Администрация президента США Джо Байдена объявила о введении санкций в отношении российских должностных лиц и организаций в связи с «отравлением», а затем арестом Алексея Навального. При этом официальные лица администрации отметили, что это первая волна реакции Вашингтона на «злонамеренную» деятельность России, поэтому в ближайшие недели, скорее всего, можно ожидать дальнейших мер.

Американские санкции
Американские санкции
Александр Горбаруков © ИА REGNUM

Одновременно с этим команда Байдена, давая понять, что попыток перезагрузки отношений с Москвой не будет, также ищет возможности для сотрудничества в тех областях, в которых у Кремля и Белого дома есть общая озабоченность, пишет американский политолог Николас Гвоздев в статье, вышедшей 3 марта в The National Interest.

Читайте также: США: санкции по делу Навального — только первый шаг, последуют и другие

Лучше всего первый — если учесть, что введенные ранее против «Северного потока — 2» запретительные меры были лишь повторением принятых еще при Дональде Трампе — набор санкций новой администрации в отношении России можно охарактеризовать как удовлетворительный компромисс. Как и в случае с санкциями, объявленными в связи с убийством саудовского журналиста Джамаля Хашогги, в своем давлении на Россию Вашингтон пытается найти баланс между противоречащими друг другу интересами США.

Дональд Трамп
Дональд Трамп
Gage Skidmore

С самого первого дня своего правления администрация Байдена хотела сделать так, чтобы ее подход к России отличался — по понятным причинам — от выбранного при Трампе курса, который воспринимался как чрезмерно мягкий по отношению к Владимиру Путину. Однако хотели в Белом доме при Байдене в своем поиске путей улучшения рабочих отношений с Кремлем, чтобы этот подход отличался в некотором смысле и от усилий администраций Джорджа Буша — младшего и Барака Обамы. Эти меры должны были стать определенным сигналом о том, что нынешняя администрация без колебаний «ответит» на действия, предпринятые Россией, которые Вашингтон сочтет нежелательными.

Однако при рассмотрении этих санкционных мер можно сделать вывод о том, что у команды национальной безопасности Байдена нет единой позиции по двум важнейшим вопросам.

Во-первых, по вопросу «упадка»: происходит ли в России при нынешнем ее руководстве скорый и, возможно, непреодолимый процесс ослабления национальной — особенно экономической — мощи страны, а также разрушение легитимности самого российского режима.

Во-вторых, это вопрос о том, стоит ли риск потери поддержки со стороны Москвы ряда важных для США инициатив — по таким направлениям, как Иран и Северная Корея, — того, чтобы занимать по отношению к России жесткую позицию.

Точки зрения об «упадке», согласно которой Россия едва ли сможет и захочет оказать США реальную поддержку, придерживаются многие члены американского Конгресса независимо от своей партийной принадлежности — единство, которое ныне можно увидеть довольно редко. Для них подобные меры администрации Байдена будут носить слишком недостаточный характер.

Палата представителей Конгресса США
Палата представителей Конгресса США
Executive Office of the President of the United States

Тем не менее похоже, что в собственной команде президента Байдена, несмотря на нелюбовь и недоверие к российским властям, пока не готовы делать ставку на то, что Россия находится на последнем издыхании или что Москва по-прежнему не может осложнить жизнь Вашингтону, реши они пойти против той или иной его инициативы.

Наряду с этой дилеммой возникает вопрос о том, как выбранный подход США к Москве повлияют на взаимоотношения Вашингтона с двумя важными странами — Китаем и Германией. Так, канцлер ФРГ Ангела Меркель и ее правительство не совсем довольны тем направлением, по которому пошла Россия.

Однако Меркель ясно дала понять Вашингтону, что Берлин не пойдет тем курсом, на который его толкает Вашингтон. Более того, в Германии подчеркнули, что у нее — и, соответственно, ЕС — есть с Россией общие интересы, игнорирование которых со стороны США Берлин не устраивает.

Немаловажно, возможно, то, что администрация Байдена в вопросе Навального решила ввести такие же, как и Европейский союз, а не более жесткие меры.

И если, как предполагают некоторые в аппарате национальной безопасности Байдена, в конечном счете основным стратегическим соперником США станет Китай, есть опасения, что излишнее внимание к России в краткосрочной перспективе поспособствует дальнейшему укреплению позиций КНР. Более того, по мере того как относительный баланс сил по-прежнему всё больше смещаться в пользу Пекина, Москва может пересмотреть масштабы своего стратегического партнерства с Китаем.

В нынешнем курсе Вашингтона можно уловить отголоски стратегем команды бывшего президента Барака Обамы, согласно которым любые вводимые против Москвы санкции должны иметь явные «пути выхода» — возможности нормализации отношений.

Владимир Путин и Барак Обама
Владимир Путин и Барак Обама
Kremlin.ru

Администрация Байдена пытается сформировать прочный евроатлантический консенсус по вопросу Китая. Однако для этого может потребоваться компромисс с Германией по вопросу политики в отношении России, чтобы получить обязательство присоединиться к Вашингтону в более активных усилиях по отношению к Пекину.

Байден может убедительно заявить, что он ответил на действия России и поддержал ценности США, создав трудности для российских властей. Однако его критики укажут на то, что нынешний набор санкций носит в основном символический характер и вообще вводится для галочки.

В свою очередь министр иностранных дел России Сергей Лавров отреагировал на действия США, пригрозив ответными мерами и предупредив, что отношения между США и Россией будут и дальше ухудшаться. Тем не менее санкции не наносят смертельного удара по каким-либо ключевым российским приоритетам. Слова и дела как-то не совпадают. Нужно какое-то время, чтобы стало ясно, в каком направлении команда Байдена будет двигаться в отношении России в ближайшие месяцы.