Посол Украины в Польше Андрей Дещица в эфире радиостанции TOK FM выступил с критикой «непоследовательного» польского Сейма. «Война — это время испытаний. Либо мы на одной стороне, либо на другой. Если мы начнем балансировать, нюансировать, мы никогда не победим. Вы должны быть последовательны», — заявил он. О чем речь?

Иван Шилов ИА REGNUM
Польша

Дело в том, что 13 апреля депутаты нижней палаты отклонили поправку в «санкционные законы», внесенную Сенатом Польши. Поправка устанавливает, что наряду с блокированием поставок в Польшу российских нефти, угля и природного газа эмбарго накладывается и на российский сжиженный нефтяной газ (LPG). Дело в том, что LPG чрезвычайно популярен в стране из-за относительно низкой стоимости, цены на него растут гораздо медленнее, чем на бензин. На таком газе ездят автомобили, он также используется для отопления домов. Против поправки, внесенной сенаторами от оппозиционной партии «Гражданская платформа», выступил министр госимущества Яцек Сасин. Оказалось, что поправка оппозиции «как обычно, ошибочна и вредна». Потому что, подчеркнул министр, она «лишит 3,5 миллиона поляков возможности заправлять свои автомобили более дешевым топливом». Но при этом, замечает один из польских оппозиционных еженедельников, «санкционные законы» с их эмбарго на российский уголь лишат 5 миллионов поляков возможности отапливать свое жилье более дешевым сырьем.

Kancelaria Premiera
Яцек Сасин

Почему «российский уголь плох, а российский сжиженный нефтяной газ хорош?» Дело в том, что правящая польская партия «Право и Справедливость» (PiS) решает тут свои внутренние задачи. Многие годы фактор российского угля использовали во время своих протестов польские фермеры, объединенные в движение «Агроуния». Они требовали от правительства решить вопрос с экспортом сельскохозяйственной продукции, заявляя: «Если мы не можем продавать овощи в Россию, почему Tauron купил около десятка тонн российского угля? Эмбарго, от которого сегодня выигрывают только россияне. А Крым как был российским, так, видимо, и останется». Помимо того, PiS хочет закрыть проблему с шахтерскими профсоюзами угольной отрасли. Российский уголь более дешевый и лучшего качества, что мешает бизнесу польских горнодобывающих компаний. Особое раздражение действиями правительства высказывали силезские шахтеры, а это уже переводило проблему в опасную плоскость для Варшавы. Ведь Силезия – это единственный регион в Польше, где на уровне местного самоуправления представлены «сепаратисты», отстаивающие идеи силезской идентичности и силезского языка.

В этой ситуации «Право и Справедливость» решила выжать из кризиса, который сложился по линии Запад — Россия, все возможности. Раньше оснований запрещать импорт российского угля у правительства не было. Сейчас «политическая целесообразность» дает PiS карт-бланш практически на все, что угодно. Поэтому правящая партия использует «санкционный инструмент», чтобы успокоить фермеров и шахтеров. Но это далеко не всё, что готова делать «Право и Справедливость» вместе с партнерами по коалиции. Заместитель министра юстиции Польши Михал Вощь, представляющий партию «Солидарная Польша», внес в Сейм законопроект, направленный на «повышение прозрачности» финансирования неправительственных организаций. По его словам, «события последнего времени показывают, что Польша нуждается в депутинизации, в том числе и в отношении деятельности различных НПО». Особое внимание обращено на получаемые такими организациями средства из-за рубежа. Учитывая, что Россия не финансирует НПО в Польше, удар придется прежде всего по тем, кто работает с Германией или международными структурами типа фонда Сороса. Всепольская федерация неправительственных организаций выступила с резкой критикой законопроекта, считая, что он «направлен на ограничение независимости и свободы действий общественных организаций и доноров». Но такой имеем климат сегодня в Польше, что на фоне антироссийской кампании в стране инициатива Воща вполне может пройти.

gov. pl
Михал Вощь

Потому что PiS и ее союзники, похоже, власть отдавать не хотят, делая всё, чтобы «легально» осложнить жизнь своим критикам из числа общественных организаций и оппозиционных партий. «Санкционные законы» в частности предполагают возможность заморозки активов компаний, которые «поддерживают вторжение России на Украину». Внесение в черный список осуществляется по представлению министра внутренних дел, а апелляция на него займет годы. Заявка на включение, отмечают польские эксперты, может быть вызвана решением всего лишь одного человека. Например, главы «Права и Справедливости» Ярослава Качиньского. При этом критерии определения «поддержки вторжения» чрезвычайно размыты. Никто не может дать гарантию того, что ныне правящая партия не использует возможности «санкционных законов» для борьбы со своими конкурентами. Достаточно будет заморозить активы под указанным предлогом финансовых спонсоров оппозиционных партий накануне очередных парламентских выборов, и они не смогут вести полноценную избирательную кампанию. Удар косвенный, но эффективный, и неизвестно, до чего еще додумается PiS.

Например, в соседней Латвии уже сейчас открылась дискуссия о том, можно ли ограничить участие в выборах в Сейм тех политических сил, которые «не осуждают войну на Украине» или «поддерживают российскую агрессию». А чем Польша хуже? В лихие 1930-е годы она жила в подобном режиме. С 1934 по 1935 годы в городе Берёза-Картузская существовал концентрационный лагерь, работавший как место внесудебного интернирования противников правящего режима. В современной Польше до этого пока не дошли. Однако признаки «болезни авторитаризма» заметны невооруженным глазом. Конечно, пока еще есть «ограничитель» в лице Евросоюза, который пытается бороться с нарушениями принципа верховенства права в Польше. Но, во-первых, «Право и Справедливость» сегодня ориентируется на США, которые технологически используют вопрос соблюдения «демократических ценностей» своими союзниками. Во-вторых, непонятна судьба и путь самого ЕС.

Christian Ganzer
Польский концентрационный лагерь в Берёзе-Картузской