Руководитель сектора по защите прав осужденных Комиссии по правам человека при главе РСО - Алания: факты избиения осужденных с каждым годом увеличиваются

Владикавказ, 27 апреля 2007, 15:01 — REGNUM  В учреждениях, подведомственных Министерству юстиции России в Северной Осетии отбывают наказание сотни осужденных. Нарушаются ли права находящихся в них граждан? На этот и другие вопросы корреспондент ИА REGNUM попросил ответить руководителя сектора по защите прав осужденных Комиссии по правам человека при главе РСО - Алания Эльбруса Валиева.

Что касается СИЗО, то внутри него нет массовых нарушений. Но если таковые и имеются, то в этом виноваты только сотрудники МВД. Основная моя работа - контроль за условиями содержания в закрытом учреждении. Если к нам обращаются обвиняемые или уже осужденные, которые считают, что нарушены их права и свободы, гарантированные Конституцией России, то, конечно, я могу оказывать им помощь в рамках своих полномочий. Как правило, жалобы от них попадают в нашу структуру, и далее мы их направляем по инстанциям, которые должны разбираться с их заявлениями. Мы сами также обращаемся к должностным лицам и в их присутствии выясняем причины и степень нарушения прав заключенных.

Если говорить об условиях содержания осужденных в нашей системе Управления федеральной службы исполнения наказания (УФСИН), то по заключению международных экспертов мы являемся одной из лучших в Российской Федерации. Кстати, об этом говорят и граждане, находящиеся в следственном изоляторе и исправительных колониях. При беседах с нами, они признаются, что никаких ограничений, кроме предусмотренных законом, у них нет. В помещениях чистота и порядок. Все они полностью обеспечиваются медицинским обслуживанием.

ИА REGNUM: Были ли к вам обращения по фактам избиения осужденных или подследственных?

К сожалению, такие случаи зафиксированы. В Комиссию обратились двенадцать человек непосредственно сами или через родственников. К этим гражданам были применены меры физического воздействия сотрудниками. Работники УФСИН РСО - Алания к ним никакого отношения не имеют. Физическая сила, как правило, применяется при допросах или других следственных мероприятиях. По каждому заявлению мы провели собственное расследование. Собранный в ходе этого материал, мы направили руководителю республики Таймуразу Мамсурову, в МВД и прокуратуру Северной Осетии. Прокурорские работники уже дали ответ, в котором написали, что факты рукоприкладства не подтвердились. У нас находятся жалобы осужденных вместе с медицинскими заключениями, что против них применялась физическая сила. К сожалению, подобные факты с каждым годом увеличиваются.

ИА REGNUM: Идут на сотрудничество с Комиссией по правам человека руководители Управления исполнения наказания?

В правозащитной структуре я работаю с 1998 года и хочу подчеркнуть, что именно с того периода, когда управление возглавлял еще Анатолий Хабалонов, началось наше сотрудничество. В процессе работы мы нашли общие интересы и по сей день трудимся в тесном контакте. С руководством УФСИН и его структурными подразделениями у нас нет никаких проблем. Хочу привести пример, который подтверждает мои слова. В 2002 году в комиссию обратилась мать троих обвиняемых, которая сообщила, что по факту кражи были задержаны ее трое сыновей. Я пришел в СИЗО в тот момент, когда двое из них объявили голодовку и зашили себе рты. Они потребовали, чтобы к ним пришел представитель комиссии по правам человека. В течение шести часов переговорного процесса мне удалось убедить их прекратить голодовку, и медики спокойно расшили им рты. Как потом выяснилось, один из братьев совершил преступление, в чем он сам признавался, но почему-то арестовали всех троих. Кстати, об этом факте знают и в Совете Европы.

ИА REGNUM: Известно, что кроме правозащитной деятельности ваша комиссия оказывает помощь и малоимущим гражданам.

Совершенно верно. К нам приходят люди по разным вопросам, и в меру своих сил и возможностей мы оказываем им необходимую помощь. Хотя денежными средствами никакими не располагаем. В конце прошлого год к нам обратилась мать тяжелобольного ребенка Чигоева Неля. Она сообщила, что от почечной недостаточности умирает ее десятилетняя девочка. Требовалась пересадка почки от живого донора. За эту операцию в Москве потребовали 40 тысяч долларов. Убитая горем женщина ходила по всем властным и коммерческим структурам, но нигде не могла найти необходимую сумму. От безысходности пришла к нам. Я доложил об этом руководителю комиссии Юрию Сидакову и мы решили помочь девочке. Через своих знакомых в Москве он нашел известного в столице хирурга Алана Зукоева, который согласился прооперировать девочку. Однако нужны были денежные средства на приобретение дорогостоящих лекарств и в этом помощь оказал министр здравоохранения нашей республики Александр Реутов. Большое ему за это спасибо. Операция прошла успешно, и девочка была спасена. Мать ее в последующем стала "золотым" донором России и получила специальный знак от министра здравоохранения социального развития Михаила Зурабова. Подобные примеры не единичны. За девять лет работы моей всякое бывало.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.