В ходе спецоперации на Украине по её денацификации и демилитаризации наиболее очевидны успехи именно по второму пункту: потери живой силы и техники колоссальны. Остановимся лишь на потерях в боевых и транспортных вертолётах, почему — будет понятно далее. Для начала полезно будет проанализировать данные о количестве винтокрылых машин до начала вооруженного конфликта и их потерях на настоящее время. При этом следует учитывать возможные причины лаконичности и откровенности источников информации, вполне понятные в «особый период», переживаемый всеми нами.

Винт вертолета
Винт вертолета
Roberta F

Итак, по данным справочника о военной авиации стран мира «World Air Forces 2022», приведенным порталом FlightGlobal.com, примерно за три месяца до начала спецоперации в распоряжении украинской армии в общей сложности насчитывалось 107 вертолётов (с учётом лёгких учебно-тренировочных Ми-2). В том числе в сухопутных войсках ВСУ — 88 боевых вертолётов «Миля» и в ВМФ — 5 вертолётов «Камова» и 4 «Миля».

Из которых за месяц, уже к 1 апреля, по официальным данным МО России, был уничтожен 81 вертолет. По данным из того же источника, на 15 августа потери ВСУ в вертолётах составили уже 148. То есть, по данным МО РФ, всего с начала СВО было уничтожено (так у источника — А. С.) в полтора раза больше боевых вертолётов противника, чем у него имелось незадолго до начала спецоперации.

Ми-8 ВВС Украины
Ми-8 ВВС Украины
Нацгвардия Украины

Причин тому разночтению (именно разночтению!) несколько: прежде всего, в декабре 2021 — начале 2022 гг. со стороны НАТО велись активные поставки вооружений и техники на Украину, что в совокупности с прочими приготовлениями явилось и поводом, и причиной начала самой спецоперации. Кроме того, уничтоженной может считаться только техника, более не подлежащая ремонту, остальная должна оцениваться как подбитая. Так, танк с перебитой гусеницей — подбит, а разорванный на части или сгоревший — уничтожен; то же и в авиации (показания свидетелей падения самолёта из числа военнослужащих сухопутных подразделений были обязательны), как повелось ещё с Великой Отечественной.

Таким образом, получается, что и поставки вертолётов в ВСУ не прекращались, чему свидетельством многочисленные публикации в СМИ: даже Латвия безвозмездно (?) поставила украинским ВВС 4 вертолёта (по два — Ми-2 и Ми-17). О состоянии которых, правда, можно лишь догадываться, но этот вопрос (с ремонтом, о чём ниже), как выяснилось, оказался вполне решаемым. Так, первая партия из 5 вертолётов Ми-17, поставленных ВСУ Пентагоном, — это вертолёты из числа 63 машин, закупленных Штатами через «Рособоронэкспорт» ещё в 2013 году для ВС Афганистана и переданных США на Украину «для ремонта», что является прямым нарушением договорных обязательств с российской стороной. 10 мая текущего года Пентагон сообщил о начале отправки на Украину вертолетов Ми-17 российского производства из той же «афганской» партии, а первый вертолет из той поставки пересек украинскую границу уже 10 мая, сообщил портал TopWar.ru 11 числа того же месяца. Надо полагать, что и остальные 48 машин из числа «афганских» Ми-17 вскорости будут поставлены на Украину (если не уже там).

Всей этой армаде вертолётов «Миля», стоящей на вооружении наших союзников по СНГ и не так уж и давно вступивших в НАТО прочих «братских стран» по Варшавскому договору, необходимы ремонт и техобслуживание. В полном и официально признанном объёме осуществить их возможно лишь на авиаремонтных предприятиях в российском Улан-Удэ (обслуживает только отечественный вертолётный парк) и в литовском городе Каунас, то есть в стране НАТО. На предприятии «Хелисота» (давнем партнёре одной из российских госкорпораций), унаследовавшем подряды по ремонту советских/российских вертолётов, когда-либо поставленных на экспорт. С использованием российских технологий и сертифицированных комплектующих.

На данную вопиющую «нестыковку» реальности со здравым смыслом ИА REGNUM обратило внимание читателей ещё в апреле в своей публикации «Почему ещё летают украинские вертолеты Ми-8 и Ми-24 и при чём здесь Литва». И вот спустя 4 месяца, 15 августа этого года, директор Федеральной службы по военно-техническому сотрудничеству России Дмитрий Шугаев «на полях» форума «Армия-2022» сообщил агентству РИА Новости о том, что «Россия отозвала у предприятий Чехии и Болгарии лицензии на ремонт вертолетов из-за их сотрудничества с Украиной». Из интервью также следует, что Россия приостановила поставки запчастей и комплектующих для авиационной и другой техники российского и советского производства, находящейся в недружественных странах, а у ФСВТС есть механизм противодействия таким незаконным поставкам, которым она активно пользуется. Литва же в списке стран, у предприятий которых отозваны российские лицензии на ремонт вертолётов (а это — основной игрок в данном секторе рынка), в отличие от второстепенных в этом смысле Чехии с Болгарией, не упомянута вообще.

Ми-8MTV ВВС Литвы
Ми-8MTV ВВС Литвы
Mike Freer

Правда, в своём интервью директор ФСВТС упомянул, что Москва направила всем государствам, заявившим о передаче киевскому режиму российской продукции военного назначения, официальные ноты о недопустимости подобных действий. Что звучит так же убедительно, как и заявления МИД РФ о «глубокой озабоченности», граничащей с самым «решительным протестом». Эффект себя ждать, конечно же, не заставит.

Вместо эпилога: складские запасы запчастей для российских вертолётов за рубежом не безграничны. И продолжающееся упоминание вертолётов «Миля» в оперативных сводках МО РФ для СМИ означает только одно: виновников применения противником вертолётов российского производства против российского же контингента СВО надо искать уже не только лишь «там», но уже и «здесь». Процесс, возможно, уже пошёл, но это не точно.