Запрет на идеологию, закреплённый в ельцинской Конституции, превратил многих госчиновников в касту лицемерных циников и стяжателей. От их заявлений страну трясёт раз в месяц, а их действия, даже превращаясь в скандалы, сходят им с рук, потому что набирают их по принципу преданности начальству, а не населению.

RADAK1
Горящий Дом профсоюзов. Одесса, 2 мая 2014 года

Их интересуют только карьера и деньги. Полная безыдейность стала идейной всеядностью, когда нет необходимости как-то следить за политическим календарём иначе, кроме как с точки зрения ближайших выборов.

Да, за слежение за политическим контекстом теперь не спрашивают, и потому тема совести, морали, нравственности никак не лежит в поле зрения наших чиновников. В любом городе с ноября по апрель полно рекламных билбордов, на которых полуголые снегурочки с внешностью валютных проституток соблазняют прохожих и проезжих обывателей, рекламируя всё, что угодно, от стройматериалов до магазинов запчастей.

Без сексуального мотива нет ни одной публичной рекламы. Пошлость ток-шоу, где обывателей уводят от политики с помощью копания в грязном белье и наглого подсматривания в замочную скважину за чужой жизнью, уже стала привычной частью массовой культуры.

Однако едва на улице появятся рекламные носители с символикой политических оппонентов, на следующий день они будут сняты, а виновные наказаны. За этим чиновники следят точно, это то, за что их наказывают.

Всё прочее, от аморальных передач до скабрезной рекламы в местах, где могут появляться дети, вплоть до обложек школьных тетрадей, их не волнует. Они не растлители — им просто наплевать. Они не смотрят в эту сторону и не напрягаются, когда что-то такое появляется на свет. Их увольняют не за это.

Hоворосс
Поминальный митинг на Куликовом поле 10 мая 2014 года

История с появлением в сетке государственного телеканала «Россия 1» комедии Валерия Тодоровского «Одесса», которую поставили в эфир 2 мая, в день шестой годовщины одесской Хатыни, а потом, после мгновенной реакции российских СМИ и некоторых Telegram-каналов, пообещали снять, весьма показательна.

Чиновники от государственного телевидения просто не имеют матрицы моральных координат, ибо государственной идеологии у нас нет и от них не требуют проверки контента на идеологическую и моральную составляющую. Но это в лучшем случае. А если это была провокация?

Нет системы моральных координат, в которой можно ориентироваться в своей политике. Она запрещена Конституцией. Это просто лежит вне поля их внимания. Рейтинг — вот их единственный и главный приоритет. Рейтинг — это деньги рекламодателей, это степень влияния, это то, что обменивается на место в табели о рангах.

За рейтинг спросят, за него накажут или наградят, а мораль станет темой заботы лишь тогда, когда начальству это станет важно и за это станут наказывать, как и за равнодушие к рекламе политических оппонентов.

Руководство канала «Россия 1» с ужасом поняло, что кто-то не учёл совпадения дат, потому что просто не был обязан их отслеживать. Это прокол огромного масштаба. Последствия были бы губительны для карьеры многих медийных начальников и их кураторов.

За то, что Telegram-каналы «Голос Мордора», «Русский Демиург», а также ИА REGNUM опережающей реакцией спасли чьи-то карьеры, телечиновники должны быть вечно благодарны журналистам. Хотя это для них не повод для раскаянья, а пуля, счастливо просвистевшая мимо.

Николай Ге. Совесть. Иуда. 1891

Свобода от химеры совести — это то, во что в конечном итоге выливается запрет на государственную идеологию. Это момент, когда в идеологию превращается цинизм и погоня за деньгами. Без окрика сверху или извне в механизме наших СМИ нет встроенного предохранителя, соотносящего те или иные действия с некими внеположными нравственными критериями.

Так подставить власть в день памяти по жертвам одесской Хатыни, накануне Дня Победы 9 мая, накануне всенародного голосования по поправкам в Конституцию может только враг, и никто не будет разбираться, ошибка это или сознательная диверсия.

Кто-то промакнёт испарину на лбу, поняв, какой опасности удалось избежать. А нам надо ещё раз понять, как назрели реформы нашей Конституции, и единственная гарантированная свобода — это свобода от химеры совести. Национализация элиты должна начинаться с изменения Конституции.