александр Скоробогатов, ничего не подозревая, открыл дверь своей квартиры на звонок. Он увидел двух человек в масках и молниеносно получил удар в живот, кастетом по голове, затем — несколько ударов в позвоночник, рёбра и колено. Александр — бывший десантник и способен оценить профессионализм нападавших:

«По тому, как они работали в тесном пространстве дверного проёма, можно судить, что у них была хорошая подготовка. Били быстро и точно по болевым точкам. Мастера. Я не успел среагировать и оказался на полу с пробитой головой. На остатках сознания дополз до телефона, вызвал скорую. Приехали, сделали укол. Вся квартира была в крови. Она била из головы даже из-под бинтов. Подушка была насквозь мокрая. Очнулся в больнице. Слова доктора были: «Ты чудом выжил. Такие травмы несовместимы с жизнью. Тебя, наверное, приезжали убивать».

Но Александр Скоробогатов считает, что это не было попыткой убийства. За несколько месяцев до этих событий к нему нанесли визит неизвестные. Они были настроены агрессивно и требовали подписать какие-то бумаги. Александр был учредителем компании ООО «Энтек», и в его планы не входило подписывать под грубым психологическим давлением неизвестных лиц непонятные бумаги. О том, что это могли быть за документы, он догадался только лежа беспомощным на больничной койке, когда к нему вернулось сознание. Он вспомнил, что кто-то из нападавших произнёс: «Хватит не него, а то сдохнет». Этот голос показался ему знакомым.

Контролируемое Виталием Ботонькиным ООО «Энтек» в свое время стало учредителем компании «Бизнес-Трейд». Эта компания получила в управление огромный актив сверхдорогой недвижимости на так называемой «Золотой миле» в самом центре Москвы. В её ведении находилось 140 домов на участке территории Хамовнического района. Этот участок начинается буквально в паре сотен метров от Кремлёвской стены, с первого же дома, в который упирается взгляд при выезде из «президентских» ворот Боровицкой башни. Далее — площадь перед Храмом Христа Спасителя, сверхдорогие престижные кварталы вдоль Остоженки и Пречистенки до Садового кольца и весь массив между Гоголевским бульваром и Садовым кольцом до Арбата.

Александр Скоробогатов убеждён, что его неприятности начались с момента, когда он осенью 2015 года узнал о махинациях в управляющей компании «Бизнес-Трейд». Он утверждает:

Я опасался, что меня «подставят» и сделают крайним в незаконных финансовых операциях людей, которых в «Бизнес-Трейд» привёл Виталий Ботонькин. О том, что они фактически захватили бесконтрольную власть в компании и занимаются прямым обналичиванием средств, мне сообщил генеральный директор «Бизнес-Трейда» Константин Алымов. Он объяснил, что люди Ботонькина занимаются махинациями и ему неподконтрольны: компания накапливает долги перед ресурсными организациями, а деньги жителей переводит на фирмы-однодневки для обналичивания. Я потребовал отчёт о финансово-хозяйственной деятельности компании, направил соответствующие запросы, но ответов не получил.
Опасаясь, что меня привлекут к субсидиарной ответственности за долги этой организации, я потребовал проведения общего собрания учредителей «Энтека». Вместо этого у дверей моей квартиры появились люди, которые потребовали практически вслепую подписать документы. Вероятнее всего речь шла о моём выходе из состава учредителей. Среди этих людей был некто «Михаил Михайлович». Позже я знал, что у Ботонькина есть партнёр — Михаил Михайлович Панкратов, с которым они были земляками. Когда в мае 2016 года мне стало известно, что без моей подписи в «Энтеке» сменился гендиректор и учредитель, я обратился в полицию и налоговую инспекцию.
На 22 февраля 2017 года Арбитражным судом была назначена почерковедческая экспертиза. Я должен был в помещении суда дать свои образцы почерка и подписи. 10 февраля по телефону мужской голос с сильным кавказским акцентом посоветовал мне в суд не являться. А 17 февраля, за пять дней до судебного заседания, меня фактически сделали инвалидом. «Хватит с него, а то сдохнет» произнёс голос, скорее всего принадлежащий тому самому другу Ботонькина, «МихалМихалычу» Панкратову, который пытался получить мою подпись на документах о выходе из учредителей ООО «Энтек».
Я потерял трудоспособность, лишился работы, от меня ушла жена — и всё ради того, чтобы сменить неудобного учредителя на ещё одного человека Ботонькина — некоего господина Скурлыгина, еще одного экс-сотрудника ФСБ из Ульяновска. Дело по моему заявлению в полицию расследовать никто не собирался, и оно «заглохло». (запись интервью Александра Скоробогатова — в редакции ИА REGNUM)

Доказанная судом подделка подписи Александра Скоробогатова однозначно перевела бы арбитражный спор в разряд уголовного дела. Это объясняет логику других сопровождающих его эпизодов. За два часа до начала заседания суда у автомобиля юриста, представлявшего интересы Скоробогатова, оказались порезаны все шины колёс. Ему тоже поступали накануне угрозы от того же «Михаила Михайловича». Это очевидно было сделано, чтобы воспрепятствовать переносу судебного заседания по уважительной причине неявки свидетеля — лежащего на больничной койке Александра Скоробогатова. А гендиректору «Бизнес-Трейда» Константину Алымову, который предупредил его о происходящем в управляющей компании «Бизнес-Трейд», просто предложили «отступных» в размере 1 миллиона 600 тысяч рублей.

«Эти деньги мне предлагались, чтобы я не препятствовал незаконному переоформлению компании на другого учредителя. Я отказался», —заявил в интервью ИА REGNUM бывший генеральный директор ООО «Бизнес-Трейд» Константин Алымов. Редакция ИА REGNUM располагает документами, проливающими свет на источник инвестиционных средств Виталия Ботонькина в экономики зарубежных стран. Из разъяснений Константина Алымова следует, что этот источник находился и до сих пор действует в шаговой близости от Московского Кремля — в сфере ЖКХ на территории Хамовнического района столицы. Бывший гендиректор ООО «Бизнес-Трейд» Константин Алымов разъясняет:

«Виталий Ботонькин предложил мне возглавить управляющую компанию «Бизнес Трейд в феврале 2014 года. Действительно, актив интересный, обороты большие. Но, как сказал Ботонькин, бывшее руководство проворовалось, и надо поднимать подконтрольную ему компанию.
Формального отношения к компании «Бизнес Трейд» Ботонькин не имел. Но она была полностью под его контролем. Юрисконсультом там работала его жена Светлана, а юристом был его зять Роман Федорченко. Через две недели после моего заступления на должность генерального директора Ботонькин представил мне Ольгу Пугачёву: она, с его слов, человек опытный и масштабный — ранее возглавляла управляющую компанию «Энергостандарт» в подмосковной «Золотой миле» — городе Химки. Ботонькин заявил, что Пугачёва — «его человек», и она вправе выбрать себе в компании любую должность.
На тот момент компания «Бизнес-трейд оказалась в критическом состоянии. Задолженность перед государственными ресурсоснабжающими компаниями составляла 34 миллиона рублей. Согласно моему анализу этот долг можно погасить в течение года, по 3−4 миллиона в месяц. Это — не болезненно для компании, если не уводить деньги на сторону, как прежнее руководство. Однако Пугачёва откровенно заявила, что её интересует возможность эти деньги не отдать по долгам, а получить. И начались странности. Она сразу уволила порядка 50 процентов персонала. Ботонькин сам пальцем указывал, кого увольнять, в первую очередь — секретаря, человека, который имеет доступ к содержанию документооборота.
На место уволенных Ольга Пугачёва назначила своих людей из химкинской компании.
Первое, что Пугачёва сделала, когда получила от меня ключи к системе «банк-клиент» — перечислила 98 тысяч на свою старую фирму. Я заподозрил неладное, на всякий случай подстраховался копией выписки по этому платежу.
После этого первого «левого» платежа «странности» продолжились.
Были заменены подрядные организации, с которыми «Бизнес Трейд» работал по 4−5 лет. Мне Пугачёва преподнесла всё так, что «это с экономической точки зрения выгодно, потому что там у неё есть возможность «договариваться».

Константин Алымов утверждает, что команда Виталия Ботонькина фактически отстранила его от контроля компании. Ему было в ультимативной форме было предложено: «Сиди дома, мы тебе зарплату будем перечислять на карточку». Он заподозрил неладное и начал внутренний аудит:

«Мой взгляд падает на один договор, лежащий на столе у бухгалтера. Я вижу, что подпись — не моя. Мой автограф без художественного образования изобразить сложно. Я прошу её выдать мне выписку. В ответ следует отказ: «Без личного разрешения Ольги Сергеевны [Пугачёвой] я Вам выписку не распечатаю». Я, хоть и был в шоке, но, признаюсь, чего-то подобного ожидал. Поэтому сделал аудиозапись этого разговора. Я немедленно обращаюсь к секретарю. Секретарь — племянница Ольги Пугачёвой, именно ею в первую очередь заменили прежнего секретаря в процессе массового увольнения. На её столе я вижу листочки с реквизитами явно обналичивающих контор.
Первый признак — факсовая бумага. Это такой способ конспирации, чтобы не задействовать легко проверяемую электронную почту. Картина начинает складываться. Выдвигаю ящик стола — там такие же листочки. Порядка 12 фирм — обналичивающих контор. Они все зарегистрированы в конце 2013 года. Однодневки, зарегистрированные за полгода до этих событий. И печати этих фирм — в нижнем ящике стола у секретаря. Картина сложилась окончательно: средства компании — деньги от коммунальных платежей жильцов поступают не ресурсным организациям в оплату долгов и текущих услуг, а направляются в обналиченном виде на сторону.
По этому поводу я поставил в известность Виталия Ботонькина, но он не реагировал на моё возмущение. Я понял, что мне, в отличие от официально непричастного к деятельности «Бизнес Трейда» Ботонькина, придётся как гендиректору нести ответственность и продолжил расследование. Я предположил, что ко мне на подпись попадали не все заключенные с подрядчиками договоры. И обнаружил, что на половине договоров стоит не моя подпись. С марта 2014 года начался вывод средств под видом закупки огромного количеств стройматериалов, по 3−4 миллиона в месяц, к сентябрю эти суммы возрастают до 8 миллионов, и они уходят непонятно куда, только не в оплату долга. Этих материалов хватило бы, чтобы заново переложить водопровод на всей Остоженке с Пречистенкой. Одних водопроводных труб, якобы закупленных у непонятной подрядной компании — 6 вагонов. Для выполнения всех работ на деле на строительном рынке закупалась одна картонная коробка материалов, 3 ведра краски, 10 кисточек, 10 перчаток. Но по платежам, помимо 6-и вагонов труб, 2 вагона дерева, 3 вагона красок. И по платежам ресурсным организациям — резкое сокращение до 50 тысяч рублей в день, хотя на эти цели от жильцов поступает до 400 тысяч. И все эти деньги едиными платежами отправляются в обналичивающие компании.
В течение октября, ноября и декабря 2014 года, по мере обнаружения новых фактов, я передавал Ботонькину все расчёты по этой внутренней ревизии. Только по предварительным прикидкам на тот момент сумма уведённых из компании и государства средств составляла 70 миллионов рублей. Я заявил, что собираюсь обращаться в правоохранительные органы. Я меня выбора нет — я директор, и за такие суммы, которые уходят со счёта, должен буду отвечать. Виталий Ботонькин всегда бравировал своими связями в правоохранительной системе. И, наконец, он решил ими воспользоваться».

Связи Виталия Ботонькина в спецслужбах известны. В 2000 году он защитил кандидатскую диссертацию в Академии ФСБ, был сотрудником прокуратуры Ульяновской области, затем до 2002 года занимал различные должности в ФСБ. По логике процесса ему бы не составило труда привлечь к наведению порядка в подконтрольной компании специалистов соответствующих государственных органов. Он воспользовался своими связями, но только чтобы просто нейтрализовать дотошного гендиректора. Константин Алымов утверждает:

Со мной связался оперативный сотрудник антикоррупционного управления [ГУ УБЭПиПК] УВД Москвы по фамилии Галеев. Я принёс ему целую коробку собранных мной документов, изобличающих многомиллионные махинации в «Бизнес Трейде».
Я понимал, что происходящее в «Бизнес Трейде» очевидно вышли из-под контроля Ботонькина. Его ставленница Ольга Пугачёва при официальной зарплате в 350 тысяч рублей умудрилась расширить свою сеть пиццерий «Тиамо» в Химках, а зять при скромной должности юриста компании отрыл собственную пиццерию в Красногорске и обновил свой парк люксовых автомобилей. Выходило, что средства на это уводились у самого Виталия Ботонькина. Но, как оказалось, свои слова о том, что у него с «силовиками всё под контролем», Ботонькин оправдал.
Оперативники УБЭПа нагрянули в офис компании для выемки документов. Весь руководящий состав забаррикадировался в одном кабинете с выключенным светом. А по коридорам выставили бегать и общаться с сотрудниками УБЭП Дениса Контяво. Ему это делать безопасно — у него никакой официальной должности в бизнес-трейде нет. Только положение — сожитель госпожи Пугачёвой. Он же директор другой компании — Кристал Эйр Инжиниринг, с которой 20 миллионов рублей вывели за счёт того, что все их работы выполнялись сотрудниками Бизнес-трейда. Единственный документ, которым он удостоверил свою личность перед проверяющими фальшивый приказ, в котором он значился исполнительным директором «Бизнес Трейда». Но выемка была произведена формально. Проверяющие требовали выписки, копии которых я предоставил как подтверждение фиктивных подрядных сделок. Но Контяво сделал вид, что их не нашёл, обещал прислать позднее. Оперативников это устроило, и они удалились. Кстати, этих ключевых для обвинения в махинациях документов, они так и не получили. Создалось впечатление, что Ботонькин всё организовал, используя своё влияние, как спектакль, чтобы пустить мне пыль в глаза. А сотрудники московского УБЭП послушно поучаствовали в этой имитации».

Имитацию служебной деятельности сотрудниками УБЭП подтверждает тот факт, что, Константин Алымов, предоставив им собранные материалы о противоправной деятельности компании, не написал соответствующего заявления. То есть, для представителей правоохранительных органов государства руководством к действию было распоряжение коммерсанта Ботонькина. Логично предположить, что и дальнейшие действия правоохранителей осуществлялись под его контролем. Точнее — их полное бездействие и, фактически, попустительство тому, что компания просто подверглась прямому разграблению. Это подтверждает бывший генеральный директор управляющей компании Константин Алымов:

«За следующий месяц после визита силовиков «левые» обороты «Бизнес Трейда» увеличились до 16 миллионов. То есть люди Ботонькина поняли, что конец близок, и начали лихорадочно выводить деньги из компании.
Если раньше в течение лета при ремонте подъездов, когда идут сезонные опрессовки труб, они платили в месяц по 100−200 тысяч поставщику труб, то в декабре 2014 (зимой, когда никаких, кроме аварийных работ не ведётся), в течение 4 дней на эти цели переводят порядка 4 миллионов. Даже несмотря на превышение порога в 600 тысяч в день, на который при платежах банки не обращают внимание. Это уже не останавливало. Забыли про осторожность. Я понимаю, что началась паника.
В последних числах декабря 2014 года я объезжаю все банки, пишу заявления об отзыве всех доверенностей, о смене всех систем «банк-клиент» и перевыпуске банковских карт. Я всё заблокировал. На следующий день, ровно за неделю до Нового года, я приехал в офис — двери вскрыты. Компьютеров нет, всё папки с документами растерзаны. Исчезла вся документация по всем контрагентам, по всем кадрам, большая часть бухгалтерской документации. Всё уничтожено. Реестров выдачи зарплат тоже нет. Жёсткий диск, на котором была установлена система 1С просто разбили ударом об стол. Даже вскрыли склад и увезли всю материальную часть складированного оборудования и материалов.
Бухгалтеры заблаговременно ушли в отпуск. Все люди Пугачёвой исчезли. На Новый год я остаюсь один на один с неизбежным сезонным авралом. Работники ЖКХ знают, что такое предновогодний период. Мы ночевали и дневали на работе месяц. Всё это время сотрудники УБЭП в поте лица бездействовали.
Пришёл в себя после аврала, подсчитал общий ущерб с марта 2014 по 1 января 2015 года — по имеющимся у меня документам он составил около 86 миллионов рублей. В первых числах февраля 2015 года направляюсь в УБЭП — предоставляю список людей, которых нужно разыскать, опросить. Я фактически выполнил за них всю работу. И вручил коробку из-под ксерокса, полную изобличающих документов.»

Четыре с половиной года московский УБЭП знакомится с тем, что Константин Алымов расследовал за несколько месяцев без отрыва от работы.

Более того, есть решение Арбитражного суда о привлечении Ботонькина к субсидиарной ответственности, сделки признаны незаконными. Арбитраж за два дня разобрался, а уголовное расследование по факту махинаций в компании «Бизнес Трейд» до сих пор не сдвинулось с мёртвой точки. 24 мая 2018 года оперуполномоченным ОЭБ и ПК УВД ЦАО Главного управления МВД лейтенантом полиции Гилёвым А.В. вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по очередному заявлению Константина Алымова. Повод: компания «Бизнес-Трейд» находится в процессе ликвидации ввиду накопленных долгов. То есть, по логике тех, кто обязан пресекать экономические преступления, получается, что в течение ряда лет можно закрывать глаза на хищения, обналичивание средств, а потом дать спокойно уйти в банкротство. Несмотря на то, что Прокуратура ЦАО г. Москвыотменила предыдущее постановление УВД Центрального административного округа Москвы об отказе в возбуждении уголовного дела, следственный орган держит стойкую оборону. В Постановлении значится: «Объективных данных, свидетельствующих о наличии преступления, предусмотренных статьёй 159 УК РФ [«Мошенничество»] органами предварительного следствия в установленный законом срок не установлено, в связи с чем в возбуждении уголовного дела отказать».

Что помешало следователям за четыре года заметить и проверить факт подделки подписи и платёжные поручения на перечисление средств обналичивающим конторам, а также не принять во внимание решение Арбитражного суда о привлечении лиц, управляющих «Бизнес-Трейдом», к субсидиарной ответственности? Казалось бы, Виталий Ботонькин, который лихо дирижировал действиями сотрудников УВД ЦАО, уже вне игры. Он погорел на «мелочи». Он попытался незаконно присвоить муниципальное здание на «золотой миле», в котором располагался офис управляющей компании. Попытка обернулась возбуждением уголовного дела по части 4 статьи 159 УК РФ по мошенничеству в особо крупных размерах. Но отставной офицер ФСБ Ботонькин оказался недосягаем для руки российского правосудия. Он сбежал в Болгарию и благополучно продолжает там инвестировать в туристическую отрасль. Но, очевидно, беглец не выпустил из рук инструментов административного влияния и контроля источников своего обогащения.

Урожай с «Золотой мили» теперь снимает другая подконтрольная Ботонькину управляющая компания — «Жилстандарт». Её фактически руководит его жена Светлана, тот же самый Михаил Михайлович Панкратов. Согласно решению Арбитражного суда города Москвы от 18.08.2016 Общество с ограниченной ответственностью «Бизнес-Трейд» признано несостоятельным (банкротом). В настоящее время по заявлению ПАО «МОСЭНЕРГО» ряд лиц руководящего состава компании, среди которых сам Виталий Ботонькин и его супруга Светлана, привлекается к субсидиарной ответственности на сумму свыше 100 миллионов рублей.

Но пока «Бизнес-Трейд» заметает следы уголовных махинаций в долговом банкротстве, «Жилстандарт» стал его фактическим правопреемником на том же участке Хамовнического района. Этой «нулевой» компании под управлением прежней проворовавшейся команды Ботонькина были переданы в управление дома, обслуживаемые «Бизнес-Трейдом». То есть находящийся в федеральном розыске осуждённый за мошенничество Виталий Ботонькин просто поменял вывеску и сохранил свои позиции в ЖКХ самого престижного района столицы. Более того, новоиспечённый «Жилстандарт» получил в управление дополнительно ещё 25 домов.

Как это могло произойти без попустительства или содействия властей Управы Хамовнического района? Формально в фантастически рекордные сроки были проведены собрания жильцов, на безальтернативной основе проголосовавших за «Жилстандарт». Но эта схема бутафорского соблюдения законодательства была организована самой Управой. Об этом свидетельствуют показания генерального директора ООО «Жилстандарт» В.В. Даниэляна, зфиксированные в уже упомянутом отказном постановлении УВД ЦАО: «…Собственники выбирали одну компанию из представленных, работающих в районе». Депутат Государственной Думы Олег Лавров в интервью ИА REGNUM по этому вопросу высказался однозначно:

«Во всех случаях, когда наблюдается сращивание интересов управляющих компаний и административных структур — это описывается одним словом — коррупция. И именно в этом должен разбираться надзорный орган»

Жители домов, находящихся в управлении «Жилстандарта», те самые, которые по версии Администрации Управы Хамовнического района единодушно отдали свои голоса структуре Виталия Ботонькина, направили Депутату Олегу Лаврову обращение. Лавров констатирует:

«Суть обращения граждан: на территории действует управляющая компания «Бизнес-Трейд». Деньги, собираемые в качестве оплаты коммунальных услуг, обналичивались и шли в карман руководства компании. Мы обратились в Правительство Москвы в надежде, что оно отреагирует. Нам ответили: эта фирма обанкротилась, что с неё взять.
Но новая компания — ООО «Жилстандарт» — учреждена тем же человеком и управляется той же группой лиц. Обратились к Прокурору города Москвы. Начались проверки. Но началось откровенное затягивание со стороны именно сотрудников правоохранительных органов Центрального округа. Поэтому нам ничего не оставалось, как обратиться в Генеральную Прокуратуру. Ждём реакции. Я всё это так не оставлю. Если Генпрокуратура окажется бессильна, будем дальше выходить на Следственный комитет.»

На 3 сентября 2019 назначено заседание Арбитражного суда по объединённому иску ресурсопоставляющих компаний к гражданам Виталию Ботонькину, Светлане Ботонькиной и Ольге Пугачёвой. В исковом заявлении, в частности, значится, что «посредством совершения должником ряда недействительных сделок указанные лица извлекали выгоду из незаконного и недобросовестного поведения руководителя должника». Есть основания надеяться, что ожидаемое арбитражное решение об их финансовой долговой ответственности станет дополнительным поводом для следственных органов увидеть в этой деятельности её уголовную сторону, а администрации Хамовнического района — решить, чьи интересы она представляет: граждан или сомнительной управляющей компании. Чтобы московская «Золотая миля» перестала быть клондайком для беглого махинатора, вкладывающего «нажитое непосильным трудом» в укрепление туристической инфраструктуры приютившей его страны НАТО.