Очереди за сертификатами Евро-2 и срок для бывшего мэра Владивостока: обзор прессы Приморья

Владивосток, 4 ноября 2006, 02:57 — REGNUM  

Обзор прессы Приморья за 28 октября - 3 ноября.

Бывшего мэра Владивостока Юрия Копылова могут посадить. ЕВРО-2: во Владивостоке выстраивается очередь за сертификатами. "Отечество" угрожает жизни горожан. Кто виноват в гибели "Синегорья". Зона особого выживания. Школьные обеды подорожали.

"Передано в суд уголовное дело, возбужденное в отношении бывшего главы Владивостока Юрия Копылова по факту превышения им должностных полномочий. В сентябре 2003 года администрация Владивостока, возглавляемая Юрием Копыловым, заключила договор с японской фирмой "Сирояма" о строительстве в столице Приморья колумбария. Стоимость контракта - почти 4 000 000 долларов (и это только материалы)", - пишет газета "Владивосток" в номере от 3 ноября. Однако, как рассказал корреспонденту "Владивостока" следователь прокуратуры Ленинского района Владивостока Олег Бялгожевский, в октябре 2004 года Арбитражный суд Приморского края признал недействительным и договор, и конкурс на размещение муниципального заказа. В августе 2006 года прокуратура Ленинского района возбудила уголовное дело по статье 286 ч. 2 УК РФ. Уже в конце октября дело передали в суд. Теперь бывшему мэру Владивостока грозит либо крупный денежный штраф либо лишение свободы на срок до семи лет.

Как сообщает газета "Золотой Рог" в номере от 2 ноября, с 29 октября запрещен ввоз в Россию транспортных средств, не соответствующих требованиям стандарта ЕВРО-2. На дальневосточной границе начинают выстраиваться очереди на таможенное оформление прибывающих из Японии автомобилей. После многочисленных отсрочек с нововведением, вызванных несогласованностью действий чиновников и неурегулированностью межведомственных вопросов, экологические нормы ЕВРО-2 стали обязательными для России. Теперь в технических документах на автомобиль появилось такое понятие, как экологический класс, соответствие которому подтверждается сертификатом. Сертификаты реализует Федеральное агентство по техническому регулированию и метрологии (Ростехрегулирование) через сеть уполномоченных им центров по сертификации на местах. В Дальневосточном регионе право продажи получили пять таких центров: на Сахалине, в Магадане, Хабаровске, Владивостоке и Находке. "Соответствие японских автомобилей нормам ЕВРО-2 производится, как и прежде, методом сверки с данными Ростехрегулирования, - комментирует изданию нововведение председатель Общества защиты автопродавцов Приморья Дмитрий Пенязь, - только раньше таможенники смотрели в таблицу годов выпуска, по которой все японские машины, изготовленные после 1997 года, считались экологически чистыми, а теперь инспектор должен сверяться с базой данных, составленной все тем же Ростехрегулированием. В этой базе, опубликованной на сайте Федеральной таможенной службы в интернете, - в основном европейские марки, японских "праворуких" автомобилей, за исключением грузовиков, там практически нет. Поэтому почти всем, кто везет сегодня легковые машины, нужно приобретать сертификаты в Приморском центре стандартизации и метрологии, что на ул. прапорщика Комарова. И, несмотря на то, что никаких сложных технических манипуляций или замеров не производится, стоимость сертификата осталась на уровне 3 600 рублей. Однако импортерам деваться некуда, и с начала недели на сертификацию начала выстраиваться очередь, которая расписана вперед уже на несколько дней. Получилось как всегда - приказ издан, а как его исполнять, толком никто не знает. На улице прапорщика Комарова между тем заявляют, что ситуация не настолько остра, чтобы называть ее проблемой, и через непродолжительное время обстановка нормализуется".

Во вторник, 31 октября, в центре Владивостока произошло ЧП. В фокусе внимания снова оказался строительный объект на пересечении Океанского проспекта и улицы Фонтанной, где полтора месяца назад едва не наделал бед огромный башенный кран, угрожавший упасть с большой высоты, пишет "Золотой Рог" в номере от 2 ноября, отмечая, что заказчиками строящегося торгового центра является ООО "Отечество", а подрядчиком - ООО "Бэстстройсити". На этот раз около 18.00 на стройке произошло обрушение защитного металлического перекрытия. Очевидцами стали десятки горожан. По свидетельству очевидцев, что-то сорвалось с 12-го этажа недостроенного здания и упало на козырек между стройкой и ближайшим офисным зданием. Падение предмета спровоцировало обрушение козырька. Вместе с широкими металлическими листами вниз рухнула и емкость с бетонным раствором. Жидкий бетон, а также гофрированное железо и деревянные балки посыпались на припаркованные в проезде автомобили. Пострадал и прохожий, к счастью, обошлось без серьезных травм. Тем временем вьетнамские рабочие, что трудятся на стройке, за считанные минуты расчистили завал и принялись сооружать новый металлический козырек. К слову, строители вообще отрицали тот факт, что на их объекте произошло ЧП.

"Полемическая пресс-конференция по поводу гибели теплохода "Синегорье" состоялась во Владивостоке 1 ноября. Ясной причины крушения никто не назвал, однако прозвучавшие версии довели участников пресс-конференции до словесной перепалки, - пишут "Ежедневные новости" в номере от 3 ноября. - Во-первых, Алексей Губарев, врио начальника Управления МЧС РФ по Приморскому краю, объявил, что в понедельник в 19.25 активная фаза поиска без вести пропавших моряков теплохода "Синегорье" официально прекращена. Спасательное судно Тихоокеанского флота "Машук" вернулось во Владивосток из района поисков. "Машук" доставил во Владивосток тела трех человек, которые были найдены в результате поисковой операции в районе Корейского полуострова. Операция продолжалась более недели. Затем спасательная техника была перебазирована в район Находки, где терпели бедствие еще два судна ("Восток" и "Пан Эйс"). За это время удалось найти и спасти 11 членов экипажа "Синегорья" из 18, еще пятеро моряков были найдены погибшими. Судьба двух человек неизвестна. Надежду на ясность дал Виталий Клюев, начальник отдела безопасности на морском и речном транспорте департамента государственной политики в области морского и речного транспорта Министерства транспорта РФ. По его словам, активная фаза поисков завершена только с российской стороны, а власти Южной Кореи продолжают работу. На месте трагедии по-прежнему трудится 5 корейских судов береговой охраны, 4 военных судна, 3 самолета и 4 вертолета. "Дело в том, - объяснил чиновник, - что операция по спасению проходит в рамках международной конвенции, согласно которой основную заботу по поиску принимает то государство, на чьей территории случается крушение". На вопрос о причинах гибели "Синегорья" Клюев пожал плечами, заявив, что в данный момент они неизвестны. Сбором материала занимается специально созданная в Москве комиссия, члены которой в прошлую пятницу прибыли во Владивосток, а затем отправились в Пластун, откуда вышло судно."

"Более острая проблема, - продолжает газета, - возникла в связи с вопросом о техническом состоянии судна... "Синегорье" хотя и построено в 1979 году, на момент крушения находилось в хорошем состоянии и было полностью оснащено спасательными средствами. Летом 2006 года оно успешно прошло ремонт. О готовности судна к эксплуатации свидетельствуют экспертные заключения государственного образца. Виталий Клюев, чиновник Минтранса... заявил, что, скорее всего, причиной гибели судна стал человеческий фактор, ибо именно ему по статистике обязаны от 70 до 90% морских аварий. "Наш флот после перестройки стал лучше, о чем свидетельствует мировое признание", - завил в итоге чиновник. Пафос державной гордости разрушил Петр Осичанский, президент Дальневосточной ассоциации морских капитанов: "Что бы ни говорили о технической готовности судна и какими бумагами это бы ни было подтверждено, я сомневаюсь в качестве проверки. В наших условиях судно такого возраста, как "Синегорье", досконально проверить нельзя. 15 лет назад я работал на судне, имевшем все допуски, однако из-за некачественной сварки, которую не удалось обнаружить, судно едва не утонуло. Убежден, что эксплуатация любого судна старше 25 лет опасна. Поэтому у нас что ни год, то новая авария". Поскольку слова Осичанского поставили под сомнение состояние всей системы российского флота, Клюев назвал президента ассоциации капитанов дилетантом. А Польченко упрекнул в желании заработать дивиденды на человеческой трагедии. На том встреча с журналистами и закончилась."

Один погибший моряк, найденный спасателями в Японском море, до сих пор не опознан, и пока не установлено, являлся ли он членом экипажа затонувшего теплохода "Синегорье". Как стало известно "Ежедневным новостям", его тело настолько покалечено бревнами и разъедено морской водой, что, скорее всего, для установления личности понадобится анализ ДНК. Предполагаемые родственники опознать его не могут. По информации пресс-службы судоходной компании "Восток-Север-Транзит", из доставленных во Владивосток погибших пока установлены личности только двоих. Это бывшие члены экипажа "Синегорья": моторист Максим Юрласов и помощник капитана по радиоэлектронике Александр Шамардин.

Газета "Арсеньевские вести" в номере от 3 ноября пишет об антисанитарных условиях в отделении новорожденных детской городской клинической больнице города Владивостока. Мамы, чьи дети побывали в больнице, рассказывают корреспонденту издания об условиях в медучреждении: "Я, Пятыгина Ольга Станиславовна, мой сын Даырбаев Игорь Станиславович. Сейчас ему 3,5 месяца. Мы находились с 18 июля по 10 августа 2006 г. в отделении новорожденных, "подхватили" пневмонию. Заключенные в тюрьме содержатся в более комфортных условиях. По приезду туда у меня забрали ребенка, а меня в отделение не пускали из-за отсутствия сменной одежды, при том, что я кормлю грудью, и ребенок мой толком-то и соску сосать не умел. На мой вопрос, а если он кушать захочет, мне ответили: "Покормим... смесью... и вообще шли бы вы, мамаша... домой... вылечим вашего ребеночка, у нас для детей все условия... есть...". А когда узнали, что я остаюсь с ребенком, повели меня на экскурсию, от которой мне, откровенно говоря, подурнело. Но выбирать не приходилось, и ради ребенка я готова была вытерпеть все. Итак, об экскурсии: туалет находился на первом этаже, который представлял из себя комнату с двумя унитазами, торчащими с пола, словно грибы, по обе стороны стояли баки, переполненные мусором, валяющимся в радиусе полуметра вокруг баков и вьющейся тучей мух над ними. Ни раковин для умывания, ни осколочка зеркала не было предусмотрено, в общем, общественный туалет. Но и туда мог попасть не каждый, ключ от этого "заветного" места был только один на отделение! Прямо напротив туалета находится комната для матерей. Я там не находилась потому, что все время проводила возле ребенка. Но одного взгляда на нее мне хватило надолго: кровати, нагроможденные друг на друга, малюсенький проход между ними, жуткий запах сырости и грибка. Но все кровати были заняты. Медсестра сразу же предупредила: "Ценные вещи не оставляйте. Воруют. Душ по расписанию. Один час. Тут же на этаже есть комната для стирки и сушки пеленок". На голове начали "шевелиться волосы" от ужаса, но самое страшное было еще впереди. Мне сказали, что можно с собой шезлонг или кресло-качалку, в общем, стул, на котором предстояло провести ближайшие недели, ввиду того, что мест в материнской не было. В палате стояло шесть "клеток-кроваток", линолеум на полу был весь изодран в клочья, окна не закрывались, пыль, из трубы под раковиной постоянно воняло канализацией, если включить воду сильнее, она лилась прямо на ноги, горячей воды и в помине не было. А уже ночью мне довелось познакомиться с еще одними обитателями этой палаты - тараканами и мокрицами, которые разгуливали вольготно, явно чувствуя себя здесь хозяевами. Но это все лирика по сравнению с персоналом. Есть в палатах не разрешалось. Хотя у медсестер тут же в фойе постоянно стоял стол с остатками трапезы. Еду можно было хранить в холодильнике в столовой, опять же на первом этаже. Не все продукты можно там хранить, их постоянно проверяли, и если пакет не был подписан или там находились запрещенные продукты, их попросту выбрасывали. Первую ночь нас в палате размером девять квадратных метров было четверо с детьми. Я и еще одна женщина с ребенком. Нам сразу же назначили антибиотики. Всем, кто туда попадает, от насморка до пневмонии, колют цефотоксим или - токсин, точно не знаю. На мою просьбу объяснить диагноз врач ответила: "Ты не поймешь, для этого нужно учиться семь лет". На следующую ночь нас в эту палату набили десять человек с детьми. На улице стояла жара несусветная под 30 градусов, а в палате наверно около 40. Мы обливались потом, дети потели, так что переодевать приходилось по 5-6 раз с полной заменой постельного белья, оно все было мокрое. А медсестры, проходя каждый раз, закрывали дверь в палату, чтобы совсем перекрыть кислород. В общем, через неделю пребывания там мой ребенок накричал себе пупочную грыжу. Антибиотики начисто убили всю среду в кишечнике. У многих мам за время пребывания в этом аду пропало молоко. Все мы "спали" сидя на стульях. Есть мне приходилось два раза в день, когда родители привозили, сидя на подоконнике. Естественно, молока стало мало. Мне довелось увидеть, как "ухаживали" за детьми, которых мамы оставили там на лечение. Ребенок мог орать час, два, три, пока не охрипнет, а медсестры закрывали дверь, а еще лучше обе (там две двери в палате) и сидели преспокойно пили чай. У всего персонала разговор короткий: "Скажите спасибо, что вам вообще разрешили здесь находиться". Назначая лекарства, врач всегда ссылается на аптеку, которая находится там же в здании, в фойе, и цены в которой на порядок выше, чем везде. А при поступлении в приемном покое подсовывают бумажку подписать, в которой: "... Мне объяснили, я все понял и отказываюсь от бесплатного предложенного мне врачом лекарственного средства (и его аналога)... согласна на приобретение лекарства за счет собственных средств". Мамаши не глядя подписывают, потому что ничего им не остается. А куда деваются средства на приобретение лекарств, которые выделяет государство в размере 198,94 рублей в день на больного, - неизвестно. Вот такое у нас нынче здравоохранение. И не приведи Господь вам попасть в этот ад".

Содержание ребенка в школе-интернате теперь будет обходиться родителям в 884 рубля в месяц, пишет газета города Уссурийска "Коммунар". "Положение "О порядке взимания родительской платы за содержание воспитанников в муниципальных школах-интернатах" утвердили депутаты Думы Уссурийского городского округа. Такое учреждение у нас в городе только одно - школа-интернат № 3. Если ранее питание ребенка в интернате обходилось родителям в 27 рублей в день, то теперь оно стоит дороже - 40 рублей в день. Таким образом, в месяц при круглосуточном пребывании плата составит 884 рубля, полдня - 375 рублей. В положении предусмотрен и пункт о том, что плата не взимается с тех, кто имеет статус малоимущей семьи. Однако многие родители воспитанников не в состоянии собрать все необходимые документы, чтобы получить этот статус. Сегодня из 374 учащихся школы-интерната № 3 бесплатно питаются только 12 человек. Можно предположить, что, узнав о повышении платы, родители просто заберут своих детей из школы, а те, в свою очередь, пополнят армию беспризорников", - комментирует издание.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.