Интервью председателя Коммунистической партии Южной Осетии Станислава Кочиева ИА REGNUM

Тбилиси, 24 ноября 2004, 11:41 — REGNUM  

Справка ИА REGNUM: Кочиев Станислав Яковлевич, родился в г. Цхинвал в 1954 году. Окончил исторический факультет югоосетинского госпединститута, Бакинский институт политологии и социологических исследований. До 90-х годов работал в системе комитета народного контроля Южной Осетии. В годы грузино-осетинского противостояния возглавлял Комитет по национальным вопросам и Министерство информации и печати Южной Осетии. С 1993 года и по сегодняшний день является первым секретарем ЦК Компартии Южной Осетии. С июня 1999- по май 2004 года являлся председателем Парламента Южной Осетии. Женат, имеет дочь.

-Станислав Яковлевич, Ваша партия - одно из первых политических движений в Южной Осетии. Что представляет из себя сегодня Компартия Южной Осетии?

Коммунистическая партия в Южной Осетии действительно является партией в полном смысле этого слова. Со своими целями, вековыми традициями, со своей идеологией, устоявшейся организационной структурой, со своим электоратом и стройными партийными рядами. Это живой организм, который подвержен изменениям, деформации, который живо реагирует на то, что происходит вокруг. Как общество развивается циклично, так и наша партия- бывает приток, отток. И самое главное, в отличие от доселе здесь существовавших партий, она единственная, которая сохранилась и которая целенаправленно движется к своей цели. Мы не делаем трагедии из-за того, что кое-кто перешел в другую партию или естественным образом покинул наши ряды. Или же не выдержав суровых испытаний, вынужден был эмигрировать из Южной Осетии. Основной костяк партии и его электорат сохраняется. Мы честно и правдиво работаем со своим народом., выражаем и защищаем его интересы.

- Каков сегодня политический вес Коммунистической партии в Южной Осетии?

Непосредственно, как парламентская партия наша партия имеет возможность влиять на политические процессы через представительные органы. В нынешнем созыве Парламента партия получила 25% мест, то есть представительство Компартии в Парламенте четвертого созыва значительно сократилось по сравнению с предыдущими годами. Этому есть ряд объяснений как объективного, так и субъективного характера. Надо сказать о том, что наша партия шла честно на эти выборы, мы искренне и правдиво изображали свою политику, не давали несбыточных, заведомо ложных, обещаний. Мы также правдиво оценивали политическую ситуацию, складывающуюся вокруг Южной Осетии, искренне вели себя с нашими избирателями. И мы поплатились тем, что обескровленный и обнищавший народ поверил во всякие сказки и небылицы, в обещания блестящего светлого будущего. Мы потерпели поражение, добились меньших успехов, чем должны были бы добиться. Кстати, подобное положение в настоящее время постигло все левое коммунистическое движение и в России, и других странах СНГ, сегодня ситуация, к сожалению, складывается не в нашу пользу. Это закономерность, которая отражается и в Южной Осетии. Успех Компартии в России сказывается и на успехе нашей партии, в Южной Осетии. Шатающиеся элементы или переходят на другую сторону или становятся аполитичными вообще. Соответственно электорат сужается.

- Насколько по - Вашему Ваш самый главный конкурент, лидирующая партия Единство, претворила в жизнь свои обещания?

Эта партия была создана для того, чтобы получить большее количество мест в Парламенте. Сегодня критиковать эту партию я не могу. Я не голосовал за нее, я голосовал за свою родную партию. Но не говорить о просчетах нельзя. Большинство правительства Южной Осетии является представителями именно этой партии, и практически все места в Парламенте заняты представителями этой партии. Ни одного места коммунистической партии не предложено ни на места председателей комитетов, ни председателей Комиссии. Я думаю, это большая ошибка. Когда Коммунистическая партия была ведущей партией в Парламенте, мы никогда не проводили отдельно заседания своих фракций, наоборот мы собирали всех, А теперь это ведет фактически на раскол. Единственное, что спасает нас от этого, так это то, что Коммунистическая партия не заявляет пока о том, что она находится в жесткой оппозиции к чему-то или к кому-то. Мы чувствуем всю ответственность такой позиции, и мы этого пока не делаем. Поймут ли это наши коллеги хорошо, не поймут будет раскол в обществе. В свое время я предлагал Президенту не поддерживать ни одну из партий, т.к. он является не президентом одной партии, а президентом всего народа.

Коммунистическая партия не была поддержана, мы рассчитывали только на собственные силы и очень скупые средства, никто нам из-за рубежа не помогал. Нарушений было много, на что мы не отреагировали из соображений опять- таки не допустить раскола в обществе.

- Не считаете ли Вы, что лидерство одной мощной партии является на данный момент более приемлемым для Южной Осетии?

Еще в середине 19 века Кузьма Путков написал Проект закона о введения единомыслия в России. Еще тогда это было издевкой. А сегодня каким образом одна партия должна подмять под себя все другие партии? Есть партия буржуазная, у нас есть буржуазия, наших масштабов, эта партия буржуазии, есть и коммунистическая, которая представляет интересы рабочего класса. Изменить законы общества и создать монолит обездоленного народа и жирующей буржуазии, соединить несоединимое? Я считаю, что одна партия не может представлять интересы ограбленных и грабителей.

- Даже в таком маленьком обществе как Южная Осетия?

А какое это имеет значение? Законы природы и законы общества для всех одни и те же. А противиться им- фактически значит сводить эти законы на нет. Эти два слоя общества не могут никогда прийти к общему знаменателю. Соображения государственной безопасности, конечно, должны учитываться всеми слоями общества. В момент внешней опасности должна быть консолидация.

- Вы не выступаете в качестве прямой оппозиции к главенствующей партии именно из-за напряженной политической ситуации вокруг Южной Осетии?

Мы понимаем всю ответственность этого. Но мы находимся в оппозиции ко лжи и демагогии, к ненормальным явлениям в обществе.

- А к курсу Президента?

Сегодня мы заявляем, что находимся в оппозиции к тем явлениям, которые я уже перечислил. К хищению, казнокрадству, грабежам, разбоям, финансовым нарушениям. И мы будем требовать, что высшее руководство Республике боролось бы с этими явлениями до конца.

- Грузия не раз делала заявления, что именно Компартия оппозиционна нынешней власти в Южной Осетии. Как Вы прокомментируете подобные высказывания?

Я не буду комментировать заявления грузинской стороны. Если исходить из реального положения дел, то теоретически невостребованная партия, конечно, должна оказаться в оппозиции. Если ее представители не чувствуют, что предпринимаются шаги на сближение, состыковку позиций, учет мнения. Но всего этого не происходит. И потому, логически, естественно, что такая партия становится оппозиционной.

-Как Вы расцениваете последние реформы в югоосетинском обществе? Сможет ли повышение зарплат, пенсий, пособий быть продолжено в дальнейшем?

Вы очень смело заявили, назвав это реформами. Мы побираемся у России. Гуманитарная помощь- это круг для спасения утопающего. А долгая гуманитарная помощь разрушает общество, его интеллект. Кто нас должен без конца кормить? Если не заработают наши собственные заводы и фабрики, если не заработает наш собственный бюджет, то все остальное будет вспомогательными моментами. А у нас наоборот - наши бюджетные поступления являются придатком этой гуманитарной помощи. Никакой реформой это не является. И огромные деньги, которые протекают через Южную Осетию, громадные деньги, полулегально или нелегально, утекают в чужие карманы. Это все проходит мимо бюджета. Мы все прекрасно знаем, куда идут потоки машин, которые торгуют с Грузией. Я еще раз подчеркиваю, что свой бизнес через границу, как через забор никто не выбрасывает. Встречаются, договариваются о деньгах, ведут переговоры.

- Несмотря на ужесточение прохождения грузов через Южную Осетию?

Этот процесс настолько живуч и настолько интернационален, что никакая война, никакая линия фронта не смогла его перекрыть. Находят все равно другие обходные каналы и ведут торговлю. А средства проходят мимо государственного бюджета.

- А что же нужно для того, чтобы это шло в бюджет?

Воля людей, которые этим занимаются. А если для людей, которые занимают ответственные должности, интересы собственного кармана дороже интересов государства, тогда это другой вопрос.

- Как на Ваш взгляд будет происходить развитие политической ситуации вокруг Южной Осетии? Какие шаги будет предпринимать Грузия в дальнейшем?

Международная общественность и лидеры государств не смогли предотвратить войну в Чечне, не смогли предотвратить события в Дагестане, захват в Ингушетии, не смогли предотвратить то, что произошло в Карачаево-Черкесии. Не смогли предотвратить такую страшнейшую трагедию, которая произошла в Беслане. Такой трагедии мир еще не знал. И говоря откровенно, нам отомстили за то, что мы всегда поддерживали и поддерживаем Россию. Нам, осетинам, которые всю жизнь воевали на стороне России, еще за 75 лет до вхождения Осетии в состав России. Сегодня мы поплатились за это. Мы не раскаиваемся, это наша позиция, потому что без России Осетия погибла бы давно. Я считаю, что Россия должна сделать для Осетии больше, чем она делает сегодня. Более верного народа России, не хочу говорить верноподданнического, не найти. С Россией мы были на века, добровольно из всех кавказских народов только мы вошли в состав РФ, это говорит о многом. Россия должна особое внимание уделять именно Осетии. Что касается перспектив...Убежден, что если бы война не была бы нужна кому- то она давно бы прекратилась. Делать из обнищавшей, обескровленной Южной Осетии предмет наживы, это преступление перед всем человечеством. Я имею ввиду тех, кто хочет сделать здесь войну. Сегодня мы конечно понимаем очень сложную ситуацию Российской Федерации, сегодня решительных шагов не может быть сделано, мы должны это понимать. Мы это говорили во время выборов, мы говорили всю правду, поэтому и не выиграли. И думаю, что те кто говорил иначе, должны отвечать за свои слова. Так не бывает- я сказал, выиграл выборы и все. Я считаю, что в первую очередь, мы должны были поднимать вопрос о разделенном народе, коим является осетинский народ. Об этом никто не говорит, хотя это является предметом широчайшего, ответственнейшего разговора. Именно этот вопрос близко воспринимается к сердцу европейскими странами и политиками. И потом. Сегодня мы контролируем едва ли половину нашей территории. Ведь даже если мы потеряем одну единственную, самую захудалую деревню, это уже не будет называться Южной Осетией. А сегодня этот вопрос никто не поднимает. Через периметр какой границы мы будем проводить границу собственного государства? Она должна быть проведена по периметру границы бывшей юго-осетинской автономной области.

- Вы видите перспективу для Южной Осетии в составе Грузии?

Если бы Грузия до сих пор создала бы для нас благоприятные условия, тогда не происходило бы всего того, что происходит сейчас. Грузия сама нищенствует, как она может создать условия для Южной Осетии. То, что происходило в Южной Осетии доказывает, что не такими методами кое-кто в Грузии пытается решить эту проблему. Единственная наша надежда - Россия, Путин сам заявил, что Осетия является форпостом России на Кавказе. Мы готовы им быть, более того, всю жизнь им были. Но надо подумать, сколько же еще Осетии надо принести жертв в имя этого?..Если мы граждане России, Россия должна нас защищать. Но сегодня говорят, что она этого не может. А когда она будет в состоянии, южной Осетии может и не быть.

-Вы считаете, надо действовать именно сейчас?

Именно сейчас.

- Вы видите взаимосвязь между события в Южной Осетии и Беслане?

Вряд ли это напрямую связано с событиями в Южной Осетии, я согласен в Президентом Кокойты, что в данном случае, в данном контексте ни в коем случае нельзя делить Южную и Северную Осетию. Мы поплатились вместе, Южная и Северная Осетия поплатились Бесланом. Встает вопрос: почему именно Осетия? А потому, что именно мы - самая пророссийская Республика на Кавказе. Не хочется кого-то оскорблять, но кругом столько республик, столько возможностей. Мы вправе рассчитывать сегодня на большее расположение руководства России. Сегодня Россия более активно должна решать судьбу Южной Осетии.

- Насколько на Ваш взгляд встреча Кокойты - Жвания сможет изменить существующую ситуацию?

Такие встречи уже бывали между Чибировым ( экс- президент Южной Осетии- ИА REGNUM), были между Торезом Кулумбуковым ( лидер Южной Осетии в годы грузино-осетинского противостояния - ИА REGNUM) и лидерами Грузии. И поэтому оговаривать эти встречи какими- то условиями не стоит. Встречи должны быть, руководителя встречаются, дают поручения своим подчиненным, они выполняют команду. В Южной Осетии внешнюю политику определяет Президент. Кто же другой должен встречаться и определять ее судьбу? Надо встречаться, договариваться чтобы не было обострений, мы ведь говорим, что мы за переговоры. Я в качестве Председателя Парламента Южной Осетии вел переговоры с Бурджанадзе ( спикер Парламента Грузии - ИА REGNUM) насчет поставок в Южную Осетию и газа, и света. Если и переговоры ничего не дадут, по крайней мере не позволят отбросить процесс урегулирования назад. Это уже будет большим достижением. Я за открытый и прямой диалог с Грузией. У нас есть все аргументы, которые могу подтвердить и даже усилить нашу позицию.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.