Сообщение известного американского журналиста Сеймура Херша о причастности США и Норвегии к теракту на газопроводе «Северный поток — 2» не стало для Турции сенсацией. Согласно данным турецкого издания Evrensel, буквально через несколько часов после теракта в Балтийском море на него отреагировала турецкая контрразведка.

Иван Шилов ИА REGNUM
«Турецкий поток»

Были усилены меры защиты газопровода «Турецкий поток» и его инфраструктуры. Было также заявлено о намерении в течение месяца создать особую силовую группировку. ВМС Турции усилили контроль над морскими участками энергетической инфраструктуры страны, включая нейтральные воды.

Но самое интригующее было в том, что глава турецкой разведки Хакан Фидан издал особый приказ об установлении специального контроля над всеми находящимися и прибывающими в Турцию гражданами Великобритании с дипломатическими паспортами.

Так Анкара посылала сигнал британской разведке о том, что располагает оперативной информацией о готовившейся акции против «Турецкого потока», и о том, что ей известно, о чем накануне шла речь на специальном совещании в Вашингтоне, на котором, как позже писало американское издание Foreign Policy, рассматривался вопрос о «недопущении коммерческого и геополитического триумфа Турции и России».

Если судить по заявлению официального представителя президента Турции Ибрагима Калына, что «Анкара и Москва находятся в контакте по вопросам безопасности», то Анкара передала Москве информацию об угрозах «Турецкому потоку». Не случайно президент России Владимир Путин информировал 18 октября прошлого года своего турецкого коллегу Реджепа Тайипа Эрдогана о том, что «киевский режим пытался совершить подрыв на одном из участков газотранспортной системы «Турецкий поток» на ветке с российской стороны».

Правда, чуть ранее в американском издании National Interest появилась вызывающая статья известного вашингтонского «ястреба», связанного со спецслужбами США, Майкла Рубина.

Рубин прямо призывал «после «Северного потока — 2» нанести удар и по трубопроводу «Турецкий поток», который «на данный момент является единственным газопроводом, по которому российский газ попадает в Европу». По его словам, это «гарантирует трансатлантическую энергетическую солидарность, разорвет большое газовое кольцо, которое появилось после строительства «Северного потока — 2 » и «Турецкого потока», что окончательно лишит Россию позиции газового монополиста в европейской части континента».

Напомним, что экспортный газопровод «Турецкий поток» состоит из двух ниток, одна из которых предназначена для поставок газа собственно турецким потребителям, вторая — для газоснабжения стран Южной и Юго-Восточной Европы. Суммарная мощность «Турецкого потока» составляет 31,5 млрд куб. м, его эксплуатация началась в январе 2020 года. Идею создания нового распределительного газового центра в Турции впервые официально обнародовал Владимир Путин осенью 2022 года после удара по «Северному потоку — 2».

Jens Büttner/dpa/picture-alliance/TASS
Газопровод «Северный поток — 2»

Выступая 12 октября на «Российской энергетической неделе», президент говорил, что транзит газа с «Северных потоков» можно переместить в регион Чёрного моря и в Турцию. У Реджепа Т. Эрдогана это получило активный позитивный отклик. Так что угрозы «Турецкому потоку», как отмечает турецкое издание Hürriyet», это и потенциальный удар по Турции с намерением лишить ее статуса крупнейшего на Ближнем Востоке энергетического хаба». Именно так на это смотрят США, старающиеся любой ценой разорвать и газовую нить, связывающую Россию с Европой через Турцию.

Правда, турецкая разведка считает, что провести диверсию в Чёрном море, которое контролируют флоты России и Турции, куда сложней, чем в территориальных водах Швеции. Но турецкое издание Uluslarası Politika Akademisi не исключает такого хода событий в случае, если Запад будет продолжать инфраструктурную войну, разваливая систему взаимных соглашений.

В то же время в сложившейся ситуации стали появляться новые акценты.

Турецкие и многие российские эксперты не исключают, что США попытаются вывести «Турецкий поток» из строя под прикрытием природного бедствия — землетрясений.

В этой связи бывший мэр Анкары Мелих Гекчек обратил внимание на появление у острова Мармара иностранного сейсмического исследовательского корабля. На публичном уровне это объясняется тем, что после тяжелого землетрясения на юго-востоке Турции следующий удар стихии следует ожидать уже в Стамбуле.

Сергей Калачев (ИТАР-ТАСС)
Бывший мэр Анкары Мелих Гекчек

Причем мощнейшее землетрясение прогнозируют в городе до 2030 года, то есть в самое ближайшее время и в непосредственной близости от инфраструктуры «Турецкого потока».

В этой связи в западных СМИ стали во множестве появляться публикации, в которых утверждается, что «Европа не может себе позволить ставить в зависимость свою энергетическая безопасность от капризов турецких природных катаклизмов», и поэтому Анкаре «необходимо провести диверсификацию маршрута поставки энергетических ресурсов из России».

Из этого делается вывод: если с «Турецким потоком» что-то произойдет, то это будет «иметь техногенное происхождение».

Не случайно и то, что в ход пошли самые невероятные конспирологические версии. Так, сатирический французский журнал Charlie Hebdo написал: «Землетрясение в Турции: и даже не нужно отправлять танки!» Это можно трактовать в духе заявления экс-мэра Стамбула о том о, что «США использовали в Турции сейсмическое оружие — проект HAARP, поскольку Турция торгует с Россией и готовится выйти из НАТО».

Но, как бы то ни было, пока Анкаре предлагается так называемый «мирный сценарий»: отказаться от «Турецкого потока», перенести точку приема российского газа в Азербайджан и проводить своповые или обменные операции в треугольнике Россия — Азербайджан — Турция. Тогда, мол, европейцы, сделают вид, что покупают энергоресурсы у Турции (союзника по НАТО), а не у России.

Это проект TANAP, который должен доставить газ из Азербайджана через Турцию в страны ЕС.

Pechristener
Трансадриатический (TAP), Трансанатолийский (TANAP) и южнокавказский (SCP) газопроводы (обзначены синим, красным и зелёным цветами, соответственно)

Но даже для Турции азербайджанского газа явно недостаточно (доля азербайджанского газа — 8% против 56% российского, а иранский газ обходится Турции значительно дороже российского). Поэтому Москва и Анкара, как считает турецкое издание Uluslarası Politika Akademisi, «сейчас будут вынуждены искать «противоядие» планируемому Западом следующему шагу».

Для Турции действия по западному «мирному сценарию» будут означать почти механическое превращение из субъекта политики в объект, причем полностью зависимый от политической воли Запада.

Пока Турция из-за землетрясения откладывает саммит в Стамбуле по запуску газового хаба. Его планировалось провести 14–15 февраля. Он перенесен примерно на 21–22 марта, хотя не факт, что может состояться и в эти намеченные сроки, чтобы не создавать раздражающую ситуацию «пира во время чумы».

В то же время не случайно и то, что в турецкие СМИ запущен тезис, согласно которому Турция к 2030 году может перейти полностью на собственные энергетические ресурсы ввиду открытия новых месторождений на своей территории.

Но если есть собственный газ, то зачем нужен энергетический хаб? Это, скорее всего, отвлекающий маневр.

По оценке экспертов, судьба газового хаба в Турции предопределена и логика его создания лежит не только в текущей конфронтации между Россией и Европой, но и в развитии газовой отрасли Турции. Создание хаба для Турции — это повышение ее геополитического статуса, и Эрдоган наверняка будет использовать этот аргумент в предвыборной кампании и, как предполагает турецкий эксперт по внешней политике Хасан Эрель, «не будет выставлять себя в роли жертвы Запада».

Вторая нитка «Турецкого потока» до Европы уже достроена, не говоря о первой до территории Турции. Поэтому на данном этапе ничего остановить уже не получится. Задержки в реализации проекта могут возникнуть из-за того, что турецкие власти возьмут некий тайм-аут на то, чтобы бросить все усилия на урегулирование вопросов, связанных с землетрясением.

Но в целом нельзя исключить, что в предлагаемых посылах есть немалый элемент большой игры.

Конечно, для Эрдогана реализация проекта энергетического хаба — серьезный козырь для предвыборной программы на фоне резко ухудшившегося, особенно после землетрясения, экономического положения страны. В то же время переговоры по турецкому хабу не должны исключать поисков потенциальных компромиссов с Европой и продолжения строительства «Силы Сибири».

В одну корзину все яйца класть всё же не стоит.