В конце года российское правительство официально заявило, что во всех субъектах Федерации начинается функционирование Центров управления регионом (ЦУР), которые должны будут обеспечивать взаимодействие между властью и обществом. В ближайшее время федеральный центр собирается активно заниматься подготовкой специалистов, которые будут работать в этих центрах. Проект должен стать драйвером цифровой трансформации, которая, по заявлениям президента Владимира Путина, должна завершиться к 2030 г. Фактически ЦУР — главный шаг на пути цифровизации всей системы государственного управления, но у экспертов пока остаются вопросы относительно функций новой структуры.

Иван Шилов © ИА REGNUM

Следите за развитием событий в трансляции: «Коронавирус в России: «Пандемия постепенно отступает» – все новости»

Чем будут заниматься ЦУРЫ?

По мысли разработчиков, центры управления создаются для того, чтобы максимально быстро решать проблемы людей. ЦУР не является органом власти, это не министерство и не агентство. Соответственно, центры не занимаются распределением денег и не выполняют другие исполнительские функции. Их задача — мониторинг и оперативная обработка вопросов, с которыми граждане обращаются в органы региональной и муниципальной власти. Это может быть вопрос о состоянии дороги или вывозе мусора, доступности детских садов или прививок от COVID-19. Кстати, во многих регионах ЦУРы начали работу именно с информационной поддержки больных коронавирусной инфекцией. Иначе говоря, ЦУР объединяет все системы мониторинга ситуации в регионе, в то время как до этого у каждого министерства была своя система, часто не связанная с другими органами власти. Но эксперты отмечают, что в работе ЦУРов пока много неясного, система ещё не сложилась и ей ещё предстоит доказать свою эффективность.

Политолог Алина Жестовская отмечает:

«С некоторого времени наши федеральные власти стали задавать наместникам в регионах резонный вопрос: «А вы там у себя хоть каких-то мух ловите?». Ибо выяснилось, что администрация субъекта могла быть абсолютно не в курсе, что в какой-нибудь их губернской деревне третий месяц топит все жилые дома и уже на BBC об этом сюжет показали, а глава субъекта до сих пор ничего не знает. Вообще, за связь с населением и контроль реакции граждан должны отвечать штатные департаменты правительства и администрации. Там есть и подразделение по работе с обращениями, и по связям с НКО, и внутриполитические блоки, блоки информационной политики. Однако именно столь «высокая эффективность» регионального чиновничьего труда, собственно, и привела к решению Кремля о создании этих самых ЦУРов. Конечно, это потребовало дополнительных бюджетных расходов — более 26 миллиардов! По-моему, это уже веский повод либо Центры управления регионами расформировать, либо разогнать бюрократов, чьи функции они дублируют.
Ну, и мало понравится жителям тот факт, что в периоды предвыборных кампаний ЦУРы будут становиться полноценными структурами избирательных штабов власти. Работать как на приём информации «с полей», так и на мониторинг соцсетей и обратную выдачу правильной информации».
Леонид Соломаткин. Губернаторша, входящая в церковь (фрагмент). 1864
Леонид Соломаткин. Губернаторша, входящая в церковь (фрагмент). 1864

Ведущий аналитик Агентства политических и экономических коммуникаций Михаил Нейжмаков опасается, что ЦУРы могут вытеснить из политической практики «живое» общение чиновников с людьми.

«Ожидаемые направления критики в адрес глав регионов в связи с работой ЦУР вполне понятны. Губернатор, часто ссылающийся на материалы, полученные ЦУР, может столкнуться с обвинениями, что он подменяет живое общение с избирателями сбором данных (по тому же принципу обычно строится критика глав регионов, чьи команды делают особый акцент на работу в соцсетях), а также что деятельность таких центров требует дополнительных бюджетных расходов (такая критика приобретает дополнительную актуальность на фоне ожидаемого усиления антибюрократической повестки в год парламентских выборов).
Если губернатор не так часто публично акцентирует внимание на работе ЦУР — критики будут доказывать, что это вызовет недовольство Москвы и что руководство региона недостаточно использует еще один канал сбора данных о нуждах и настроениях населения. Скорее всего, чаще подобную критику (в том числе нередко с взаимоисключающими претензиями от разных публичных фигур) услышат в свой адрес губернаторы более протестных регионов с насыщенной информационной повесткой — ближе к парламентским выборам негативные публикации и по этому вопросу будут появляться чаще. Но в целом критика деятельности ЦУР будет скорее фоновой темой для оппонентов губернаторов. А наличие еще одного канала сбора данных о ситуации в регионе в любом случае создает дополнительные возможности для властей».
Михаил Нейжмаков
Фирс Журавлёв. Чиновник (фрагмент). 1884
Фирс Журавлёв. Чиновник (фрагмент). 1884

Поволжье — родина ЦУРов

Первые Центры управления регионом были запущены весной 2020 г. Михаил Нейжмаков отмечает, что четыре из шести пилотных регионов, где о планах запуска работы ЦУР в тестовом режиме было заявлено еще в апреле 2020 года, относятся к Приволжскому федеральному округу (это Башкирия, Мордовия, Нижегородская и Ульяновская области). Учитывая особое внимание президента и руководства правительства к вопросам цифровизации в целом, комментарии глав регионов по поводу работы ЦУРов в 2021 г., скорее всего, станут более интенсивными, считает политолог.

В Башкирии ЦУР начал работу в апреле прошлого года. Первое время он функционировал на базе системы «Инцидент менеджмент», которая агрегирует жалобы жителей на проблемы самого разного рода. Проект центра в республике обещает стать довольно масштабным — почти сразу для новой структуры стало строиться новое здание, примыкающее к Дому правительства Башкирии. Предполагается, что в нём будут работать до 100 сотрудников, которых распределят по направлениям: ЖКХ и мусор, «Транспорт» и так далее. В Нижегородской области новая система уже объединила в себе ряд порталов обращений граждан — таких, как «Вам решать», «Система-112» и ряд других.

Михаил Нейжмаков отмечает, что система особенно важна для губернаторов, которых в 2021 г. ждут выборы:

«Можно предположить, что чаще ссылаться на данные, полученные в результате деятельности ЦУР, скорее всего, будет руководство регионов, где в текущем году должны пройти губернаторские кампании (в ПФО таких субъекта Федерации пока два — это Мордовия и Ульяновская область). Для врио главы Мордовии Артема Здунова публичное внимание к работе ЦУР будет, прежде всего, частью месседжа: «Новая команда развивает передовые практики». Губернатору Ульяновской области Сергею Морозову, который руководит протестным регионом с активной оппозицией, будет важно продемонстрировать, что он развивает все каналы обратной связи с населением».

По своим масштабам внедрение ЦУР должно быть сопоставимо с запуском МФЦ несколько лет назад. Но ближайшие годы покажут, станет система по-настоящему эффективным механизмом, позволяющим оперативно решать проблемы людей, или превратится в очередной симулякр.