Верховный суд России в текущем месяце выступил с инициативами по реформе судоустройства. Однако, как ранее писало ИА REGNUM, адвокатское сообщество страны, правозащитные организации уверены, что в реформировании нуждается не только судебная, но и следственная система. И что в России граждане, на самом деле. не защищены от судебного и полицейского произвола. Зачастую, и меры пресечения не соответствуют тяжести совершенного преступления и социальной опасности личности. И такое явление, как заказные дела не изжито.

Сергей Иванов. Суд в Московском государстве. 1909
Сергей Иванов. Суд в Московском государстве. 1909

Отметим, что аресты подозреваемых по ряду экономических преступлений граждан России предлагается вообще запретить. Такое предложение содержится в проекте пленума Верховного суда России. А 29 октября Владимир Путин внёс в Государственную думу законопроект, предлагающий ужесточение ответственности сотрудников правоохранительных органов за незаконное преследование бизнеса.

Тем не менее доводы защиты далеко не всегда находят понимание в судах. Иногда их просто не слышат. В результате, нарушаются даже те процессуальные нормы, которые есть сейчас.

Типичный пример — дело бывшего вице-губернатора Самарской области Геннадия Гендина. Он стал фигурантом уголовного дела по иску действующего сенатора Сергея Калашникова через… восемь лет после событий, которые легли в основу этой «криминальной истории». Почему все эти годы сенатор Калашников не обращался в правоохранительные органы — непонятно. Как не ясно в этом деле и многое другое.

В 2008 году Сергей Калашников, ныне сенатор от Брянской области, а в то время председатель Фонда социального страхования РФ, выступил в качестве инвестора проекта строительства коттеджного поселка. Проект реализовывала фирма бизнесмена Олега Литвинцева. В 2009 году Калашников отказался от участия в проекте, потребовав от Литвинцева вернуть деньги в сумме 25 млн рублей,. Олег Литвинцев возврат не осуществил. После чего Сергей Калашников обратился в суд. В ходе судебного разбирательства Литвинцев был признан виновным. По решению суда, его обязали вернуть 25 млн рублей Сергею Калашникову. Свидетелем по данному делу проходил Геннадий Гендин, причем суд не установил признаков соучастия его в этой истории.

И вдруг, в 2015 году, Сергей Калашников вновь подает иск на ту же сумму, но уже к Геннадию Гендину. Можно предположить, что отбывающий наказание Литвинцев деньги так и не смог вернуть Калашникову либо вернул не все. И сенатор вспомнил, что в истории был тот, кто познакомил его с Литвинцевым. Значит, можно попытаться переложить материальную ответственность с «больной головы на здоровую». Геннадия Гендина объявили в розыск. Как пояснила сторона защиты, Гендин не скрывался, не собирался уезжать, тем более прятаться от правоохранительных органов. Но объявление в розыск дало «основание» для применения к нему меры пресечения — содержание под стражей. По мнению защиты, нарушена еще одна процессуальная норма: в СИЗО запрещено держать людей, находящихся под следствием более года. Геннадий Гендин находится под стражей уже второй год. Несмотря на ряд серьезных хронических заболеваний.

«Вся эта история — вопиющее беззаконие», заявила корреспонденту ИА REGNUM известная правозащитница Татьяна Сухарева. «Даже не изучая материалы уголовного дела в отношении Геннадия Гендина, можно с уверенностью утверждать, что заключение Геннадия Гендина под стражу является грубейшим нарушением закона. Во-первых, срок содержания под стражей для обвиняемых в тяжких преступлениях, согласно УПК. не может превышать 12 месяцев. Данный срок превышен. Во-вторых, с целью обойти ст. 108 ч.1.1, которая запрещает заключать под стражу обвиняемых по ст. 159, если вменяемое преступление совершено в сфере предпринимательской деятельности, Геннадия Гендина объявили в розыск. При этом, никаких доказательств того, что Геннадий Гендин намеревался скрыться от следствия и суда не представлено. Он даже не знал, что в отношении него собираются возбудить уголовное дело. Полагаю, что Геннадию Гендину имеет смысл обратиться с жалобой в Европейский суд по правам человека. Шансы на то, что его жалоба будет удовлетворена, достаточно высоки», уверена Татьяна Сухарева. Также, по мнению Сухаревой, постыдным фактом является то, что в нашей стране уголовное преследование используется как инструмент конкурентной борьбы в бизнесе и сведения личных счетов.

Данная история вызывает удивление еще и потому, что сенатор Калашников считает себя специалистом по российской судебной системе. К примеру, несколько дней назад именно он выступил инициатором законопроекта, который позволит увольнять судей, если их решения трижды отменила вышестоящая инстанция. Кроме этого, сенатор Калашников предложил расширить перечень оснований для досрочного прекращения полномочий судей. В интервью РБК Сергей Калашников заявил, что проштрафившихся судей вообще «надо гнать поганой метлой».

Однако и юристы, и многие депутаты сочли, что подобные заявления — популизм и декларации, ибо противоречат конституционным нормам. Отметив при этом, что судебная система в России нуждается в реформировании. А юрист Елена Лукьянова вообще уверена, что заявления сенатора Калашникова — «очередная иллюстрация дремучего непрофессионализма наших законодателей… А парламентариев, которые такое предлагают, даже близко к законодательству подпускать нельзя». Об этом она заявила корреспонденту РБК.

Так может, сенатор Калашников и в иске к Геннадию Гендину чего перепутал? По обыкновению. Так или иначе, суду надлежит с особым вниманием отнестись к данной истории, чтобы не пострадал невинный человек.

Читайте ранее в этом сюжете: Поможет ли реформа судоустройства в России преодолеть «судебный беспредел»?

Читайте развитие сюжета: Кто превращает российские тюрьмы в хосписы?