Депутат Сейма: президент Латвии лично не заинтересована в публикации картотеки КГБ

Рига, 26 октября 2006, 14:40 — REGNUM  Сейм Латвии сегодня, 26 октября, вновь - уже в третий раз - принял законопроект "Поправки к закону "О хранении, использовании документов бывшего Комитета государственной безопасности и констатации факта сотрудничества лиц с КГБ"", который два раза на повторное рассмотрение парламента возвращала президент Латвии Вайра Вике-Фрейберга, сообщает корреспондент ИА REGNUM. Закон предусматривает публикацию имеющейся в Латвии картотеки бывших агентов КГБ и в ходе дискуссии на пленарном заседании даже прозвучало предположение, что глава государства может быть лично не заинтересована в предании гласности имён тех, кто сотрудничал с репрессивными советскими органами. Началась же полемика с того, что противники и сторонники публикации в очередной раз привели свои доводы. По словам депутата от объединения "Центр согласия", юриста Валерия Агешина, публикация имён агентов КГБ - это попытка отвлечь внимание жителей от социальных проблем, таких как инфляция, безработица, рост цен, ничтожные пенсии и зарплаты.

Кроме того, как подчеркнул Агешин, публикация содержания "мешков ЧК" может привести к охоте на ведьм в отношении всех, кто, возможно, сотрудничали с КГБ: "Публикуя имена всех без исключений лиц, имеющихся в картотеке агентов КГБ, будут поставлены под угрозу и те, кто сотрудничали со структурами безопасности СССР в борьбе с организованной преступностью, коррупцией и другими тяжкими преступлениями. Эти люди не были связаны с деятельностью КГБ в идеологической сфере и репрессиями против диссидентов и борцов за независимость Латвии. Публикация данных, без указания, в раскрытии каких преступлений участвовало конкретное лицо (этих сведений в картотеке нет, - ИА REGNUM), может поставить под угрозу неприкосновенность их личной жизни и физическую безопасность".

Заметим, совершенно аналогичные доводы приводила и президент страны, отправляя раз за разом законопроект на повторное рассмотрение. "Все знают, что архивы не полные, - продолжил Агешин. - Допускаю, что, перенимая их, было время что-то "привести в порядок". Как свидетельствует информация Центра документации последствий преступлений тоталитаризма, с 1953 года по 1991 год в Латвии с КГБ сотрудничали примерно 24 тыс. человек. Однако сейчас в распоряжении Латвийского государства только картотека КГБ о периоде 1980-х годов с персональными данными на 4 тыс. агентов. Публикация содержания "мешков ЧК" ещё более сможет расколоть и так уже расколотое латвийское общество. (...) Сейм не добился дифференцированного подхода к использованию и публикации документов КГБ, таким образом, чтобы приобретения общества были бы соразмерны с затронутыми правами конкретных лиц, которые защищает и Конституция Латвии, и обязательные для республики международные акты по правам человека. То, что в 90% случаев картотека агентов КГБ содержит только сведения о персональных данных, времени и месте вербовки, но не содержит указания о контексте событий и обстоятельств, при которых эти персональные данные оказались в картотеке, делает невозможным отделить информаторов КГБ в идеологических преступлениях от тех, кто участвовал в борьбе с такими уголовными преступлениями, которые считаются тяжкими и в нынешней Латвии".

Перевести выступление Агешина с юридического на политический язык попытался председатель ответственной за законопроект юридической комиссии Сейма Марек Сеглиньш. При этом он обвинил коллегу в демагогии, а Россию - в нежелании сотрудничать: "Члена юридической комиссии депутата Агешина я считаю знающим, много читающим и во всех отношениях уважаемым коллегой, но с трибуны Сейма он выступил с демагогией, которую сам в своей речи и подтвердил. Депутат Агешин говорил о том, что, публикуя картотеку, мы высветим тех, кто сообщал о наркотиках, организованной преступности. Но это не так. Потому что, как и сам же Агешин сказал в своём выступлении, в распоряжении Латвийского государства нет личных дел и дел агентов. Вместе с чем, публикуя картотеку, действительно нет возможности определить, о чём эти люди сообщали и в какой сфере сотрудничали с КГБ. Действительно, в распоряжении Латвийского государства нет всей информации, нет всей картотеки. И в России никто не считает своим долгом отчитаться в чём-то перед Латвийским государством, что-то предоставить, что-то объяснить. В распоряжении Латвийского государства есть то, что есть. И это данная картотека, в которой есть правда, которая, может быть, покажется неприятной какому-нибудь известному в обществе человеку, может быть, если она будет опубликована, вызовет шок у какой-то части общества. Это часть правды. Вопрос в том, что если мы можем узнать часть правды, то желаем ли мы этого или нет? Это не юридические аргументы, а лишь политическая воля: да или нет. Аргументы, которые здесь склоняются, действительно справедливые. Действительно Россия не сочла необходимым каким-то образом отчитаться перед Латвией, предоставить списки, выдать дела агентов. Поэтому вопрос политический: или мы узнаем часть правды, которая есть в нашем распоряжении, или нет? Если мы можем поймать одного вора, а три останутся на свободе, то ловим мы его или нет?" Коллега Агешина по фракции Борис Цилевич заметил на это юристу Сеглиньшу, что политика политикой, но с юридической точки зрения, часть правды это не правда, и в юриспруденции всегда считается обязательным всестороннее исследование всех обстоятельств дела.

Тем не менее, поправки Агешина были отклонены и развернулась любопытная дискуссия по поправке юридической комиссии, о том, что закон вступает в силу не с 1 ноября 2006 года, как было записано до этого, а с 1 марта 2007 года. Предложение комиссии связано с тем, что нельзя принять закон, который вступает в силу ещё до его провозглашения, на которое президенту страны по Конституции отводится семь дней. Между тем, по словам независимого депутата Сейма бывшего "народника" Александра Кирштенса, такая поправка может решить судьбу и сущность данного законопроекта: "Если будет поддержано предложение юридической комиссии, то законопроект будет опять отклонён, и мы его перечеркнём жирной чертой. Советник президента уже сообщила, что в связи с тем, что в законе изменена дата, он считается изменённым, и у президента страны опять есть право отправить его обратно в Сейм. Поэтому я призываю не поддерживать это предложение и оставить предыдущую редакцию. Если мы отклоняем данное предложение комиссии, то остаётся в силе специальная законодательная норма, согласно которой закон вступает в силу спустя 14 дней (после провозглашения его президентом страны, - ИА REGNUM), но он вступает в силу. Не отклоняя же, перечёркиваем законопроект жирной чертой. Есть ли у нас основания сказать, что президент страны пошлёт его обратно? Да, пошлёт. Я на сто процентов в этом убеждён, о чём свидетельствует не только сказанное её помощницей в юридических вопросах. Если вы, к примеру, возьмёте в руки изданную книгу госпожи Цимдыни о президенте страны и посмотрите внимательно на опубликованные в ней фотографии, то увидите многих агентов КГБ, которых посылали в своё время по заданию Комитета по культурным связям (речь о периоде, когда Вике-Фрейберга жила в Канаде, - ИА REGNUM). Что мы здесь будем лицемерить, уважаемые депутаты? Что бы мы ни говорили, и что бы ни писали журналисты, мол, что простой Янис или Петерс почувствует себя плохо, если его имя будет опубликовано, нужно честно признаться, что нас интересует только часть латышской интеллигенции. И нас интересует одно: кто заставлял интеллигенцию Латвии, заслуженных поэтов и писателей служить КГБ СССР во время, когда было известно, что СССР рушится? Почему эти работники культуры десятки раз мотались в Канаду в конце 1980-х годов? Действительно ли их интересовало исследование солнечных дайн? Может быть я наивен, но мне кажется, что их интересовала деятельность мужа Вайры Вике-Фрейберги в фирме IBM. Мы знаем, что СССР отчаянно хотел получить технологии мощных вычислительных процессов. И многие уже неофициально признались, что им через Комитет по культурным связям покупались билеты, что им было необходимо войти в доверие, ехать в Канаду и пытаться каким-то образом получить информацию по процессорам IBM. Это тот феномен, уважаемые депутаты, о котором наверняка знают и те, кто вступает против законопроекта. (...) Нас интересуют люди, которые, живя в благополучии, служили чужой власти: они среди нас и они продолжают служить чужой власти. Поэтому важно опубликовать эту картотеку". Но большинство парламента поправку приняло, а в целом "за" возвращённый президентом законопроект проголосовали 53 парламентария, 27 были "против" и семеро воздержались.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.