"Политика соглашательства ни к чему хорошему не приводит": Интервью председателя Русской общины Крыма Сергея Цекова ИА REGNUM

Киев, 2 февраля 2006, 19:52 — REGNUM  

ИА REGNUM предлагает вашему вниманию интервью Сергея Цекова, председателя Русской общины Крыма, члена партии "Русский блок", члена крымского блока "За Януковича", бывшего председателя Верховного совета Крыма.

ИА REGNUM: Отличается ли чем-нибудь Крымская организация Партии Регионов Украины от партии в целом?

Региональная особенность Крымской организации Партии регионов состоит в том, что в отличие от всеукраинской Партии регионов в Крыму ее члены делятся на сторонников русской идеи и региональщиков. Что касается представителей Русской общины Крыма, то в списке Партии регионов в Верховный Совет Крыма из 50 кандидатов в депутаты - 18 человек членов Русской общины Крыма. Это, может быть, не видно по списку, когда смотришь на него, потому что в списке не указывается принадлежность к Русской общине Крыма. Многие из кандидатов - это члены президиума Русской общины, руководители наших региональных отделений общины.

ИА REGNUM: Как вы оцениваете шансы своего Крымского блока "За Януковича", в который входит региональная организация партии "Русский блок", в которую в свою очередь входит Русская община Крыма?

По нашему прогнозу в Верховный Совет Украины по Крыму проголосуют за Партию регионов более 65 процентов избирателей и более 50 процентов - в Верховный Совет Крыма за блок Партии регионов и Партии "Русский Блок". Более 50 депутатов будут в Верховном Совете Крыма от этого блока. Контрольный пакет депутатских мандатов будет у нас, так как нас будет больше половины.

ИА REGNUM: А на украинском уровне?

В Верховном Совете Украины ситуация несколько другая. По Украине за Партию регионов проголосует более 30 процентов. И это не есть некие наши такие измышления. Кое-кто иронизирует над такими цифрами, но мы в общем-то не склонны особенно ни преувеличивать, ни преуменьшать. Есть просто результаты социологических исследований, которые показывают, что в Крыму уже на сегодня Партия регионов имеет 49 процентов. При этом около 20 процентов крымских избирателей еще не определились. Можно ожидать, что значительная часть этого подвижного электората при определенной работе все-таки определится и проголосует за Партию регионов. Более того, если ситуация начнет развиваться - стенка на стенку - как в президентскую кампанию, то есть с одной стороны - это "Наша Украина" и БЮТ (общая сила, которая исповедует идеологию западно-украинского национализма), с другой стороны - Партия регионов, то избиратели могут проголосовать за Партию регионов, несмотря на то, что у них будут симпатии к другим партиям.

ИА REGNUM: Кто союзники Крымского блока "За Януковича" и Русской общины, в частности? И каковы, на ваш взгляд, возможности других политических сил?

О союзниках сейчас сложно говорить. Я могу сейчас сказать, что однозначно нашими союзниками не будут представители оранжевых сил, "Нашей Украины", тех, кто сегодня поддерживает меджлис, а меджлис сегодня идет с РУХом, с учетом той линии, которую занимает меджлис, тех целей, которые преследует эта организация, вообще с учетом ее незаконной деятельности мы не представляем себе ее в союзниках.

Что касается других политических партий и политических сил, которые могут пройти 3-х процентный барьер в Верховный Совет Крыма, то здесь можно назвать Прогрессивную соцпартию. Хотя опять-таки, если ситуация будет развиваться в жестком варианте, то, может быть, у нее это и не получится.

Это и коммунисты. Я думаю, что они наберут около 5 процентов по Украине, а в Крыму - около 8 - 15 процентов. Но я думаю, что ситуация может измениться, если они хорошо поработают, а мы сработаем плохо. Хотя мы все-таки надеемся, что мы хорошо поработаем.

"Блок Куницына" - трудно сказать, что наберет. Он плохо прослеживается пока еще в процессе исследований, но думаю, что - процентов 5. Партия "Союз" в пределах 5 - 10 процентов. В принципе Куницын и "Союз" - это те организации, которые после начала работы Верховного Совета Крыма будут претендовать на первые места в Верховном Совете Крыма и в Совете министров Крыма. Как только мы определимся, что руководителями Верховного Совета Крыма и Совета министров Крыма будут не представители этих структур, я думаю, мы будем с ними сотрудничать.

ИА REGNUM: В случае успеха на выборах на что вы рассчитываете в Верховном Совете Крыма?

Есть некие рассуждения на тему, кто будет председателем Верховного Совета Крыма. И среди некоторых кандидатур называют мое имя. Если говорить в личном плане, то трудно сказать, что мне так уж сильно хочется. Я по своей сути все-таки человек небольших карьерных устремлений и личных амбиций, несмотря на то, что обо мне говорят. Я знаю, что могут говорить обратное. Это очень серьезная должность, которая возлагает очень серьезные обязанности. Я уже один раз обжегся в 1995 году. Естественно, если такой выбор будет сделан, то мне очень непросто будет работать, чтобы доказать свою состоятельность. Но этого, конечно, очень хотят мои товарищи по общине. Я бы сказал - и мои товарищи по Партии регионов.

Много друзей у меня уже и в Партии регионов. Там, в частности, люди, которые в значительной степени придерживаются тех взглядов, которых придерживается и Русская община Крыма. В основном это сторонники восточно-славянской объединительной идеи, идеи единства. (Я обязательно делаю здесь оговорку, что Украина - восточно-славянская страна в целом. Украину не надо делить. Хотя по сути своей на Западе Украины один народ, на Востоке - другой). Очень хорошие рабочие отношения складываются и дружеские. Был тяжелый период присматривания и подозрительности. Нас подозревали в чрезмерном устремлении отодвинуть руководство Партии регионов. Мы этого не сделали. И сейчас у нас хорошие, нормальные, дружеские отношения.

Значительная часть Партии регионов и в целом Русская община Крыма хотели бы, чтобы я был председателем Верховного Совета Крыма. Будут некие моменты, которые связаны с руководством органов исполнительной власти в целом на уровне Украины, будут какие-то договоренности между различными политическими силами при формировании других структур. Условно, одним из элементов договоренностей при формировании Кабинета министров Украины может быть, допустим, должность председателя Верховного Совета Крыма для какой-нибудь партии. Я не исключаю, что оттуда будет команда. Можно однозначно сказать, что конституционное большинство Верховного Совета Крыма будут составлять по большому счету пророссийские силы. На первом этапе нужно проявить грамотность при формировании руководства Верховного Совета Крыма и исполнительной власти, подойти очень грамотно и квалифицировано к этой проблеме. Что касается первых шагов, мы не законодательный орган власти. У нас таких полномочий нет.

ИА REGNUM: Но ведь лично у вас есть печальный опыт руководства Верховным Советом Крыма, который дискредитировал пророссийскую идею...

Многие говорят, что Крым в 1995 году многое потерял. Я должен сказать, что тогда, в 1995 году, мы, пророссийские силы, просто потерпели сокрушительное поражение. Потерпели по разным причинам. Прежде всего, из-за неквалифицированной команды. Очень много было случайных людей. Для такой серьезной работы я не обладал достаточным опытом, и Юрий Мешков, первый и последний президент Крыма, - тоже. Во-вторых, мы были больше декоративной властью, которая не имела властных рычагов как таковых. Власть - это когда у тебя власть над силовыми структурами, над банками и другое, чего не было. Мы были первым Верховным Советом Крыма, но управлять особенно процессами мы не могли. В-третьих, против нас была направлена мощь уже состоявшегося украинского независимого государства, и все его структуры боролись с этими 57 депутатами в Верховном Совете Крыма. В-четвертых, нас совершенно не поддерживала Россия Ельцина. Она даже давала рекомендации, не как нам помочь, а как бороться с сепаратистами. Хотя по сути своей мы, может, сепаратистами никогда не были. Всегда все-таки боялись поссорить Россию с Украиной, и это опасение присутствует с начала 90-х годов. Но тогда так получилось.

Теперь многие говорят, что в ту пору наше мнение дискредитировало пророссийские силы. Правда есть в этом. Людям, которые глубоко в этом не разбираются, не понимают, что потерпеть поражение по-серьезному может только та сила, которая уже состоялась и была разветвленная, с огромной массовостью и компетентными кадрами, с мощным ресурсным потенциалом. Но этого абсолютно ничего не было. Но, тем не менее, мы были, пришли к власти и дискредитировали. В этом правда есть. А вот, что касается потери полномочий Крыма, то полномочий Крыма не было ни в 1994, ни в каких других годах. Те, кто серьезно занимается политикой, и те, кто был в гуще тех событий, а я был на тот момент депутатом Украины, и я абсолютно авторитетно заявляю, что у Крыма не было ни Конституции, ни закона о разграничении полномочий, который я, в частности, тоже разрабатывал и за который я был двумя руками. То есть ни Конституции Крыма (вторая Конституция Крыма не была признана Верховным Советом Украины), ни закон о разграничении полномочий не вступили на тот период в действие. Потому что при принятии закона о разграничении полномочий была проявлена слабость уже со стороны очень опытных людей - крымских политиков, в частности, таких как Николай Васильевич Багров, который согласился на принятие постановления о порядке ведения в действие закона о разграничении полномочий с отлагательной нормой. Отлагательная норма, гласила о следующеем: закон вступает в силу только после приведения в соответствие законодательства Крыма с законодательством Украины. А это практически было невозможно сделать.

ИА REGNUM: Если вы видите старые ошибки, то с чего бы вы начали работу и как бы вы ее организовали в дальнейшем, если бы оказались снова на посту председателя Верховного Совета Крыма?

Если говорить о наших первых шагах после выборов, то мы сформируем, я думаю, довольно квалифицированную власть - законодательную и исполнительную. И, естественно, мы, конечно, наверное, вплотную в следующие пять лет займемся всем тем, что позволит усилить полномочия Крыма и наполнить статус нашей автономии реальным содержанием и реальными полномочиями. В частности, будем добиваться того, чтобы нам разрешили принимать местные законы, законы в экономической, социальной, культурной сфере. Чтобы нам по серьезному дали заниматься и внешнеэкономической деятельностью. Чтобы мы могли действительно реализовать те положения Конституции Крыма, даже нынешней, которые дают нам право формировать одноканальный бюджет. Мы будем делать все, чтобы и межнациональное согласие в Крыму было, и соблюдение того принципа, что закон для всех одинаков, чтобы не было политики двойных стандартов, когда для одной нации прощают очень многое, а для других применяют все меры закона, а иногда даже чрезмерные. Например, меджлис - организация нелегальная, а Русская община Крыма - легальная. Их практически проверить нельзя потому, что нелегальная организация не имеет счетов в банке, непонятно, откуда помощь получают. А Русскую общину Крыма можно проверить. Те, кого направляет меджлис, могут захватывать здания, перекрывать дороги, захватывать земли. А Русская община Крыма позволить себе такое не сможет потому, что будет применена (к ней) вся норма закона. Поэтому будем добиваться для всех неукоснительного соблюдения закона для того, чтобы остановить вакханалию в земельных вопросах, связанных с непрекращающимися самозахватами, которым конца просто не видно. Мы будем делать все для того, чтобы в уголовном законодательстве Украины появились нормы, которые будут жестко наказывать организаторов и участников таких акций. Я считаю, что только в этом случае мы можем остановить самозахваты.

Мы не будем допускать того, чтобы власть формировалась по национальному признаку. То есть ни за какой нацией не будет никаких гарантированных мест в Совете министров Крыма. При этом мы будем делать все, чтобы сохранялись и развивались культурные, духовные, религиозные традиции любой национальной группы. То есть не только не будет никаких ограничений, но и будет всесторонняя поддержка с нашей стороны. Мы сделаем все для того, чтобы представители прежде всего ведущих, славянской и татарской частей населения, начали диалог. Диалога до сих пор не было. Был только их диалог с властью, которая им постоянно уступала, и наш диалог с властью, при котором мы все время возмущались уступкам татарам со стороны власти и ее незаконным действиям, важность которых мы якобы не понимаем.

Меджлис надо прежде всего легализовать. Если они не легализуются, то не надо проводить с ними никакой работы. На первом этапе не надо даже закрывать их, в связи с тем, что они нелегальны. Диалог между властью и обществом должен вестись только с легальными структурами. Легализуйтесь, и нет вопросов. Такого, как сейчас, не должно быть. Как только в каком-нибудь регионе конфликт возникает, то в документах по урегулированию конфликта ставят две подписи: главы администрации и председателя регионального меджлиса. Что это такое? Давайте действовать в рамках закона. Нужно пояснить, в том числе и татарам, что все проблемы, которые у них появляются, - это прежде всего из-за неправильных действий их меджлиса. Им надо объяснить, что не надо обвинять никого в росте антитатарских настроений, которые, наверное, в Крыму все-таки имеются. Не надо обвинять в них Русскую общину Крыма или Цекова, или какие-то другие русские общественные организации. Надо, прежде всего, обвинять ту структуру, с которой они интенсивно работают и которую признают, то есть - меджлис. За ним, я считаю, стоят все проблемы.

Надо понимать, что все мы здесь должны иметь одинаковые права, и на земли Крыма - прежде всего. Что это наша общая земля, наш общий дом. Что не будет никогда такого, что здесь будет некое национальное государство для одной определенной нации. Что требования о принятии неких законов о статусе крымско-татарского народа - это нецелесообразно потому, что этот закон в своей основе уже дает права одной национальной группе и не дает их другим. Потому что если одна группа населения имеет закон о статусе своей национальности, а другие не имеют, то уже и права у них не одинаковые. Это очень не простая работа. Я думаю, что это самая серьезная проблема, с которой столкнусь я в Верховном Совете Крыма, если я займу в нем какую-нибудь серьезную должность.

ИА REGNUM: Вряд ли вы тогда завоюете у крымских татар такую популярность, какая была в отношении Сергея Куницына в его бытность Председателя Совета министров Крыма...

Деятельность Куницина в отношении татар очень просто объясняется. Термины даже есть соответствующие в политике и политологии, которые, в общем-то, осуждаются. Это политика соглашательства. А политика соглашательства ни к чему хорошему не приводит. Балансировать ему надо было, но это не была политика соблюдения баланса сил. Это была политика соглашательства, которая ситуацию не исправляла и не принесла в Крым мир и спокойствие, а которая еще больше обострила ситуацию. Она сейчас дремлет. Это ситуация большой неприязни между двумя этническими группами: с одной стороны - славянской и с другой стороны - татарской. Она действительно есть. И за счет этого неумелого соглашения у нас сделано все, чтобы в какой-то серьезный проблемный момент взорвалось так, что мы потом будем успокаивать месяцами их опять. Власть должна была какие-то принципы соблюдать. Один из самых главных принципов - это закон для всех одинаков. Но власть по этому пути не пошла. Власть закрывала глаза на нарушения закона и воспитала национальный эгоизм у крымских татар. Она воспитала в них чувство вседозволенности и исключительного права на крымскую землю. Почему-то все считают, что крымские татары являются прогосударственными, проукраинскими патриотическими силами, а мы, русские организации, Русская община Крыма, являемся антигосударственной, антиукраинской, антипатриотической силой, что на самом деле не соответствует действительности.

Все это - балансирование таких людей как Куницын, оно не за сохранение межнационального мира в Крыму. Балансирование Куницина - это было балансирование между возможностью потерять власть лично для него или сохранить эту власть. Вот ради сохранения власти, ради своего места во власти они шли на самые беспринципные договоренности. И торговля там принципами к чему привела, например, при формировании последнего правительства? Где же этот баланс, когда в предыдущем правительстве Матвиенко не было ни одного русского, а только украинцы и татары? В новом правительстве 6 человек - это представители меджлиса. Среди них 2 вице-премьера, уровень подготовки которых вызывает просто огромные нарекания. Эти должности они получили только потому, что они являются членами меджлиса крымско-татарского народа. Но и у них там есть татары настоящие и не настоящие. Настоящие - это те, которые с меджлисом, а не настоящие - это остальные. Когда мы у них спрашиваем, сколько татар в Верховном Совете Крыма, они говорят - 6. Но, погодите, семь же. Нет, говорят, там один есть, так вот он не татарин, то есть Лентур Базазиев - не татарин, это коммунист, правда сейчас он перебежал к Тимошенко. Пытались и меня обвинить в том, что я куда-то перебежал. Но я как был председателем Русской общины Крыма, так и останусь им.

ИА REGNUM: Вас удовлетворяет деятельность руководителя Русской общины Крыма? Кстати, на какие средства она существует?

Русская община Крыма для меня - это все. Я никогда не выйду из Русской общины Крыма, какие бы предложения мне не поступали бы. Я никогда такое не сделаю. Это просто исключено. Я верю, что мы создадим очень авторитетную уважаемую организацию. Русская община и сейчас очень сильна, хотя преувеличивать нашу силу тоже будет не правильно. Еще очень много у нас проблем с кадровым потенциалом. Еще недостаточно подготовлены наши кадры для работы. Хотя материально-техническую базу мы наращиваем. Источники помощи у нас разные. Но Россия нам помогает только с проведением культурных мероприятий, а на материальную базу общине - нет. Это мы в основном за счет своих средств так поднялись.

ИА REGNUM: Вы вошли в партию "Русский блок". Вы разделяете ее принципы или просто вам сейчас с ней стало по пути?

Что касается партии "Русский блок", то здесь надо поставить вопрос мирового значения: имеют ли право долго жить этнические партии. Несмотря на то, что у меня отличные отношения с председателем этой партии Александром Григорьевичем Свистуновым (это я ему помог в ситуации серьезного кризиса в партии в прошлом году), я его склоняю к тому, что правильнее вести речь о создании общественной организации, такой, как наша Русская община Крыма, в которую могут входить люди из разных политических партий, близких по идеологии. Например, член Президиума общины Валерий Иванов стоит 8-м в списке Прогрессивной социалистической партии Украины в Верховный Совет Украины, хотя в Русской общине принято однозначное решение поддерживать только Партию регионов.

Я понимаю, конечно, что после, вроде бы, логичных ответов вопросы остаются...

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.