"Это - не оптимизация! Это - зачистка территории от людей": Интервью главного редактора псковской газеты

Псков, 29 октября 2007, 12:20 — REGNUM  

Как ранее сообщало ИА REGNUM, 16 октября 2007 года коллегия по гражданским делам Псковского областного суда оставила в силе решение Себежского районного суда Псковской области от 20 августа по заявлению двух жителей Красноармейской волости из деревень Исаково и Ханёво - Натальи Трашковой и Ирины Демидовой - против главы Себежского района, Собрания депутатов Себежского района и администрации Себежского района о незаконных и нарушающих права граждан действиях по реорганизации Малаховской основной общеобразовательной школы (деревня Исаково Красноармейской волости Себежского района Псковской области). Представителем жителей в суде стал директор и главный редактор газеты "Псковская губернiя" Лев Шлосберг.

Сегодня, 29 октября, в интервью корреспонденту ИА REGNUM Лев Шлосберг рассказал о ходе процесса.

ИА REGNUM: Как началось это дело?

Обычно для газеты. В июне в редакцию "Псковской губернии" позвонила учитель из Дубровской школы Себежского района Раиса Ивановна Фролова, с просьбой опубликовать письмо жителей волости в связи с закрытием школы. Так случилось, что оно вышло в свет перед приездом в Псковскую область министра образования РФ Андрея Фурсенко и вызвало сильный общественный резонанс на фоне официальных победных рапортов областного руководства министру, растиражированных по местному телевидению. Нам позвонили и написали много людей, в том числе из Себежского района. На факс министра ушло письмо протеста за подписью десятков жителей Дубровской волости. По итогам встреч с людьми в "Псковской губернии" вышла статья Елены Ширяевой "Прощай, Родина!" 12 июля депутаты Себежского районного Собрания единогласно отвергли план оптимизации двух сельских школ - Дубровской и Малаховской.

По моей информации, после этого власти района подверглись колоссальному личному и политическому давлению. Насколько мне известно, им было прямо заявлено: "Если не можете "работать" со своими депутатами, дайте нам "объективки", мы сами с ними поработаем". Через две недели, 26 июня, 8 депутатов из 15 проголосовали за реорганизацию школ, был "достигнут" перевес в один голос. Причем депутаты от волостей, где закрывались школы, на сессии вообще не присутствовали и с тех пор в этих деревнях не появлялись. Дубровскую школу сделали отделением Кузнецовской школы, а от Малаховской оставили в Исаково только начальные классы, направив остальных детей более чем за 20 километров в среднюю школу поселка Идрица.

Жители были в шоке от произошедшего. Но вели себя очень достойно. И решили обратиться в суд. Ни один учитель из Малаховской школы не написал заявление о переводе в Идрицкую школу, хотя на них давили, пытались разложить педагогический коллектив. Они ответили: до решения суда - никаких заявлений. Те, кто знает особенности жизни в районах, поймут, какое для этого нужно личное мужество. Волость буквально сплотилась вокруг школы. Мы не сочли себя вправе оставить людей в этой ситуации.

Заседание Себежского районного суда продолжалось два дня, 17 и 20 августа. Состоялось всестороннее рассмотрение дела. Процесс был просто детальнейший. Дело рассматривала председатель Себежского районного суда Любовь Борисенко.

Должен сказать, что изначальный мотив обратиться в суд был у жителей даже не правовой, а эмоциональный. Они, честно говоря, не верили в то, что суд может принять их сторону. Но считали долгом перед своими детьми сделать все, что в их силах. И в результате произошла вещь огромной важности - люди поверили в то, что правосудие в России существует.

ИА REGNUM: Решение областного суда в принципе меняет ситуацию с реорганизацией сельских школ в области?

В Псковском областном суде нашло подтверждение мнение, что процесс реорганизации малокомплектных школ в Псковской области осуществляется с нарушениями федеральных законов. Хотя в решении и определении судов речь идет, естественно, только об одной школе, но известно много решений властей по сельским школам в Себежском и в других районах области. Все они принимаются, как правило, по одной и той же схеме, выработанной не местными, а областными властями.

Как правило, эти решения не учитывают мнение местного сообщества - жителей населенных пунктов, которые обслуживает данная школа. А федеральный закон "Об образовании" предписывает: "Ликвидация сельского дошкольного образовательного или общеобразовательного учреждения допускается только с согласия схода жителей населенных пунктов, обслуживаемых данным учреждением". Часто юридически самостоятельную школу превращают в отделение или филиал другой школы, то есть реорганизуют в форме присоединения. При этом любое отделение и филиал могут быть закрыты просто приказом директора школы, без какого-либо учета мнения жителей. Что и происходит во многих случаях.

Все решения жестко продавливаются через районные собрания депутатов (при повсеместном сопротивлении части депутатов, хорошо понимающих, что такие решения являются для властей района самоубийственными).

Как правило, эти решения принимаются без обязательной комплексной предварительной экспертной оценки последствий реорганизации или ликвидации школы для обеспечения жизнедеятельности, образования, воспитания, развития, отдыха и оздоровления детей, для оказания им медицинской, лечебно-профилактической помощи, для социального обслуживания. А ведь именно этого требует федеральный закон "Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации". В случае отсутствия предварительной (и положительной) экспертной оценки (причем оценки по существу возможных социальных последствий, а не с финансовой точки зрения, как это было в себежском деле) такое решение признается судом недействительным с момента его вынесения. Кроме того, в процессе принятия этих решений происходит жесткое давление властей на протестующих жителей - и чем активнее протест, тем агрессивнее давление. Зная детали, я не могу охарактеризовать это иначе, как жестокую психическую атаку - и на родителей, и на детей. Не все выдерживают...

ИА REGNUM: Есть примеры?

Да, к сожалению. И разные. Где-то родители поддаются шантажу, угрозам увольнения с работы, но это даже не самое страшное, как мы теперь знаем. Я начал с рассказа о Дубровской основной школе, также реорганизованной решением местных властей 26 июля. В ней учились почти 60 детей. При этом в Дубровской волости очень хорошая динамика рождаемости, до 10-12 детей в год, школа имела все перспективы для развития. Именно родители и учителя этой школы первыми обратились в редакцию "Псковской губернии" за помощью, но в суд обращаться не стали. Именно в Дубровке через два с половиной месяца после реорганизации школы, 11 октября, скончался ее бывший директор Владимир Гречухин, отработавший в школе 45 лет, из них 22 года - руководителем. Это было единственное его место работы за всю трудовую жизнь. Он так сильно переживал все случившееся с его родной школой, с его родной деревней, что сердце не выдержало... Это уже не драма - это трагедия. Уверен, что ситуация со школой - одна из главных причин этой трагедии. И на похороны бывшего директора крупнейшей основной сельской школы района не приехал ни один представитель районных властей. Я не знаю, как это комментировать...

Не могу отделаться от мысли, что если бы решение областного суда по Малаховской школе состоялось раньше, то, может быть, Владимир Андреевич увидел бы перспективы возврата к самостоятельной жизни и для своей школы, нашел бы в себе силы пережить случившееся, бороться дальше.

ИА REGNUM: Какие выводы можно сделать из этого судебного процесса?

Главный вывод должны сделать граждане - защищайте свои права, и вы их защитите. Власти будут идти на нарушения закона до тех пор, пока люди не поставят их на место. Других способов защиты прав не придумано.

Но в правовом смысле ситуация во многом парадоксальная. Юридически органы государственной власти области - администрация и областное Собрание депутатов - не имеют к процессу реорганизации и ликвидации сельских школ никакого отношения. Формально все решения принимаются органами местного самоуправления. Стоящая за их спиной администрация Псковской области, жестко продвигающая все эти решения, в том числе через подконтрольные СМИ, юридически никакой ответственности не несет. А после отмены прямых выборов губернаторов не несет и политической ответственности. Хотя для меня совершенно очевидно, что процесс "оптимизации" социальной сферы на селе управляется именно на региональном уровне и контролируется лично губернатором. Органы местного самоуправления, безусловно, сделаны в этой ситуации крайними. Я уверен, что ни один глава района, ни одно районное Собрание депутатов, будучи в здравом уме и твердой памяти, добровольно на такие действия не пойдут, потому что это - политическое и социально-экономическое самоубийство. Хотите избавиться от жителей - ликвидируйте школы.

Теперь муниципальные власти выставляют опустевшие школьные здания на торги, пытаются избавиться от ставшего внезапно "лишним" муниципального имущества. Никто не покупает. Школьные здания строились для школ - очень трудно, и в моральном плане тоже, использовать их для других целей.

ИА REGNUM: Ситуацию можно изменить без обращения в суды?

Да. "Корень зла" известен. Это - демонстративное нарушение Псковским областным Собранием депутатов и администрацией Псковской области нормы федерального закона "Об образовании", согласно которой "для малокомплектных сельских и рассматриваемых в качестве таковых органами государственной власти и органами, осуществляющими управление в сфере образования, образовательных учреждений норматив финансирования должен учитывать затраты, не зависящие от количества обучающихся" (абзац 2 части 2 ст. 41). В бюджете Псковской области эти затраты не учтены вообще никак. При этом закон обязывает власти определять "нормативы по каждому типу, виду и категории образовательного учреждения в расчете на одного обучающегося, воспитанника, а также на иной основе". И уравнительное нормативно-подушевое финансирование привело к тому, что малокомплектные сельские школы в финансовом отношении просто рухнули в одночасье. Уверен, что на это и был весь сознательный расчет.

Сначала власти сами принудительно посадили сельские школы на голодный финансовый паек, не позволяющий им полноценно обеспечивать учебный процесс, а потом лицемерно заговорили о недостатках качества этого учебного процесса. По существу, сельским малокомплектным школам в Псковской области объявлена война. Поиск кадров для них практически не ведется. Де-факто эти школы поставлены в положение сирот при живых родителях. Государство их предало, ограбило и добивает.

Есть и еще один весьма драматичный аспект нормативно-подушевого финансирования школ. Власти толкают школы к борьбе друг с другом за учеников, сталкивают между собой ранее дружественные педагогические коллективы, директоров. При "голом" нормативно-подушевом подходе ученик стал не личностью, а денежным знаком. Теперь на каждом ребенке "написано" - 8 тыс 850 рублей. И одна школа не выживет, если не "утопит" соседнюю. При том, что получается, конечно, даже не борьба бедных и богатых, а борьба бедных с бедными, которые все равно остаются бедными...

Введенный только что в Псковской области норматив наполняемости (14 учеников в классе для сельской школы) на практике невыполним, и - самое главное! - не имеет смысла. Для сельской школы 6-7-8 человек - это нормальный класс. Более того, для изучения некоторых предметов (в частности, языков) это вообще - оптимальная по числу обучающихся группа, позволяющая вести учебный процесс индивидуально. Норматив для городской школы, для сравнения, составляет 25 человек. Любой человек, сведущий в образовании, знает, что соотношение нормативов для сельской и городской школы должно быть примерно один к трем.

Вообще вопрос по сельским школам должен быть рассмотрен сугубо политически, то есть на государственном уровне. Они имеют право на жизнь. Люди имеют право учить своих детей там, где они живут. Точка. По каждой школе в суд не находишься. По многим решениям властей о реорганизации и ликвидации сельских школ уже истек срок исковой давности, и гражданам надо просить суды о восстановлении сроков, а это не самый простой вопрос.

ИА REGNUM: Есть реакция властей на решение суда?

Есть реакция, но очень странная. В конце октября в Псковском областном Собрании депутатов должны были пройти депутатские слушания по проблемам развития образования в Псковской области. Но в день решения Псковского областного суда эти слушания отменили. Якобы потому, что "презентация 100 лучших школ области" в рамках национального проекта "Образование", назначенная на те же дни, исчерпывает проблему и специальные депутатские слушания не нужны. Их перенесли на... 2008 год.

Я непосредственно связываю решение о переносе депутатских слушаний с решением Псковского областного суда. Неизбежно на этих слушаниях встал бы вопрос не только о "100 лучших школах", но и о сельских школах тоже, о нарушениях федерального законодательства и сознательном финансовом удушении этих школ. По существу, отдельного норматива для сельских малокомплектных школ, соответствующего закону, в Псковской области нет вообще.

Мы надеемся на реакцию областной прокуратуры, в которую было подано заявление о нарушении в Псковской области норм федерального законодательства при расчете норматива финансирования для малокомплектных сельских школ.

ИА REGNUM: Почему администрация Псковской области ведет такую политику в области образования?

Не только в области образования, это касается практически всей социальной сферы в сельской местности. По моей версии, корнем этой политики является желание губернатора области Михаила Кузнецова существенно сократить пропорциональный объем социальных обязательств бюджета Псковской области. Чем меньше денег в долевом отношении нужно расходовать на объекты в социальной сфере, тем меньше дотаций требуется Псковской области из федерального бюджета, тем более благополучными будут формальные финансовые показатели "предприятия "Псковская область". На момент прихода Михаила Кузнецова к власти, по данным журнала "Эксперт", дотации для Псковской области из федерального бюджета составляли 48,5 процентов доходов областного бюджета.

На территории области функционировало почти 450 школ. Если из них уже оптимизировано 116 и на очереди еще, судя по всему, не меньше 100 школ, то объем обязательств областного бюджета перед жителями села, безусловно, сократится. Но при этом многократно вырастают расходы местных бюджетов на транспортировку детей, затраты на безопасность перевозок, обеспечение деятельности школ-интернатов, разговор о которых - отдельная тема. Нормальная семья в большинстве таких интернатов ребенка ни на день не оставит.

Я вижу во всей этой политике только "финансовую хирургию", в надежде "оптимизировать" формальные бюджетные показатели Псковской области и представить область перед федеральным правительством "в лучшем финансовом свете". Ничего больше.

ИА REGNUM: Главный аргумент сторонников "оптимизации" - повышение качества образования...

Есть такой аргумент. Только на деле политика "оптимизации" сельских школ практически никак не связана с продекларированным повышением качества образования. Это, на мой взгляд, - неуклюжая попытка чисто математически сократить социальные обязательства областного бюджета, прикрываясь декларациями о качестве учебного процесса. Сам подход к модернизации образования, когда условием развития одних школ выставляется уничтожение других, ущербен и нелогичен. Он нарушает равенство прав граждан.

Не все это понимают, но в Российской Федерации в муниципальных школах детям дают государственное образование. Государство не может снимать с себя ответственность за качество этого образования в каждом учебном учреждении. И государство обязано обеспечивать права граждан на получение образования по месту проживания - как минимум основного, то есть до девятого класса. Доступность образования, в том числе территориальная, - одно из условий его качества.

ИА REGNUM: Можете доказать?

Могу. Во что на деле вылилась "оптимизация", знают только те, кто в полной мере вкусил ее "плоды". Дети встают в шесть - семь часов утра, чтобы успеть на этот автобус. Едут в школу сонные, иногда даже не успев позавтракать. В школах, куда их "приписали", пошла новая тенденция среди учителей - детей, которые приезжают из сел, почти не спрашивают на уроках. Понимают, что они не готовы - в первую очередь морально и физически. Раньше в своих родных сельских школах их спрашивали по несколько раз за урок, невозможно было спрятаться за чью-то спину - в результате, сельские дети повсеместно при прохождении ЕГЭ показывали не худшие, а местами даже лучшие результаты, чем городские школьники, учащиеся крупных школ. Нам уже известны случаи, когда сельские дети, которым требовательные сельские учителя ставили "тройки" и "четверки", заставляя трудиться, внезапно в новой школе начинали получать "четверки" и "пятерки". Вот, говорят власти, видите - качество образования выросло. Смех и слезы. А в суде власти договорились до того, что само существование сельских малокомплектных школ препятствует (!) доступу детей к качественному образованию. Но, как прекрасно сказала в ответ Ирина Демидова, "качество образования всегда зависело от таланта учителя и способностей ученика".

Полностью загублена внешкольная и внеклассная работа с "приезжими" детьми. Школьники, дождавшись автобуса, который еще и во многих случаях не соответствует стандартам безопасности перевозки детей, после окончания уроков, уезжают домой. Никаких кружков, никаких внеклассных мероприятий. Ведь автобус идет один раз в день в школу и один раз в день из школы. После уроков школьники младших классов ждут старшеклассников, один-два урока болтаются неприкаянные, затем садятся в автобус и едут домой. Приезжают измотанные, иногда в четыре-пять часов вечера. Им не до уроков, они не в состоянии готовить домашние задания, младшие буквально не могут стоять на ногах. Большинство детей, по свидетельству родителей, после возвращения из школы ложатся спать - наступает сильное переутомление. Все это - массовые случаи, это - сотни, тысячи семей, тысячи детей, права которых ежедневно и грубо нарушаются. Между прочим, российские законы обязывают учитывать мнение ребенка в возрасте старше 10 лет при выборе школы.

Происходят многочисленные нарушения СанПиНов, когда детям приходится ездить свыше 30 километров в одну сторону, автобус петляет, он должен развести всех по деревням, в то время как СанПиН допускает предельный радиус обслуживания обучающихся второй (5-9 классы) и третьей (10-11классы) ступеней в сельской местности (от дома до школы) не более 15 км по спидометру. Администрация Себежского района, например, на полном серьёзе считала эти расстояния просто по прямой, через леса и болота, а не по дорогам. В суде родители показали карты, где стрелки направлений перевозки детей проходят через территории, по которым невозможно ни на машине проехать, ни пешком пройти. Там нет даже тропинок. По прямой получалось 12 км, на реальной местности - в два раза больше. Принимая решения о перевозке детей, нельзя не учитывать еще два общеизвестных и существенных обстоятельства - какие у нас дороги и какой у нас транспорт, как отапливаются автобусы в зимнее время...

На деле никакие официально продекларированные цели реформы этой пресловутой "оптимизацией", не достигаются. Ликвидация получается, модернизация - нет. Образование становится физически дальше от ребенка, его качество реально падает, в крупных школах фактически появились ученики второго сорта, ограниченные в полноценном доступе к образованию и внешкольной работе.

В целях пропаганды, даже на уровне правительства, часто практикуется манипулирование информацией, что в сельских школах якобы всего по три-пять-семь учеников, и именно поэтому их закрывают. Но в Псковской области решительно закрывают вполне дееспособные сельские школы с 30-40-50 учащимися и удовлетворительной демографической перспективой. Я считаю, что это не оптимизация, это - зачистка территории от людей.

Справка ИА REGNUM:

Напомним, что за последние два года в Псковской области ликвидировано 116 сельских школ - больше, чем за предыдущие 10 лет. Сейчас во всей области осталось 305 начальных, основных и средних школ. Малаховская школа основана в 1982 году, и на момент открытия в ней училось 32 ребенка. 2007-2008 учебный год в ней начали 45 учеников, считая семерых дошколят.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.
Главное сегодня
NB!
27.04.17
МИД Франции опубликовал «доказательства» вины Асада в химатаке в Идлибе
NB!
27.04.17
На решение всех проблем многодетных семей в бюджете Краснодара денег нет
NB!
27.04.17
Плавали плохо: Глава Хакасии неожиданно отправил в отставку правительство
NB!
27.04.17
Ремонт или снос: Оренбург может потерять здание, где учился Гагарин
NB!
27.04.17
«На рубль надавил Путин»
NB!
27.04.17
Радио REGNUM. «Четверть часа о высоком». В гостях Сергей Долгорук
NB!
27.04.17
«Нефть от провала удержит доллар»
NB!
27.04.17
«Рубль не сломлен»
NB!
27.04.17
Первый в России: На Кубани открыли питомник саженцев винограда
NB!
27.04.17
Радио REGNUM: первый выпуск за 27 апреля
NB!
27.04.17
Послание Лукашенко: вместо споров — переговоры
NB!
27.04.17
Юань проседает третий день подряд по отношению к доллару США
NB!
27.04.17
Олигарх-социалист: свежо предание, да верится с трудом
NB!
27.04.17
Предсказуемость и интрига в одной губернаторской кампании
NB!
27.04.17
Гробокопательский законопроект: разброд и шатание
NB!
27.04.17
Административный ресурс против популизма — кто кого?
NB!
27.04.17
Война, ставшая результатом беспечности
NB!
27.04.17
Новосибирцы отстояли свои права. Кто победитель – и кто проигравший?
NB!
27.04.17
Украина наращивает экспорт своих товаров в Россию. Вот такая «война»
NB!
27.04.17
Азербайджан и ЕС: о чем задумался Баку
NB!
27.04.17
Майдан головного мозга как комплексное расстройство психики и интеллекта
NB!
27.04.17
Когда театр не «для души», а о душе