Уполномоченный по правам человека в РФ осудил противодействие реализации права граждан на мирные собрания

Москва, 5 апреля 2007, 08:06 — REGNUM  Одной из существенных проблем в сфере соблюдения прав человека в современной России является несоблюдение конституционного права на свободу собраний. Об этом, в частности, говорится в ежегодном докладе Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации Владимира Лукина по итогам 2006 года, который 3 апреля был представлен президенту РФ Владимиру Путину. "Наибольшее количество жалоб вызывает нарушение процедуры согласования уведомлений о проведении публичных мероприятий, - пишет Уполномоченный, обобщая жалобы, поступившие к нему в 2006 году. - Предусмотренный Федеральным законом "О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях" уведомительный порядок организации и проведения публичных мероприятий нередко истолковывается органами власти как фактически разрешительный".

Как отмечает Уполномоченный, закон оставляет власти лишь право предлагать организаторам публичных мероприятий изменить место или время их проведения. "Важно, однако, понимать, что это право не должно превращаться в удобное средство запрета неугодных власти публичных мероприятий. Иными словами, предложения об изменении места или времени публичного мероприятия должны быть серьезно и убедительно для его организаторов обоснованы", - подчеркивается в докладе.

Поскольку в Федеральном законе "О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях" не указаны основания для запрета на проведение публичного мероприятия, "в попытке восполнить этот пробел местные власти идут порой на прямое нарушение закона, самовольно запрещая конкретные публичные мероприятия, либо изобретая собственные законодательные ограничители их проведения. - отмечает Лукин. - В законах различных субъектов Российской Федерации встречаются юридически абсурдные положения о "признании уведомления неподанным", об "отказе в принятии уведомления", о "невозможности согласования уведомления" и так далее".

В докладе приводятся примеры подобных вольных трактовок законодательства властями различных городов и регионов. Так в Самарской области могут разрешить проведение публичного мероприятия или отказать в этом. В Республике Тыва организаторам публичного мероприятия выдают разрешение на его проведение. В Рязанской, Ивановской, Костромской, Тюменской областях практикуется вынесение решений об отказе в проведении публичных мероприятий. В отношении публичных мероприятий, уведомление о проведение которых не вызывает у властей возражений, используется термин "положительное решение". В Читинской области, согласно постановлению администрации от 18 марта 2003 года №70-А/П "О мерах по обеспечению правопорядка и безопасности населения при проведении массовых мероприятий в Читинской области", организаторы мероприятия обязаны обратиться в орган местного самоуправления с заявлением о выдаче разрешения на проведение мероприятия, а не с уведомлением, как требует федеральное законодательство. При этом информация о дате, месте и времени проведения мероприятия не может быть обнародована до вступления в силу "правового" акта муниципального образования, разрешающего проведение этого мероприятия.

"Следует особо подчеркнуть, что подобные доморощенные уловки противоречат букве упомянутого закона и представляют собой форму противозаконного воспрепятствования реализации права граждан на мирные собрания", - говорится в докладе Владимира Лукина.

В то же время, Уполномоченный не отрицает саму идею возможности запрета публичного мероприятия. По его мнению, основания для такого решения нуждаются в правовом урегулировании, поскольку никакое право, в том числе и право на мирные собрания, не может реализовываться в ущерб другим правам и свободам. "Каким бы непопулярным ни выглядел этот вывод, отсутствие в законе четко оговоренных оснований для запрета публичных мероприятий объективно подталкивает органы власти к незаконным действиям, а значит, и к произволу в ситуации, когда другого выхода по существу нет", - говорится в докладе.

В качестве примера Лукин указывает на эпизод с запретом в ноябре 2006 года так называемого "Русского марша" в Москве и Санкт-Петербурге: "С одной стороны, опыт проведения аналогичного мероприятия в 2005 году подсказывал, что выступление радикальных националистов и на этот раз может приобрести антиконституционный характер. С другой стороны, в рамках действующего Федерального закона "О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях" никаких законных оснований для запрета "Русского марша" не было. Как известно, власти Москвы и Санкт-Петербурга предпочли нарушить закон, запретив все же "Русский марш". В результате возник крайне опасный прецедент, который был с успехом использован уже в декабре в целях незаконного запрета (для баланса?) так называемого "Марша несогласных", запланированного рядом оппозиционных организаций".

Как подчеркивает Уполномоченный по правам человека в РФ, "весьма ограниченное, четкое и недвусмысленное закрепление в законе оснований для запрета публичных мероприятий может, как представляется, стать не ограничением, а, наоборот, дополнительной гарантией реализации права на мирные собрания". Точно и конкретно изложенные в законе основания для запрета публичного мероприятия могут быть при необходимости аргументировано оспорены в суде, отмечает он, однако для того, чтобы такая законодательная мера стала действительно фактором обеспечения, а не ограничения права граждан на мирные собрания, необходимо одновременно в соответствующем законе уточнить и конкретизировать понятие экстремизма. Существующее правовое определение этого явления, по мнению Лукина, открывает возможности для двусмысленных толкований, а следовательно, для злоупотреблений.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.