Cамоубийца обвинил в своей смерти сотрудников милиции. Обзор пензенской прессы

Пенза, 11 октября 2004, 15:00 — REGNUM  Как свидетельствует криминальная статистика, в Пензенской области количество самоубийств в два раза превышает число совершаемых убийств: по официальным данным за семь месяцев нынешнего года зафиксировано 167 убийств и 341 случай суицида. В среднем, больше одного самоубийства в день. На этом фоне казалось бы печальной "регулярности" добровольных уходов из жизни, самоубийство воспитанника пензенского детского дома № 2, двадцатилетнего студента приборостроительного техникума Сергея Давыдова буквально шокировало всю Пензу. По крайней мере, так утверждает большинство областных газет, опубликовавших на прошедшей неделе по этому поводу развернутые материалы.

Сами за себя говорят заголовки публикаций: "Ценой своей жизни я докажу свою правоту" ("Пензенская правда", 5 октября), "В моей смерти прошу винить..." ("Репортер-Пенза", 5 октября), "В моем уходе из жизни прошу считать виновным милицию" ("Новая газета - Мир людей", 6 октября), "Смерть - плата за правду" ("Любимая газета", 6 октября), "В моей смерти прошу винить..." ("Вестник - "Наша Пенза", 6 октября), "Упражнение в смерти. Двадцатилетний самоубийца обвинил сотрудников милиции в насилии" ("Московский комсомолец" в Пензе", 6 октября), "Я докажу свою правоту..." ("Наша Пенза", 8 октября). Большинство газет вынесло в заголовки строки из посмертной записки повесившегося 27 сентября Сергея Давыдова. А сама записка, занявшая 14 листов школьной тетрадки, содержала описания недолгой жизни юноши и, главное, злоключений последних недель, ставших причиной его трагического ухода из жизни. Особый резонанс вызвало то, что записка была зачитана на похоронах перед всеми, кто пришел проводить в последний путь детдомовского юношу.

До сих пор в этой ситуации много неясного. Специальную проверку по факту самоубийства ведет прокуратура Ленинского района Пензы, и должностные лица от развернутых комментариев воздерживаются. По горячим следам только пресс-служба УВД решилась на официальное заявление. Еще одной важной фигурой в этом деле является директор детского дома № 2 Алла Кукушкина, к которой обратился Сергей Давыдов в тяжелые для него минуты. И главный документ, на котором строят свои публикации газеты, это посмертная записка С. Давыдова и его заявление в правоохранительные органы. Естественно, поэтому нет и однозначности в толковании происшедших событий. Тем не менее, опираясь на публикации СМИ, попытаемся сложить общую картину печальных событий. Все началось еще 9 августа, когда Сергей Давыдов поздней ночью оказался на пляже водоема в районе городской больницы № 6. По признанию самого Сергея, изложенному, спустя несколько дней, в заявлении районному прокурору, там он "гулял" в 1 час ночи. По версии милиции, озвученной пресс-службой УВД, Давыдов пришел на пляж, чтобы покончить самоубийством, после того, как его крепко обидела компания приятелей, с которой он провел весь выходной день, 8 августа. Как бы то ни было, на пляже Давыдов сталкивается с группой молодых людей, которые избили его до потери сознания. Придя в себя, юноша направляется в общежитие, где проживал, но его, избитого и окровавленного, забирает милиция. Там он дает письменные объяснения тому, что с ним произошло на пляже, об избиении неизвестными молодчиками. Под утро его отпускают домой.

Но на этом его контакты с милицией не прекращаются. Более того, они приобретают новый поворот. Дело в том, что утром 9 августа, в районе горбольницы № 6, (там, где был избит Давыдов) был обнаружен труп человека, мужчины, со следами насильственной смерти. И, судя по тому, как описывает дальнейшее сам Давыдов, его, пострадавшего от избиения неизвестными хулиганами, милиционеры пытаются сделать... убийцей. Несколько раз вызывают в Октябрьский РОВД, даже на 3 дня помещают в камеру предварительного заключения, и допрашивают с пристрастием (били по ушам и голове). Насильно напоили самогонкой, а потом, оскорбляя и запугивая, "заставили подписать протокол и объяснение, как я убивал...".

18 августа Сергей Давыдов пишет заявление на имя прокурора Октябрьского района Пензы, где указывает: "Я сломался, на меня было оказано психическое и физическое воздействие. Прошу рассмотреть мое заявление, принять меры наказания к сотрудникам милиции и дать направление на судмедэкспертизу для освидетельствования". Но прокуратура в действия милиции ничего противозаконного не усмотрела. Через три дня после своего обращения в прокуратуру Давыдов получает ответ, в котором написано: "В возбуждении уголовного дела по заявлению гр. Давыдова С.А. отказать" в связи с отсутствием в действиях сотрудников милиции состава преступления. После медосвидетельствования у Давыдова обнаружили закрытую черепно-мозговую травму и нервный стресс, на неделю он был госпитализирован в больницу.

На время Сергея оставили в покое, во многом благодаря стараниям Аллы Кукушкиной, заведующей детским домом, где воспитывался Сергей Давыдов, к которой он и обратился в первую очередь, когда "попал в переплет" с милицией и "признательными" показаниями. Он и жить остался в детдоме, опасаясь появляться в неуютной "общаге". Кроме как на Аллу Кукушкину, "маму Аллу", как звали ее все воспитанники, рассчитывать Давыдову было не на кого. Журналистам она рассказала, что "когда 26 августа мы были у заместителя прокурора Октябрьского района, то он сообщил мне, что Сережа ни в чем не подозревается и пусть парень живет спокойно. И Сережа учился в колледже, был довольный и счастливый. А 23 сентября милиция приехала прямо в колледж и парня при всех, прямо с лекции забрали".

И снова директор детдома пошла хлопотать за своего воспитанника, высвобождать его из милиции, куда его определи, как говорят, за мелкое хулиганство. Отпустили, но на время. На 15 часов того злополучного дня, понедельник 27 сентября, его вызвал на допрос следователь Филиппов. Накануне вечером Сергей позвонил домой "маме Алле": "Алла Васильевна, мне очень страшно, я не могу заснуть...". Как могла она его успокоила. Пообещала, что вместе пойдут к следователю. И утром, придя на работу, первым делом поинтересовалась, где Сергей. Он, как ей сообщили, вышел за несколько минут до ее прихода, никому ничего не сказав. Через некоторое время, обеспокоившись, начала его искать, обзванивая знакомых. В 14-30 поехала к следователю Филиппову. Тот ее принял и заявил: "Мы его подозреваем, отрабатываем версию. На 50 процентов уверен, что это он убил". У Филиппова Давыдов не появился. Поиски продолжились во вторник, 28 сентября. И его нашли. Он повесился на ветке дерева, недалеко от детского дома, в котором прожил почти всю свою жизнь.

А потом нашли тетрадь, в которой Сергей Давыдов написал о себе, своих друзьях, педагогах, о жизни, за которую надо держаться, а он не может. В ней много добрых слов о педагогах, о "детдомовских детях". И немало о системе, с которой он столкнулся. Есть там и такие строки: "Большинство людей думает, что если человек выходец из детдома - он пропавший человек. Не знаю, откуда взялся этот стереотип, но сначала стоило бы посмотреть в зеркало и вокруг себя. Каждый десятый в стране - детдомовец, и неужели мы все одинаковые?... Если в ментовку попался один из нас, то на него надо вешать все висяки - от мелкой кражи до терроризма - причина одна. Мне ее высказал гр. Филиппов: "Ты детдомовский, ты никому не нужен, ты - дерьмо собачье!!!". Затем последовала серия ударов по ушам и затылку... Интересно, как он добрался до своей должности, и хуже - сколько таким образом засадил хороших и не очень, но невиновных?... Мы не живем, мы выживаем, и каждый своим методом. Одни воруют, вторые берут взятки, третьи никак не могут или не хотят их поймать... Нас слишком мало, чтобы противостоять целой системе, мишенью которой я стал. Мне приходится уходить - не хочу садиться за то, что меня избили. Каким оттуда выйду, если выйду? Это первая причина. Вторая - мой уход не должен быть бесполезен. Ценой своей жизни я докажу свою правоту. Прошу в моем исчезновении (уходе из жизни) считать виновным 2 отд. Октябрьского РОВД г. Пензы в лице его сотрудников:..." (далее перечислены фамилии начальника отделения, его заместителя и оперуполномоченного).

Пресс-служба УВД в комментарии от 30 сентября сообщает, что Сергей Давыдов "по делу об убийстве мужчины не проходил даже в качестве свидетеля. Его ни разу не вызывали на допрос по факту убийства. Не исключено, что Сергея испугали вопросы оперативников... Что стало последней каплей, толкнувшей Сергея на столь отчаянный шаг, предстоит выяснить следователям прокуратуры... Проверкой по делу о суициде занимается прокуратура Ленинского района г. Пензы. Какие выводы она сделает, узнаем через 10 дней (по УПК РФ - срок проверки). А пока - одни эмоции, которые мешают объективно посмотреть на произошедшее".

Сегодня, 11 сентября, срок проверки, если даже отталкиваться от даты передачи в СМИ сообщения пресс-службы УВД, истекает. ИА REGNUM сообщит о результатах прокурорской проверки по факту самоубийства Сергея Давыдова, обвинившего в своей смерти сотрудников милиции.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.
×

Сброс пароля

E-mail *
Пароль *
Имя *
Фамилия
Регистрируясь, вы соглашаетесь с условиями
Положения о защите персональных данных
E-mail