Узбекские правозащитники довольны приостановлением деятельности Freedom House

Ташкент, 20 февраля 2006, 16:27 — REGNUM  "Мы - правозащитники Узбекистана - одобряем решение Ташкентского суда, приостановившего деятельность организации Freedom House", - об этом узбекский правозащитник Ольга Краснова заявила на встрече с журналистами 20 февраля.

"Это один из редких случаев, когда правозащитники полностью одобрили решение Ташкентского городского суда", - сказала она.

По ее словам, "правозащитники Узбекистана рассчитывали на помощь этой известной неправительственной организации, но глубоко разочаровались". "Первые шаги узбекского отделения Freedom House соответствовали целям и задачам этой организации. Все проекты реализовывались гласно, гранты выдавались на конкурсной основе", - отметила она.

"Не все правозащитники были согласны с их результатами, но успокаивало то, что результаты были обнародованы и правозащитники знали, кто получил финансовую поддержку", - подчеркнула Ольга Краснова. При этом она отметила, что "с приходом на должность директора программы госпожи Мьюша Север, работа Freedom House кардинально изменилась".

"Поменялся не только коллектив, но и цели и задачи организации, деятельность которой стала тайной, - считает правозащитник. - В 2004 году был объявлен конкурс на участие в программе малых грантов, в котором многим организациям было отказано в его получении. Многие участники конкурса пытались узнать о причинах отказа, ответа не последовало. На просьбу обнародовать списки организаций, чьи заявки нашли поддержку, ответили, что это является секретом организации. Были просьбы познакомиться с докладами, отчетами или просто бюллетенями по проектам прошлого года, в чем также было отказано, с той же мотивацией, что это является внутренним делом организации".

По ее словам, "Мьюша Север под любым предлогом уходила от разговора на эту тему, забывая о том, что организация, которую она возглавляет, пришла в Узбекистан с миссией поддержки свободы и демократии. При этом критика в адрес госпожи Север обернулась для многих правозащитников изоляцией от участия в различных мероприятиях, будь то тренинг или встреча в посольстве, или что-то подобное", - сказала Краснова.

Правозащитник отметила, что при первом знакомстве с правозащитниками госпожа Мьюша сразу дала понять, что ее интересуют только вопросы пыток. "К госпоже Мьюше обращались за помощью люди, пострадавшие от произвола отдельных должностных лиц, но она ограничивалась туманными разговорами или делала вид, что не расслышала, так как эти случаи ее не интересуют. Ее интересовали только случаи пыток в тюрьмах, прежде всего по религиозным убеждениям"", - сообщила она. При этом она отметила, что руководитель представительства стала привлекать к своей деятельности деклассированные слои общества, людей судимых не по политическим убеждениям, а за хулиганство, мошенничество, грабеж, спекуляцию, изнасилование и т.д. "Госпожа Север превратила Freedom House из открытой организации, действующей в соответствии с законодательством, в тайную, с деятельностью, где напрочь забыто об истинном предназначении, о первоначальных целях и задачах. У многих создалось впечатление, что госпожа М.Север грамотный и хорошо подготовленный агент спецразведки, занимающейся в Узбекистане сбором нужной ей информации, с привлечением людей для дестабилизации обстановке в стране", - считает О.Краснова. По ее мнению, ситуация не изменилась и с приходом нового директора, под началом которой в мае прошлого года в Самарканде была попытка проведения несанкционированного тренинга сотрудниками Ташкентского офиса Freedom House по организации митингов, шествий, "с тайными намерениями подготовки переворота в нашей стране, типа "революции роз" в Грузии". "Это только репетиция, а возможно завтра это станет реальностью. Принимая во внимание результаты революций на Украине, в Грузии и соседской нам Киргизии, трудно сказать, что народу от этих революций стало лучше. Народ Узбекистана должен сам разобраться у себя в стране и сделать соответствующие выводы, нужна ли революция, как бы ее потом не назвали "бархатная", "розовая", "вишневая", без какого-либо совета или давления", - считает О.Краснова. Кроме этого, правозащитник считает, что в ходе судебных слушаний директор программы пыталась, как и прежде, использовать аргумент в защиту деятельности организации в виде призыва к демократии и правам человека. Но прозвучало это фальшиво и не убедительно", - считает Ольга Краснова.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.
×

Сброс пароля

E-mail *
Пароль *
Имя *
Фамилия
Регистрируясь, вы соглашаетесь с условиями
Положения о защите персональных данных
E-mail