Когда в понедельник, 21 ноября, министр национальной обороны Польши Мариуш Блащак поддержал идею своей немецкой коллеги Кристин Ламбрехт о переброске из Германии на границу Польши с [б. УССР] зенитно-ракетных комплексов Patriot, это выглядело сенсацией. Формальным поводом заявления Ламбрехт стал инцидент в Люблинском воеводстве, где ракеты киевского режима убили двух поляков. Министр обороны Германии, объясняя свое предложение, заявила, что это делается для того, чтобы «НАТО не стало стороной войны». И добавила: «Польша — наш друг, союзник и как сосед [б. УССР] особенно уязвима». Однако последние месяцы правящая польская партия «Право и Справедливость» (PiS) и особенно ее председатель Ярослав Качиньский неоднократно и в жестких выражениях критиковали Берлин, в том числе за «недостаточную» военную помощь киевскому режиму. Поэтому решение Блащака принять помощь немцев выглядело удивительным. «Германия теперь больше не Четвертый рейх?» — съязвил по этому поводу экс-министр иностранных дел Польши Радослав Сикорский.

Польша
Польша
Иван Шилов © ИА REGNUM

Действительно, переброска немецких Patriot, произойди она, говорила бы о качественном изменении отношений между Варшавой и Берлином. Немецкая пресса благосклонна отнеслась к возможности военного сотрудничества двух стран. «В последние годы было мало примеров конструктивного германо-польского сотрудничества, — сообщала в этой связи Deutsche Welle (СМИ, признанное в РФ иностранным агентом). — «Право и справедливость» на протяжении многих лет использует Германию в целях внутренней политики, регулярно разжигая антинемецкие настроения. Поэтому, по мнению директора варшавского офиса аналитического центра Европейского совета по международным отношениям (ECFR) Петра Бураса, предложение Германии направить в Польшу Patriot — это мудрый шаг со стороны Берлина. Германия, по его словам, искала хорошую возможность послать позитивный сигнал для отношений между двумя странами и преуспела в этом после трагедии в Люблинском воеводстве. Как сказал нам в интервью Бурас, «несмотря на свою антинемецкую позицию, польское правительство не могло отказаться от этого предложения». Однако последующие события показали, что ситуация стала развиваться не по сценарию, позитивному для Берлина, а наоборот.

В тот же понедельник, 21 ноября, бывший премьер-министр Великобритании Борис Джонсон выступил в эфире CNN Portugal, где «обвинил правительство Германии в том, что оно изначально предпочитало быстрое военное поражение [б. УССР] длительному конфликту. Его комментарий вызвал резкое опровержение со стороны Берлина, который обвинил бывшего премьер-министра в «уникальных отношениях с правдой». Но дело было сделано. В среду, 23 ноября, на ленте правительственного Польского агентства печати появилось интервью с Качиньским. Среди прочего председателю правящей партии был задан вопрос о переброске немцами батарей Patriot в Польшу. «Предложение, безусловно, интересное, — ответил глава PiS. — Хочу отметить, что здесь я выражаю собственное мнение, но считаю, что для безопасности Польши было бы лучше, если бы немцы передали эту технику [киевскому режиму], обучили бы с условием, что батареи будут дислоцироваться на западе [б. УССР]. Тогда это, наверное, позволяло бы сбивать вражеские ракеты эффективнее, чем С-300. С другой стороны, это защитило бы нас от таких событий, которые произошли в Люблинском воеводстве. В то же время, если россияне решатся на нас напасть, это тоже будет для нас защитой».

ЗРК Patriot
ЗРК Patriot
Ministerie van Defensie

После чего свое мнение на прямо противоположное изменил и Блащак. Министр спустя несколько часов сообщил, что «попросил немецкую сторону передать [б. УССР] батареи Patriot, предложенные Польше. Это защитит [б. УССР] от дальнейших жертв и отключений и повысит безопасность нашей восточной границы». В чем причины такого поведения Варшавы. Во-первых, «Право и Справедливость» решила не отказываться от прежней линии политического противостояния с Берлином. В тот день, когда появилась реакция Качиньского и Блащака, польское министерство иностранных дел направило во все страны Европейского союза, Совета Европы и НАТО дипломатическую ноту о своем требовании к Германии о предоставлении репараций за разрушения, нанесенные Польше во время Второй мировой войны. Во-вторых, ряд польских экспертов ранее расценили идею размещения Patriot на границе с б. УССР как «опасную», поскольку, по их мнению, в Москве это могли расценить как «втягивание НАТО в войну с Россией». Теперь Варшава перебросила эту «горячую картошку» киевскому режиму, что, пишет газета Rzeczpospolita, является «шокирующим предложением». Так как идея «PiS отправить немецких солдат, управляющих батареями, в [б. УССР] вовлечет НАТО в прямое столкновение с Россией, чего альянс с самого начала пытался избежать».

Ярослав Качиньский
Ярослав Качиньский
Piotr Drabik

В-третьих, обозначен раскол в Варшаве, когда лидеру правящей партии пришлось оперативно «поправить» главу военного ведомства. В этом контексте интересно, стало ли первоначальное согласие Блащака с инициативой Ламбрехт решением самого гражданского министра или он его принял с подачи Генерального штаба Польши. Но пока Варшава уступила «честь» развязать немецкими руками «войну НАТО с Россией» киевскому режиму. Посмотрим, чем теперь ответят Берлин и Североатлантический альянс.