Как сохранить памятники в Москве: Интервью SAVE Europe's Heritage ИА REGNUM

Москва, 24 декабря 2004, 23:38 — REGNUM  

В Москве по приглашению группы MAPS (Moscow Architecture Preservation Society), созданной журналистами из разных стран, работающими в Москве, обеспокоенными процессами разрушения исторической городской среды российской столицы, побывал секретарь организаций SAVE Europe's Heritage и SAVE Britain's Heritage Адам Уилкинсон (Adam Wilkinson). О цели своего визита и своем видении путей разрешения сложной ситуации, сложившейся в области охраны памятников в Москве, он побеседовал с корреспондентом ИА REGNUM.

REGNUM: Г-н Уилкинсон, с какой миссией вы прибыли в Москву?

Моя цель - предварительно ознакомиться с тем, какие проблемы существуют в области охраны архитектурного наследия, встретиться с людьми, которые здесь занимаются решением этих проблем, архитекторами и теми, кто интересуется архитектурным наследием, чтобы определить, какую помощь мы можем оказать им. Мы намерены составить доклад о ситуации в Москве и представить его политикам и общественности как в России, так и в Европе. Таким образом те проблемы, которые сейчас существуют в Москве, станут лучше известны в других странах как тем, кто вообще интересуется российским наследием, так и специалистам в этой области. Мы считаем очень важным разобраться с тем, что сейчас происходит в Москве, потому что если что-то случилось с наследием здесь, тоже может происходить и в других городах России. В работе над докладом примут участие эксперты - архитекторы, юристы, историки архитектуры, урбанисты, археологи.

REGNUM: Как часто SAVE составляет подобные доклады?

Каждые два года. Мы выбираем те города, откуда к нам обращаются с просьбой оценить ситуацию. Свои доклады мы представляем правительствам и журналистам соответствующих стран, а также распространяем в Великобритании и Европе.

REGNUM: Катастрофическая ситуация, которая сложилась сейчас в области охраны памятников в России, связана с тем, что сейчас в нашей стране преобладает коммерческий подход к недвижимости и в то же время ощущается острая нехватка капитала. Инвесторы убеждены, что им выгоднее просто сносить старые здания и строить на освободившихся участках что-то новое, чем вкладывать очень значительные средства в восстановление запущенной старой застройки. Знакома ли такая проблема другим европейским странам?

Безусловно знакома. Но мы знаем, что можно заинтересовывать инвесторов в сохранении наследия, предлагая им коммерчески эффективные схемы, не предусматривающие разрушение памятников. Например такую - инвестор приобретает два рядом стоящих здания, одно из которых является памятником архитектуры, а другое нет. При этом реставрация и поддержание первого осуществляется за счет доходов от эксплуатации второго.

REGNUM: Вашей организации уже тридцать лет. Она возникла на волне общественного протеста против разрушения архитектурного наследия страны, которая поднялась после выставки "Смерть Английской Усадьбы" в музее Виктории и Альберта в Лондоне. Очевидно, когда SAVE Britain's Heritage зарождалась, ситуация в Великобритании была похожа на ту, которая сложилась сейчас в России?

Да, тогда ситуация с охраной памятников у нас была более сложной, чем сейчас. Государство не интересовалось архитектурным наследием и ставило на первое место коммерческое использование недвижимости. Однако и сейчас мы не можем позволить себе успокаиваться. В частности, не так давно удалось убедить правительство отказаться от планов внесения поправок в законодательство о памятниках, в результате которых значительная часть архитектурного наследия страны могла оказаться под угрозой.

REGNUM: Значит, общественность может реально влиять на государственную политику в этом отношении?

Да, конечно. Мы живем в условиях демократии, и есть политики, с которыми мы можем говорить на те темы, которые нас волнуют. Но прежде всего само общество должно понять важность наследия. Людям нужно объяснять, что старинная архитектура нужна им, потому что она формирует особый дух той местности, где они живут.

REGNUM: Это очень важно и для нас. В Москве также немало людей, которые понимают значение архитектурного наследия, однако они пока не могут достучаться до властей города, для которых коммерческие интересы на сегодня важнее, чем вопросы развития туризма и сохранения исторической городской среды. Сейчас ваша организация является авторитетной и влиятельной. Как вам удалось добиться этого?

День за днем мы писали письма в газеты, обращения к политикам, к собственникам старинных зданий, объясняя, что можно сделать, как можно приспособить эти здания к современным нуждам, сохранив архитектурное наследие. Всякий раз, когда кто-то намеревается разрушить здание или целый район, мы сообщаем об этом в газеты, мы протестуем и указываем, какие иные экономически обоснованные возможности для их использования существуют.

REGNUM: В этом отношении россиянам стоит у вас поучиться. У нас в тех случаях, когда становится известно о том, что тому или другому памятнику грозит снос, нередко возникают протесты, однако чаще всего они носят отрицательный характер. Обоснованные альтернативные предложения по использованию этих зданий звучат редко. Видимо, это связано с тем, что у России мало опыта приспособления старой застройки к современным нуждам. Между тем в Великобритании и в Европе в целом за последние десятилетия накоплен очень большой подобной опыт. Планируется ли включить в состав доклада SAVE Europe's Heritage какие-то рекомендации в этом отношении или указания на методики работы с наследием, применяемые в других странах?

Конечно. Обычно в таких докладах всегда бывают такие рекомендации. По моим наблюдениям, здесь, в Москве не хватает коммуникации между людьми, которые ценят архитектурное наследие, и властями. Для того, чтобы преодолеть эту проблему, людям необходимо объединяться и вместе общими усилиями воздействовать на политиков. В английском языке есть понятие grass roots, которое означает сеть таких организаций, создаваемых самими жителями для того, чтобы отстаивать свои интересы и заставлять власти уважать их. Я думаю, это самый эффективный метод действий для сохранения наследия. Конечно, создавать такие группы и организации непросто, но это нужно делать, иначе государство просто не будет слышать ваши голоса.

REGNUM: 15-20 лет назад, еще до перестройки, массовое общественное движение в Советском Союзе начиналось именно с групп, выступавших в защиту памятников архитектуры, и с экологов. Лишь позднее к ним присоединились политические движения. Это свидетельствует о том, что людям особенно близки эти две темы, имеющие отношение к среде, в которой они живут, и это позволяет надеяться на то, что у движения в защиту архитектурного наследия есть будущее и в современной России. Уже сегодня появляются активные неформальные группы такой направленности, подобные сообществу сайта "Москва, которой нет" и движению "МосКультПрог". За последние полгода им удалось сделать многое - благодаря их действиям остановлено разрушение остатков знаменитой церкви Успения на Покровке, им удалось привлечь внимание к гибнущему особняку Поливанова в Денежном переулке, и там наконец-то начаты реставрационные работы. Внимание прессы к акциям этих групп и даже болезненная реакция московских властей на их деятельность - все это указывает на то, что они находятся на верном пути. Однако пока они подчеркнуто избегают формализации и не хотят регистрироваться в качестве общественных организаций - такова на сегодня специфика России.

SAVE также делает основной упор в своей деятельности на людей, поддерживающих организацию, не будучи формально ее членами. У нас всего лишь двое штатных сотрудников, которые получают заработную плату в организации. Но среди тех, кто поддерживает нас, много тех, кто может помочь нам, используя свои профессиональные знания - архитекторов, реставраторов, журналистов и других. Благодаря им, нам удается как разворачивать эффективные общественные компании, так и готовить профессиональные предложения и экспертизу проектов.

REGNUM: Приведите, пожалуйста, какой-нибудь пример того, как SAVE удалось предотвратить уничтожение исторического памятника и направить его использование в правильное русло.

Один из самых известных примеров - Flower Market (Цветочный рынок) в Лондоне, в историческом районе Ковент-Гарден. Когда, вскоре после создания SAVE стало известно о том, что планируется снос этого красивейшего здания, наша организация выступила против этого, и выиграла судебный процесс против чиновников, замышлявших снос. Я думаю, что и в вашей стране защитники памятников могут пойти по этому пути. Каждая победа в такой борьбе стоит тысячи поражений, потому что политики и девелоперы запоминают именно победы. Сейчас в здании Flower Market устроены магазины и кафе, и туристы с огромным удовольствием посещают его. Этот пример демонстрирует, как возрожденные старые здания помогают регенерации района, в котором они располагаются. В Великобритании туристы вообще очень любят старинную архитектуру; они приезжают именно для того, чтобы посмотреть на нее, а не на новые здания. Причем туризм ежегодно приносит нашей стране несколько миллиардов фунтов. И Москва, несомненно, должна использовать свое наследие для того, чтобы привлекать туристов.

Для нас самое важное - убедить девелоперов в том, что они могут использовать старые здания для регенерации районов. Скажем, нам удалось сохранить район вокруг старых казарм в Винчестере, которые городские власти планировали снести, чтобы построить на их месте паркинг. Наша организация действовала в сотрудничестве с местным архитектором, который разработал проект, предусматривающий не только сохранение исторических зданий, превращенных в жилье, но и создание вокруг них инфраструктуры, обеспечивающей все, что нужно для жизни в этом районе. И девелопер предпочел реализовать именно наш проект, отказавшись от своих первоначальных планов.

Еще один пример - Jewellers Quarter (Квартал ювелиров) в Бирмингеме, который мастера-ювелиры в свое время застроили маленькими домиками и мастерскими. Двадцать лет назад они переехали в новые помещения, и в результате целый район в центре города опустел. Так продолжалось около десяти лет. У местного самоуправления был выбор - снести или сохранить эту застройку, и оно пошло по второму пути. Городские власти и центральное правительство выделили небольшие гранты владельцам зданий, чтобы поощрить их к сохранению и восстановлению их недвижимости. В результате удалось сохранить целый район, который сейчас превратился в жилой. Опыт показывает, что люди охотно селятся в старых зданиях, которые имеют особый характер - такой, которого не имеет современная застройка. Разумеется, по степени комфорта жилье в таких домах лишь незначительно отличается от жилья в новых зданиях.

REGNUM: В России, особенно в провинции очень распространена противоположная ситуация, когда владельцам проще построить новый дом, чем переоборудовать старый, приспособив его для современного комфортного проживания. В результате этого сейчас заметно изменяется облик многих исторических городов.

Представление о том, что приспособление старых домов к современным требованиям невозможно, это миф. На самом деле можно добиться этого за счет незначительных изменений здания. Поэтому мы выступаем за то, чтобы постепенно отказываться от подобного подхода. Кроме того, мы постоянно подчеркиваем важность сохранения подлинности памятников. Качество подлинности материалов, из которых состоит здание, необычайно важно. Запас подлинного архитектурного наследия также конечен как, скажем, запасы нефти и также невосстановим.

REGNUM: Существуют ли в британском законодательстве какие-то положения, направленные на поощрение собственников и делевелоперов к сохранению архитектурного наследия?

Да. Существует такая организация как English Heritage - наполовину государственная, наполовину общественная. В ее задачу входит консультирование девелоперов, которые намереваются изменить историческую застройку, и предложение им таких вариантов реконструкции зданий и районов, которые позволят максимально сохранить архитектурное наследие. English Heritage советует девелоперам, как они могут согласовать исполнение требований законов и рекомендаций по охране памятников с наиболее прибыльным использованием недвижимости. Таким образом, при строительстве в исторических районах существует презумпция сохранения наследия. Наша организация, со своей стороны, через свои издания распространяет примеры удачного приспособления старых зданий к новым нуждам и пропагандирует этот опыт среди застройщиков.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl+Enter, чтобы отослать информацию редактору.
Главное сегодня
NB!
24.01.17
Почему до сих пор не посадили Чубайса?
NB!
24.01.17
ФСБ: Объекты РФ за год подвергались кибератакам порядка 70 млн раз
NB!
24.01.17
Женский марш: майдановский, еретический и политический
NB!
24.01.17
Посадочное устройство разбившегося Boeing 747 было исправно — МАК
NB!
24.01.17
Франция требует белого кардинала
NB!
24.01.17
«Доллар ослаб»
NB!
24.01.17
Курилы: Несбывшиеся надежды японцев
NB!
24.01.17
КНР добивается своих целей с помощью «долговых ловушек» — The Strategist
NB!
24.01.17
«Необратимые процессы» начнутся уже этой весной: обзор экономики Украины
NB!
24.01.17
Главное дело: Ломоносов — строитель империи, включая Америку
NB!
24.01.17
Володин готов обсудить с ФЕОР заявление Толстого о передаче Исаакия РПЦ
NB!
24.01.17
Остров Сахалин — элемент будущей энергосистемы Дальнего Востока
NB!
24.01.17
Американские танки врезались в мосты по пути из ФРГ в Польшу — СМИ
NB!
24.01.17
«Валдайский онлайн»: заключённые колонии организовали трансляцию
NB!
24.01.17
Радио REGNUM: первый выпуск за 24 января
NB!
24.01.17
Эстония поддержит Украину «в борьбе с Россией-агрессором»
NB!
24.01.17
Без торговли в Азии США не смогут сдержать Китай — FP
NB!
24.01.17
В Киеве участники акций протеста частично перекрыли три трассы
NB!
24.01.17
У российских студентов растёт рвение к учёбе: опрос
NB!
24.01.17
Администрация Обамы заставила Кэмерона скрыть неудачный пуск ракет — СМИ
NB!
24.01.17
«Нефть чувствительна»
NB!
24.01.17
Улучшать отношения с Россией Трамп должен «с позиции силы» — NI