С момента Холодной войны США потратили $19 трлн, что на $16 трлн больше, чем Китай, и почти столько же, сколько за тот же период потратил весь остальной мир. Тем не менее многие эксперты полагают, что США обречены проиграть в очередной разрушительной войне. Так, в марте американский адмирал Филип Дэвидсон, тогда командующий войсками США в Индо-Тихоокеанском регионе, предупредил, что в течение следующих шести лет китайские вооруженные силы «превзойдут» вооруженные силы США и «насильственно изменят статус-кво» в Восточной Азии, пишет Майкл Бекли в статье, вышедшей 10 июня в Foreign Affairs.

Китайско-американские переговоры
Китайско-американские переговоры
Александр Горбаруков © ИА REGNUM

Еще в 2019 году один из бывших чиновников Пентагона утверждал, что американским военным регулярно «раздают на орехи» в военных играх, имитирующих боевые действия с Китаем. Между тем многие аналитики и исследователи пришли к выводу, что, если Китай решит завоевать Тайвань, Народно-освободительная армия Китая (НОАК) может нанести вред всем силам США, которые попытаются встать у нее на пути.

Стало общепринятым мнение, что эта надвигающаяся буря представляет собой неизбежный результат усиления Пекина и ослабления Вашингтона. На самом деле ничего подобного. У Соединенных Штатов есть огромные ресурсы и жизнеспособная стратегия противодействия военной экспансии Китая. Тем не менее оборонный истеблишмент США не спешит применять эту стратегию, вместо этого тратя ресурсы на устаревшие вооруженные силы и второстепенные миссии.

Нынешняя оборонительная позиция Вашингтона не имеет смысла с военной точки зрения, но она имеет политический смысл — поэтому от нее и не могут отказаться. Исторически сложилось так, что США проводили обновление своих вооруженных сил только после того, как противник выявлял их слабости на поле боя. Иными словами, страна может снова оказаться на пути к такой катастрофе.

Чтобы изменить курс, администрация Байдена должна прямо и целенаправленно добиваться от своих военных того, чтобы они сосредоточили внимание на сдерживании Китая и сворачивании других своих миссий. Подобные устремления должны быть четко прописаны в запросах администрации на оборонный бюджет и в ее Стратегии национальной обороны. Кроме того, администрация должна поддержать Тихоокеанскую инициативу сдерживания — программу, которая заткнет бреши в периметре обороны США в Азии. Если Соединенные Штаты не воспользуются этим шансом для обеспечения своего военного преимущества над Китаем, другого у них, возможно, больше не будет.

Китайские военные
Китайские военные
U.S. Air Force

Меньше, но лучше

Вопреки распространенному мнению, у США есть средства сдержать военно-морскую экспансию Китая. Так, хотя расходы КНР на оборону и росли на протяжении десятилетий, но Соединенные Штаты по-прежнему тратят почти столько же на свой флот и корпус морской пехоты, сколько Пекин на все свои вооруженные силы, за исключением своих внутренних сил безопасности. Помимо подготовки к американо-китайской войне, американские военные несут на себе ношу и других операций, хотя то же самое можно сказать и о КНР: республика граничит на суше и воде с 19 странами, десять из которых имеют с Пекином территориальные споры.

Китайский военный корабль
Китайский военный корабль
U.S. Navy

Патрулирование этих границ — серьезное бремя для сотен тысяч китайских солдат, на него уходит не менее четверти военного бюджета Китая. И хотя в случае конфликта в Восточной Азии на стороне Пекина будут иметь преимущество «игры на домашнем поле», он также столкнется с более сложным набором задач. Например, конфликт из-за Тайваня, в котором Пекину для победы нужно будет захватить и контролировать территорию острова, тогда как Вашингтону нужно будет просто не дать КНР этот контроль установить, что является гораздо более легкой задачей.

Учитывая эти устойчивые преимущества США, эксперты в области обороны пришли к единому мнению о том, как сдерживать Китай. Вместо того, чтобы ждать начала войны и затем направлять уязвимые авианосцы в Восточную Азию, Соединенные Штаты могли бы установить в этом районе высокотехнологичное «минное поле», предварительно разместив ракетные пусковые установки, вооруженные беспилотные летательные аппараты и датчики в море и на территории союзников поблизости от береговой линии Китая. Китаю было бы трудно нейтрализовать эти рассредоточенные сети военных объектов, и для них не потребовались бы большие базы или сложные платформы. Вместо этого их можно было установить практически на всё, что плавает или летает, включая переоборудованные торговые суда, баржи и самолеты.

Оборонные аналитики пропагандируют этот подход более десяти лет. Тем не менее американские военные по-прежнему в подавляющем большинстве полагаются на небольшое количество крупных боевых кораблей и истребителей ближнего действия, действующих с незащищенных баз, — именно те силы, которые Китай может уничтожить упреждающим воздушным и ракетным ударом. Что еще хуже, Вашингтон экспортирует эту несовершенную систему своим союзникам. Например, покупка Тайванем американских истребителей F-16 и танков «Абрамс» истощила ресурсы армии острова и наземных ракетных сил, которые являются его главной защитой от китайского морского десанта.

Истребители J-11B ВВС Китая
Истребители J-11B ВВС Китая
N509FZ

По мнению многих военных экспертов, перед руководством США стоит в целом несложный выбор. Оно может быстро укрепить военный баланс в Восточной Азии, наводнив регион недорогими оружейными и радарными системами, или оно может и впредь тратить ресурсы на посторонние миссии и дорогостоящие системы вооружения, которые станут легкими целями для китайских ракет. Возникает вопрос: почему военный истеблишмент США не видит этого так же?

Косность мышления военных

Проблема начинается на самом верху и идет по служебной лестнице вниз. После окончания Холодной войны президенты США позволили министерству обороны превратиться в министерство всего и даже часто поощряли этот процесс. На сегодняшний день, помимо подготовки к войне великих держав, военные США выполняют десятки миссий, в том числе оказывают помощь в целях развития и поддержку при стихийных бедствиях, проводят операции по борьбе с наркотиками и дипломатическую работу, обеспечивают охрану окружающей среды и безопасность выборов. Американские военнослужащие работают почти во всех странах мира и выполняют почти все мыслимые виды деятельности.

Из-за столь широкого мандата американские боевые командиры превратились в то, что репортер The Washington Post Дана Прист назвала «современным эквивалентом проконсулов Римской империи — хорошо финансируемыми, полуавтономными, нетрадиционными центрами внешней политики США».

Под их руководством как грибы стали расти мини-пентагоны, сами же они путешествуют по миру, как главы государств, решая широкий круг вопросов. Вместо того, чтобы выступать за относительно дешевое и легкое развертывание крылатых ракет, которое будет иметь решающее значение в войне с Китаем, они настаивают на создании крупных воинских частей и массивных военных платформ (таких, как авианосцы и эсминцы), которые могут выполнять различные миссии в мирное время.

Как показала эксперт по обороне Маккензи Иглен, боевые командиры постоянно настаивают на использовании таких платформ, а ведомства работают на износ, пытаясь удовлетворить эти требования. В результате американские военные поддерживали темп операций военного времени на протяжении последних двух десятилетий, даже после вывода войск из Афганистана и Ирака, при этом некоторые подразделения в настоящее время отправляются на развертывание почти в три раза быстрее, чем рекомендовано Пентагоном.

Неудивительно, что резко возросло количество аварий и механических поломок. С 2006 по начало 2021 года число погибших в результате несчастных случаев военнослужащих США составило 5 тыс. 913 человек, что более чем вдвое превышало число погибших в боях. В 1986 году расходы на эксплуатацию и техническое обслуживание составили 28% бюджета Пентагона; сейчас на них уходит колоссальный 41%, что более чем вдвое превышает долю бюджета, доступную для покупки новых систем оружия. Эти тенденции породили порочный круг, в котором Пентагон тратит все больше и больше на поддержание меньшего количества старых и все более устаревших сил.

Американские солдаты
Американские солдаты
U.S. Army

Более эффективный подход

Проблема начинается сверху, а значит, там же — и ее решение. Президент Джо Байден и министр обороны Ллойд Остин должны поручить Пентагону сосредоточить внимание на подготовке к интенсивным боям с Китаем, особенно в Тайваньском проливе, где угроза войны наиболее высока, и сократить или исключить другие миссии. Эти директивы должны быть изложены в предложениях администрации Байдена по оборонному бюджету и в пересмотренной стратегии национальной обороны. Стратегия национальной обороны 2018 года сделала упор на соперничестве между великими державами, но существенно не изменила структуру вооруженных сил США в Азии, потому что она налагала новые задачи, не отказываясь от менее важных. Администрации Байдена теперь необходимо выполнить грязную работу по выявлению и устранению несущественных задач, чтобы высвободить военные ресурсы и сосредоточить внимание на сдерживании Китая.

Первым шагом в этом процессе будет сокращение количества и масштабов «миссий присутствия», которые в настоящее время позволяют сотням тысяч военнослужащих ежедневно перемещаться, летать и тренироваться по всему миру. Бурный темп этих действий связывает и изматывает боевые части вооруженных сил и стимулирует закупку больших платформ, не подходящих для войны с Китаем. Успокоить союзников и «показать флаг» — важные задачи, но они могут выполняться более легкими подразделениями, такими как бригады поддержки сил безопасности, или Государственным департаментом, а не боевыми авианосными группами.

Затем команде Байдена следует перебросить как можно больше военно-воздушных и военно-морских сил в Азию. Соединенные Штаты объявили о «повороте» в этом регионе почти десять лет назад, но многие из их крупных военных активов остаются в другом месте. Например, на Ближнем Востоке Соединенные Штаты обычно используют передовые истребители для нападения на легковооруженных террористов и развертывают авианосцы и тяжелые бомбардировщики для отправки сигналов принуждения Ирану. Такие сверхмеры подрывают военную готовность и лишают Индо-Тихоокеанское командование США сил, необходимых для противостояния с Китаем.

Атомный авианосец «Карл Винсон» ВМС США
Атомный авианосец «Карл Винсон» ВМС США
U.S. Navy

Благодаря более разумному подходу можно было бы справиться с меньшими угрозами с помощью меньших сил, если «охотиться» на террористов с помощью беспилотных летательных аппаратов и подразделений специальных операций, а также если обеспечивать поддержку с воздуха с помощью легких штурмовиков и защиту от иранской агрессии путем поддержания в регионе скелетной базовой структуры, готовой поддержать прилив сил в случае возникновения крупного конфликта.

Наконец, администрация Байдена должна передать выполнение невоенных миссий гражданским агентствам. Например, борьба с торговлей наркотиками должна осуществляться Управлением по борьбе с наркотиками, безопасность границ — таможней и пограничной службой, безопасность выборов — министерством внутренней безопасности, содействие развитию — агентством США по международному развитию и так далее. Переназначение таких миссий и усиление гражданских агентств для их выполнения повысило бы американскую военную мощь и одновременно демилитаризовало внешнюю политику США.

Волк у двери

Реформировать самую крупную бюрократическую систему страны будет сложно, но возможно. Военные — это иерархическая организация с четкими формальными полномочиями. Президент и министр обороны могут отдавать приказы боевым командирам и обеспечивать их выполнение посредством своего контроля над бюджетом и личным составом. В свою очередь, боевые командиры и начальники служб имеют существенное влияние на закупки.

Они находятся на передовой, поэтому, когда они обращаются с просьбой о предоставлении им конкретного оборудования, члены Конгресса не так много могут сделать, чтобы им его не дать. Оборонным подрядчикам, как правило, тоже приходится подчиняться. Президент и министр обороны также могут использовать свои полномочия для изменения политических стимулов, стоящих перед наиболее важными игроками. Например, если президент и министр обороны четко определили Китай как приоритетное направление, это предоставило бы членам Конгресса политическое прикрытие для поддержки отмены или сокращения других миссий.

Самолёты ВВС США
Самолёты ВВС США
U.S. Air Force

Реформа возможна в теории, но для ее практического осуществления потребуется четкое и устойчивое руководство на высшем уровне. Байден и Остин заявили, что сдерживание Китая является их главной военной задачей, но Байден также хочет, чтобы Пентагон справился с рядом нетрадиционных угроз безопасности, и Остин вряд ли может быть сторонником идеи «Азия прежде всего», учитывая, что он бывший командующий центрального командования США, в ведении которого находятся американские войска на Ближнем Востоке.

Однако есть основания для осторожного оптимизма в отношении перспектив реформы. Во-первых, все большее число влиятельных политических игроков поддерживают новый упор на Китае. В прошлом году Конгресс принял Тихоокеанскую инициативу сдерживания. В случае полного финансирования этой программы в течение пяти лет будет выделено $27 млрд на рассредоточение и укрепление базовой структуры США в Азии и оснащение Индо-Тихоокеанского командования большим количеством боеприпасов и датчиков дальнего действия.

В апреле законодатели из комитета палаты представителей по делам вооруженных сил написали письмо в Пентагон, в котором призвали сократить количество несущественных операций в мирное время, чтобы высвободить ресурсы для подготовки к войне великих держав. Корпус морской пехоты и армия, две ветви вооруженных сил, наиболее склонные противодействовать военно-морской войне в Азии, разработали планы перехода от борьбы с повстанцами на Ближнем Востоке к потоплению кораблей в западной части Тихого океана. И эксперты в области обороны всего политического спектра теперь в целом согласны с тем, как Соединенным Штатам следует сдерживать китайскую военно-морскую экспансию.

Между тем антикитайские настроения как в Соединенных Штатах, так и во всём мире достигли самого высокого уровня с тех пор, как китайское правительство устроило резню на площади Тяньаньмэнь в 1989 году. Занять жесткую позицию по отношению к Китаю хотят представители обеих партий, что бывает в США нечасто, тогда как Китай, похоже, делает всё возможное, чтобы раздувать это пламя с помощью агрессивной дипломатии.

В настоящее время в Вашингтоне существует двухпартийная политическая поддержка истинного перераспределения баланса в сторону Азии и стратегического консенсуса среди специалистов по оборонному планированию относительно дальнейших действий. Главный компонент, которого не хватает, — это согласованное руководство на высшем уровне, чтобы использовать эту поддержку и претворить эти стратегии в жизнь.