Марк Зорян: Бегство спецназа и возвращение Окруашвили - грузинская элита готовится к новым интригам

Тбилиси, 15 июня 2007, 16:39 — REGNUM  

Факт массового дезертирства в Грузии военнослужащих Коджорской бригады специального назначения получил со стороны ряда грузинских печатных изданий оценку "весьма тревожной симптоматики". Данная бригада считается элитным подразделением и дислоцируется в 20 км от Тбилиси. Военнослужащие этой бригады на ротационной основе принимают участие в операции в Ираке, что считается в грузинской армии наиболее престижным и доходным местом прохождения службы. Обучение бойцов бригады ведут американские инструкторы. Поначалу СМИ сообщали, что около 150 срочников без оружия самовольно покинули подразделение, а в пресс-релизе Минобороны называлась цифра 20, причем часть из них, согласно официальной версии, уже вернулась к месту дислокации. Однако затем стали оперировать цифрой в 70, при этом оппозиционные СМИ продолжают настаивать на первоначальном количестве, а именно: из части дезертировало 150 человек.

В заявлении Минобороны Грузии не названы причины побега. На страницах печати выдвигается две версии. По первой из них, катализатором стало несогласованное со спецназовцами-срочниками изменения условий (в т. ч. финансовых) и сроков службы. Однако более правдоподобной выглядит версия, что командование бригады вынуждало солдат заключать контракты на участие в боевых действиях на территории Грузии, в основном в зоне грузино-осетинского конфликта, обстановка в которой накаляется день ото дня.

По тональности обсуждения этого события отчетливо ощущается, насколько болезненно оно воспринимается обществом. При правлении Шеварднадзе армия носила как бы ритуальный характер и являлась скорее декоративным атрибутом государственности, чем реальным и состоявшимся ее институтом. Внимание и, соответственно, финансирование подобного "атрибута" осуществлялось по остаточному принципу. Отсюда и массовые факты дезертирства, и даже своего рода голодные бунты, когда целые подразделения в полном составе в сопровождение членов офицерских семей с маршами протеста двигались в сторону Тбилиси с плакатами: "У нас ничего нет - ни одежды, ни продуктов, ни денег. Мы голодаем".

Казалось бы, с приходом Саакашвили ситуация кардинально изменилась. Становление Вооруженных сил провозглашалось приоритетной задачей, сюда инвестировались колоссальные для этой страны средства. По темпам роста бюджета оборонного ведомства Грузия занимает одно из первых мест в мире. Перманентно происходит закупка иностранной военной техники, к обучению привлекаются зарубежные инструкторы, возросшую мощь с удовольствием постоянно демонстрируют на военных парадах. Правда, при этом особыми боевыми успехами грузинская армия похвалиться не могла, и, к примеру, военная кампания лета 2004 года в Южной Осетии закончилась для нее реальным провалом и чувствительными потерями. Но это фиаско удалось спустить на тормозах, списав неудачи на традиционный "русский фактор". Служба в Вооруженных силах Грузии государственной машиной пропаганды провозглашалась как престижная и позволяющая военнослужащим обеспечивать достойный уровень жизни. В глазах общества армия стала восприниматься как состоявшийся институт и, что очень важно в Грузии - весомый рычаг в восстановлении территориальной целостности страны. Между тем, по оценкам офицеров НАТО, наблюдавших за военными учениями в Грузии, пока нет оснований говорить о достижении даже первичных подвижек в росте боеспособности грузинских Вооруженных сил. В соответствии со стандартами НАТО и оценочной балльной шкалой грузинская армия не может рассматриваться в обычной для НАТО оценочной системе. Грузинскую армию, скорее, можно отнести к полицейским силам специального назначения, пригодным для проведения правоохранительных операций на определенной территории. Задачи, выполняемые грузинским контингентом в Ираке, не могут относиться к боевым. Это именно полицейские функции. Вместе с тем эти задачи грузинского контингента в Ираке рассматриваются в Грузии как важный признак успеха и, по сути, триумфа грузинских Вооруженных сил, залог повышения их престижа в обществе. Грузинские комментаторы постоянно пытаются представить пребывание контингента в Ираке как несомненный успех грузинской политики, в том числе и в сфере обороны. В Пентагоне пытаются всячески продемонстрировать достигнутый успех грузинской армии и готовность Грузии успешно выполнить требования для вступления страны в НАТО. Тем не менее в НАТО очень серьезно относятся к оценкам по Грузии, и пока нет ни одного документа, свидетельствующего о достигнутых стандартах и уровне боеспособности. По имеющимся оценкам, которые представлены странам-членам НАТО, для выполнения задач по подготовке Вооруженных сил в соответствии с требованиям НАТО Грузии необходимо не менее 7-8 лет. При этом следует провести кардинальную реорганизацию армии, в том числе смену до 90% кадрового состава, обращая внимание на его психологическую подготовку. Представляет интерес доклад группы офицеров Генштаба Греции относительно социальных условий формирования Вооруженных сил Грузии. Этот доклад, составленный по согласованию с Главным управлением подготовки Вооруженных сил штаба НАТО, подчеркивает, что социальное положение в Грузии, ценности и приоритеты общества не способствуют развитию Вооруженных сил. Рекомендуется осуществить специальные программы по подготовке общества к задачам обороны.

То, что ситуация в этой области далеко не такова, как это представлялось из сводок государственной идеологической машины, стало своего рода холодным душем для общества, и даже в оппозиционных изданиях данное событие комментировалось без традиционного в таких случаях скрытого злорадства. Прослеживаются отчетливые нотки разочарования и даже уныния от факта, что один из немногих вроде бы успешных и зримых проектов Саакашвили на деле таковым еще не является. И это, соответственно, вынуждает общество с большей долей пессимизма оценивать пропагандируемые властями проекты в других областях государственного строительства.

Интересно, что некоторые местные аналитики факт массового дезертирства солдат из ВС Грузии попытались связать с состоявшимся накануне возвращением в реальную политику бывшего экс-министра обороны Ираклия Окруашвили. Представляется, однако, что подобная прямая увязка вряд ли имеет объективные основания. Но уже само существование таких ассоциаций свидетельствует о том, что реанимация Окруашвили-политика становится значимым фактором во внутриполитическом раскладе Грузии. Близкие к нему люди подтверждают распространившиеся ранее предположения о том, что Ираклий Окруашвили намеревается создать новую политическую партию и выступить с собственной командой на парламентских выборах в 2008 году. С этой целью он проводит интенсивные консультации с рядом известных политиков, которые не ассоциируются с какой-либо определенной политической силой, с тем, чтобы они вошли в состав его партии. Скорее всего, Окруашвили попытается привлечь в свою партию не только уже задействованные в политике фигуры, но и известных в грузинском обществе людей, в первую очередь звезд журналистики из принадлежавшей ему прежде телекомпании "Рустави-2".

Часть оппозиционных сил встречает возвращение Окруашвили в политику с энтузиазмом, полагая, что с его приходом политический баланс в пользу оппозиции изменится и появится реальная возможность расшатать устойчивую на сегодня пирамиду власти. Так, по мнению лидера республиканцев Левана Бердзенишвили, на следующих выборах главной задачей оппозиции должно быть ослабление монополистской силы правящей партии, и в этом фигура Окруашвили может сыграть ключевую роль. Многие уже теперь заявляют, что у Окруашвили достаточно потенциала конкурировать не только на парламентских выборах, но и с Михаилом Саакашвили на президентских выборах. Поэтому очень активно обсуждаются взаимоотношения между Окруашвили и Саакашвили. При этом подчеркивается, что ранее между ними никогда не отмечалось принципиальных разногласий. А вот антагонизм между Окруашвили и министром внутренних дел Вано Мерабишвили и т. н. "командой Бокерия" всегда был актуальной темой. Поэтому существуют предположения, что Окруашвили готов стать оппозицией лишь правящей партии, а не действующему президенту. Но даже такой усеченный вариант частью оппозиции приветствуется, ибо, по словам Бердзенишвили, "...если Окруашвили создаст политическую силу, с которой стоит считаться, и он войдет в диалог с Саакашвили, не думаю, чтобы это было большой трагедией, так как если этот диалог начнется, это означает, что Бокерия и другие не менее одиозные фигуры должны укладывать чемоданы и уходить, что уже хорошо".

Другая часть оппозиции реагирует на появление на политическом горизонте новой-старой фигуры более чем сдержанно. "Я никогда не видела перспективы в сотрудничестве с министром обороны Окруашвили, так как он никак не вкладывался ни в какие стандарты и мы всегда остро критиковали его", - заявила представитель "Новых правых" Пикрия Чихрадзе. При этом здесь не упускают случая припомнить, что на должности министра обороны Окруашвили часто пытался набрать рейтинг, используя довольно сомнительные приемы и делая абсолютно нереалистичные заявления (речь, в частности, идет о нашумевшем заявлении Окруашвили, что новый, 2007-й год он встретит "в освобожденном" Цхинвали), вредящие внешнеполитическому имиджу страны. "Поэтому пока не знаю, какие заявления будет делать Ираклий Окруашвили, который будет лидером партии, за которой не стоит армия", - заявляет Пикрия Чихрадзе. А на самом деле у этого сегмента оппозиции реальное беспокойство вызывает, то что харизматный Окруашвили оттянет на себя часть протестного электората и тем самым вытеснит их из занимаемой политической ниши. Поэтому ими в открытую ставится под сомнение искренность намерений Окруашвили действовать в оппозиционном лагере и все происходящее характеризуется не иначе, как "новая согласованная политическая интрига" старого тандема Саакашвили - Окруашвили".

В связи с планами Окруашвили представители парламентского правящего большинства предпочитают отделываться общими, ничего не значащими словами. "Грузия свободная страна, и любой человек, кто желает быть в политике, имеет право быть в политике", - заявил "Civil.Ge" один из лидеров парламентского большинства Гига Бокерия. По его словам, лишь после того, как станет известно, какие политические интересы и задачи будут у Ираклия Окруашвили, легче будет говорить, "насколько серьезным конкурентом он может быть". И, тем не менее, во втором эшелоне власти ощущается явное беспокойство, так как независимо от того - играет ли Окруашвили самостоятельно или, уж тем более, если его действия санкционированы самим президентом, именно бывшие его соперники в правящей коалиции: команды Мерабишвили и Бокерия - станут первоочередной мишенью нового оппозиционного лидера. Возврат Окруашвили на самый верх властной пирамиды, скажем, в качестве победителя на парламентских выборах рассматривается ими как неприкрытая угроза собственным позициям. Неслучайно уже на этой неделе в прессу просочились слухи, что именно сейчас парламентская Контрольная палата обнаружила нарушения на многие миллионы долларов в расходах Министерства обороны в годы, когда это ведомство возглавлял Окруашвили. Те же СМИ предполагают, что и Окруашвили в силу занимаемых им должностей также успел впрок обзавестись компроматом на своих недругов из правящих кругов.

Марк Зорян - эксперт аналитического Центра "Кавказ"

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.
×

Сброс пароля

E-mail *
Пароль *
Имя *
Фамилия
Регистрируясь, вы соглашаетесь с условиями
Положения о защите персональных данных
E-mail