Судя по последнему заявлению министра иностранных дел Японии Ёсимасы Хаяси, в Токио не теряют надежды на возвращение российского руководства, и в первую очередь президента РФ Владимира Путина, к переговорам о «возвращении северных территорий». Так в японском правительстве произвольно и вопреки фактам истории именуют южную часть принадлежащей России Курильской гряды.

Курилы
Курилы
Иван Шилов © ИА REGNUM

На сегодняшний день «программой минимум» является добиться согласия Москвы на возобновление официальных переговоров о заключении «мирного договора». При этом в японском правительстве не скрывают, что «мирный договор» через 76 лет после окончания войны является не целью, а лишь средством, с помощью которого Токио намерен вопреки всем документам военного и послевоенного периодов включить в состав своей страны законно возвращенные по итогам войны России, тогда СССР, дальневосточные территории.

Удивительно, что японские политики, все еще рассчитывая на согласие Москвы на такой «возврат», не побоюсь этого слова, нагло предлагают в качестве «базовой позиции» грубо искажающую предыдущие договоренности «формулу». По которой Россия должна сначала отдать Японии все южнокурильские острова с имеющими важное военно-стратегическое значение проливами и богатейшими 200-мильными морскими экономическими зонами, и только после этого Токио соблаговолит-де подписать никому не нужный «мирный договор». «Мы продолжим тесные переговоры с Россией на основе нашей базовой позиции — решение территориальной проблемы и заключение мирного договора», — вновь заявил Хаяси. Этой же позиции придерживается и премьер-министр Японии Фумио Кисида.

Ёсимасы Хаяси
Ёсимасы Хаяси
首相官邸

Опасения японских политиков по поводу нежелания российского руководства продолжать переговоры о «мирном договоре» небезосновательны. Об этом уже не раз заявлял министр иностранных дел РФ Сергей Лавров, указывая, что для развития отношений в различных областях две страны должны подписать не ничего не решающий и ставший анахронизмом «мирный договор», а устремленный в будущее договор о мире, добрососедстве и сотрудничестве. Видимо, не случайно и президент Путин в своем новогоднем послании премьер-министру Кисиде, вопреки обыкновению, ничего не сказал о необходимости заключения «мирного договора». Тем более в Москве не говорят о придуманном в свое время с подачи США так называемом территориальном вопросе, давая понять, что для России и ее народа такого вопроса не существует. И это единственно правильная и понятная японцам с советских времен позиция.

Чувствуя произошедшие изменения, когда В. Путин перестает говорить о «компромиссе» и «хикивакэ» — ничьей в якобы существующем «территориальном споре», японцы прибегают к традиционному методу обольщения партнера, воспевания его замечательных качеств, которые-де соответствующим образом оцениваются в Японии. Подобным славословием занялся небезызвестный жуликоватый политикан с тюремным прошлым за коррупционные дела Мунэо Судзуки, который «консультировал по российским вопросам» Синдзо Абэ в бытность его премьером, а сейчас, похоже, «по наследству» перешедший в качестве советчика по «территориальной проблеме» к премьеру Кисиде. Хотя, скорее всего, он навязан последнему все тем же Абэ, который пригрозил ссорой с новым японским лидером, если тот не будет следовать его указаниям, как вести дело с Москвой и с Путиным.

Премьер-министр Японии Фумио Кисида
Премьер-министр Японии Фумио Кисида
Официальное интернет-представительство президента России

Так вот Судзуки на днях пропел дифирамбы Путину, назвав его единственным в России, кто хорошо понимает Японию и заинтересован в развитии отношений с ней.

«Можно сказать, что Путин — единственный российский политик, который интересуется Японией и понимает японскую культуру и историю. Поскольку он занимается дзюдо, то знает, что схватка в этом виде спорта начинается и заканчивается поклоном. Я встречался с Путиным всего четыре раза, но впечатления от этих четырех раз приводят меня к мысли, что Путин гуманный человек. В СМИ в отношении него распространены стереотипы, что он холодный, как и положено выходцу из КГБ, но я считаю, что это совсем не так».

При этом Судзуки и иже с ним, кто верит, что Путин из любви к Японии может пожертвовать российскими территориями, принадлежавшими Российской империи еще с екатерининских времен, видимо, не знают или забыли, как сам российский президент комментировал подобные надежды.

В интервью японским корреспондентам в декабре 2016 года Путин говорил: «Я очень люблю Японию, японскую культуру, спорт, в том числе дзюдо, но ничего обидного не скажу, если отмечу, что Россию я люблю еще больше. И вести переговоры — и господин премьер-министр, и я — будем исходя их наших национальных интересов». Правда, тогда Путин еще продолжал говорить о необходимости «найти компромисс».

Однако со временем российские руководители осознали, что современная Япония — это не только «сакура, икэбана и хайку», но и ближайший военный союзник объявивших Россию врагом США, государство, отбросившее пацифистское прошлое и по мощи вооруженных сил вставшее вровень с ведущими военными державами мира, опережая по затратам на армию и флот даже РФ. Пришло и понимание того, что отданные в качестве жеста доброй воли, как это мыслилось Хрущевым в 1956 году, острова неизбежно будут использованы американцами и самими японцами как военные базы с оружием, нацеленным против нашей страны.

А посему, прекратив разговоры о «мирном договоре», следует распространить предъявленные НАТО требования обеспечить безопасность нашей страны и на враждебную России японо-американскую коалицию на Дальнем Востоке.