Горе. Как «убивают» пациентов и медицину в Алтайском крае

Об алтайской районной больнице, в которой сложных пациентов даже не пытаются спасти

Светлана Шаповалова, 10 февраля 2019, 17:01 — REGNUM  

Потеря близких — это всегда невосполнимое горе. Но ещё горше становится тогда, когда тебе сообщают, что любимый человек, возможно, мог бы ещё пожить. И не испытывать невыносимых мук перед кончиной, проведя несколько часов в агонии, в беспомощном одиночестве…

Не будем говорить за всю медицину и её новые порядки, но многие подтвердят: в такой страшной ситуации всегда найдутся не только те, кто признает свои ошибки, но и те, кто будет до последнего выгораживать себя, замалчивать правду, а то и документы подделывать. Всё — лишь бы избежать наказания: «нет человека — нет проблемы». Но увы, проблемы никуда не деваются, они наслаиваются, как снежный ком, и приводят к новым трагедиям. Вот о чём подумалось, когда узнала, что в скандально известной Топчихинской ЦРБ (Алтайский край) вновь угробили пациентку. Будут ли родственники погибшей добиваться справедливости? Скорее всего, их ожидает хождение по кругу, подобное тому, в котором на протяжении полугода находится Татьяна Афанасьева, мама которой скончалась в Топчихинской ЦРБ летом 2018 года.

Парадокс ещё и в том, что женщине отказали в просьбе ознакомиться с документами, отражающими состояние здоровья и диагноз её матери, ссылаясь на врачебную тайну.

«Законная» тайна гибели

Жительница Топчихи Валентина N. и не думала готовиться к смерти, когда в августе 2018 года посетила участкового доктора.

«Да, проблемы со здоровьем у неё были и серьёзные — перенесла три инфаркта. Но наступил сезон засолок, и вечером она готовилась мариновать огурцы. А тут самочувствие ухудшилось, но что болит — не поймёт», — делится информацией социальный работник. 28 августа помощница и подумать не могла, что в последний раз видит Валентину живой.

Говорит, что состояние её подопечной ухудшилось к вечеру.

«Позвонила, просила приехать. Забрали её только когда Валентине уже совсем плохо стало: начала бредить и открылась рвота. До стационара довезли быстро, но два часа продержали в санпропускнике. Она там просто умирала в кресле-каталке этом, но помощь ей не оказывали, а меня зачем-то отправили к Валентине домой, чтобы я привезла документы, подтверждающие предыдущие инфаркты. Пришлось ехать на такси», — поделилась пережитым соцработник.

В итоге Валентину и вовсе положили в терапию только лишь на том основании, что кардиограмма ничего не показала, а значит, в реанимации пациентка не нуждается. Но даже студент-медик знает, что после трёх инфарктов по кардиограмме сложно что-либо понять, следовало провести дополнительные исследования.

А погибшая женщина, как известно, до утра находилась одна в одиночной палате, хотя если бы госпитализировали в реанимацию, то наверняка заметили бы ухудшение состояния и спасли.

«Понимаете, одно дело, когда делали всё возможное и не спасли, а здесь другое — не сделали. Так вот мы — не сделали», — признавал ранее доктор из Топчихинской поликлиники.

Но у алтайского минздрава на этот счёт железная «отмазка»: в октябре 2018 года врио замминистра Сергей Насонов ответил, что, согласно п.1,2 ст.13 ФЗ «Об основах здоровья граждан РФ», у дочери нет правовых оснований для ознакомления с документами, отражающими состояние здоровья и диагноз матери.

«Сведения о состоянии здоровья и диагнозе гражданина, иные сведения, полученные при медицинском обследовании и лечении, в том числе после смерти, составляют врачебную тайну и могу быть предоставлены только с его согласия или законному представителю по доверенности», — сказано в ответе минздрава.

И при этом чиновники указывают, что в соответствии с п.1 ст 188 ГК РФ, «действие доверенности прекращается вследствие смерти гражданина» (!). Поэтому принесенные в конце послания соболезнования Татьяна Афанасьева расценивает как издевательство: по сути, региональный минздрав дал понять, что писать и просить людей государевых бесполезно: умерла и умерла.

Смерть неизбежна?

И всё-таки, узнав об имеющихся нарушениях в оказании помощи и отметив очевидные несоответствия относительно времени и обстоятельств смерти Валентины N. в информации, полученной от следователей, Татьяна Афанасьева рассчитывала на объективность расследования.

Но, увы, позднее прокуратура Топчихинского района дала однозначный ответ: ряд диагностических мероприятий проведён не был из-за кратковременности пребывания больной в терапевтическом отделении, а также из-за её поступления в ночное время. И ещё: прокурорские работники почему-то уверены, что «неблагоприятный исход обусловлен не качеством оказания медицинской помощи, а течением основного заболевания, приведшего к развитию острой коронарной недостаточности».

Позднее (в декабре 2018 года) и региональный минздрав «приоткрыл» тайну гибели Валентины, переписав в ответ некие данные из предварительной медицинской информаци:

«По предварительной медицинской документации врачами КГБУЗ «Топчихинская ЦРБ» пациентке был правильно установлен диагноз, по которому было назначено обследование и лечение. Учитывая стабильное состояние пациентки и параметры геодинамики, показаний для консультации врача-реаниматолога определено не было. Квалификационные требования врачебного персонала медицинской организации соответствуют профессиональным знаниям и навыкам образовательных программ по специальностям».

Проверка дипломов или совести?

По всему выходит, что вместо всестороннего изучения всех обстоятельств произошедшей трагедии включился пресловутый механизм «круговой поруки».

«В общем, эта была проверка дипломов. Просто смешно, больше проверить нечего. А ничего, если маму в стационар принимала врач, которая приемы в поликлинике ведет по Яндексу и Гуглу, и после её назначения пациентов отправляет к другому врачу для подтверждения — какие дипломы? Таким хоть три диплома выдавай…

А то место, где написано о якобы правильно установленном диагнозе — это это ложь. Эта докторша не могла правильно поставить диагноз, она отправила социального работника, которая маму сопровождала, к ней домой за еще какими-то медицинскими документами. Время шло, мама два часа сидела в санпропускнике. Ну, привезли эти документы, и что толку? Обследования, которые бы позволили определить всю тяжесть состояния мамы, так и не были сделаны.

Но самое главное, что руководство больницы знает, что всё в тот вечер было сделано неправильно! Почему все ведомства отписываются таким образом, мне лично понятно: кто же захочет взять на себя такой «косяк» и убрать главврача по причине большого количества смертей? С совестью у людей явные проблемы», — поделилась мыслями Татьяна Афанасьева.

Нарушения есть

Тайна — тайной, но нашлась-таки организация, в которой подтвердили, что в деятельности Топчихинской ЦРБ и в деятельности регионального минздрава нарушения всё-таки имеются. Но чтобы выяснить это, пришлось обращаться к общественникам. Вот что ответили в региональном Росздравнадзоре руководителю общественной приёмной общероссийского движения «За реальные дела» (Москва):

«Проведение проверки КГБУЗ «Топчихинская ЦРБ» не представляется возможным в связи с отсутствием в данной медицинской организации документации на N. (находится в Алейском межрайонном следственном отделе СУ России по Алтайскому краю).

В то же время по результатам надзорных мероприятий установлено: министерством здравоохранения Алтайского края 2 октября 2018 года в рамках ведомственного контроля качества и безопасности медицинской деятельности была проведена проверка КГБУЗ «Топчихинская ЦРБ» по факту оказания медицинской помощи N., по результатам которой выявлены нарушения нормативно-правовых требований в сфере здравоохранения, главному врачу выдано предписание устранения выявленных нарушений.

Вместе с тем министерством здравоохранения Алтайского края не обеспечена эффективность ведомственного контроля качества безопасности медицинской деятельности при проведении внеплановой проверки КГБУЗ «Топчихинская ЦРБ» — не в полной мере оценено соответствие организации деятельности медицинской организации, её структурного подразделения, врача требованиям положений, регламентированных порядками оказания медицинской помощи.

В этой связи минздраву Алтайского края вынесено предостережение о недопустимости нарушения обязательных нормативных правовых требований: ст. 89 ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в РФ», приказ Министерства здравоохранения РФ от 21.12.2012 «об утверждении порядка организации и проведения ведомственного контроля качества и безопасности медицинской деятельности».

Весьма любопытный ответ. Если прокуратура и региональный минздрав не видят чьей бы то ни было вины в смерти Валентины, тогда почему сотрудники СУ СК РФ по Алтайскому краю всё еще держат у себя документацию на погибшую? И какие всё-таки будут сделаны выводы по поводу обозначенных нарушений?

«Наше общее горе»

Самое время напомнить, что кроме своеобразного отношения к пациентам, руководство ЦРБ Топчихинского района не менее своеобразно относится и к медицинскому персоналу. ИА REGNUM уже писало, что с 2014 по 2018 год из больницы уволились 47 медицинских работников. Причём все, с кем довелось поговорить лично, утверждают, что причина — в пристрастном отношении главврача, в придирках и словесных унижениях руководства ЦРБ, в постоянных штрафах и недоплатах.

Любопытно, что в ответе Топчихинской прокуратуры почему-то учтён другой период уволившихся докторов. Но даже по этой информации можно понять размах текучки в больнице: с 2016 по 2018 год в КГБУЗ «Топчихинская ЦРБ» принято 22 специалиста, уволено 15 врачей. И это при кадровом дефиците, который признают даже в региональном минздраве!

«Проблема кадрового дефицита системы здравоохранения актуальна для всех городов и районов Алтайского края, а также в масштабах страны целом», — сказано в одном из ответов чиновников.

Да, проблемы с медицинскими кадрами в алтайских сёлах действительно существуют, но, насколько поясняют сами доктора, в Топчихинской районной больнице они возникли ещё и вследствие субъективных причин. Слаженный коллектив начал разбегаться после того, как в 2014 году на должность главного врача этой больницы назначен Константин Зиновьев.

Происходящее не могло не аукнуться ЧП с экстренными пациентами. Пример тому — трагедия, произошедшая в январе 2019 года. Как пояснили сотрудники ЦРБ, пациентка была в возрасте и могла не перенести операции, а докторам в очередной раз бы влетело за «порчу статистики». Поэтому больную, стонущую от невыносимых болей в животе, «для порядка» подержали в стационаре, просто обкалывая обезболивающими, а когда ситуация стала близка к критической — выписали. Женщина умерла.

Настораживает, что о смерти этой пациентки правоохранительным органам ничего не известно. Попытаемся тоже разобраться — почему?

«После вашей публикации, после проверок надзорных органов руководство со своими оскорблениями и придирками притихло, но ненадолго. Сейчас все проблемы и с кадрами, и с отношением к ним в Топчихинской ЦРБ возобновились. И мы действительно даже сами боимся обращаться к нашим медикам, случись что. Это наше общее с пациентами горе и страх относительно будущего», — призналась одна из из сотрудниц больницы.

В эру высоких медицинских технологий услышать от докторов такие слова действительно большое горе. Но самое страшное, что медики из других районных больниц присылают в редакцию ИА REGNUM отклики, свидетельствующие о похожей ситуации.

Читайте ранее в этом сюжете: Цена страха: в здравоохранении алтайского райцентра случилась беда

Читайте развитие сюжета: На Урале высказались против инициатив СКР по врачебным ошибкам

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.
×

Сброс пароля

E-mail *
Пароль *
Имя *
Фамилия
Регистрируясь, вы соглашаетесь с условиями
Положения о защите персональных данных
E-mail