Введение

Евразия — арена развития эпидемий в последние тысячи лет

Заслуга первого всестороннего исследования глобальных условий развития эпидемий принадлежит Александру Леонидовичу Чижевскому. Обобщение материалов по многовековым наблюдениям врачей позволило ему сделать заключение, что «эпохи стихийно-катастрофических явлений в природе совпадают с развитием тех или иных эпидемических заболеваний», причем эти события «периодически повторяются» в зависимости от состояния Солнца. В отношении механизма космического влияния в те годы было «все темно», «все неясно», однако имелись свидетельства выполнения электрическими феноменами роли проводника.

Александр Чижевский

За 90 лет, прошедших с момента публикации книги «Эпидемические катастрофы и периодическая деятельность Солнца», объем соответствующей информации неизмеримо вырос. Важное значение для решения задач этиологии инфекционных заболеваний имеют сведения о связях патогенных организмов с бактериофагами, открытыми Феликсом Д’Эреллем. Генетика дала возможность прослеживать их происхождение и эволюцию. Палеореконструкции открыли путь к восстановлению солярного климата и других элементов среды обитания человека и его биоценоза со времен неолита. Новые данные требуют внесения определенных поправок в сложившиеся представления о факторах эпидемического процесса. При этом установка Чижевского на выяснение сопряженных последствий космических воздействий безусловно сохраняет свою познавательную ценность. Прежде всего, нужно учитывать периодичность внешних импульсов, генерируемых вариациями активности Солнца (Рис. 1) при его обращении вокруг барицентра Солнечной системы, которое вызывается перемещением планет по эллиптическим орбитам.

Рис. 1. Длительный солнечный минимум 1809–1811 гг., обусловленный приближением центра Солнца к барицентру Солнечной системы на кратчайшее расстояние (что происходит один раз в 179 лет)

Источник: поданнымWorld Data Center for the production, preservation and dissemination of the international sunspot number, расчетспомощьюпрограммы EPOS GAO

Результатом синхронизации движений небесных тел служит соподчинение солнечных циклов, их восьмиричная иерархия: 22-летний цикл, повторяясь 8 раз, образует 179-летний цикл, который, в свою очередь, выступает как один из восьми элементов 1430-летнего цикла, входящего в состав цикла длительностью около 11 400 лет и т. д. (см. «О влиянии дальнего космоса на смертность и соотношение мальчиков и девочек»). Цикличности подчинены не только солнечная активность, но и скорость вращения Земли, а также многие природные процессы в геосферах.

Конец и начало у ряда многолетних и многовековых солнечных циклов приходится на апрель 1990 года. Важно, что годы соседних фаз, как правило, отмечены снижением солнечной активности (Рис. 2).

Рис. 2. Изменение полного солнечного излучения у временной границы периодов 1430-летнего цикла (осреднение за 9,5 тыс. лет)

Источник: расчет по данным реконструкции A. Shapiro et al., 2011.

Принимая во внимание периодичность воздействия ближнего космоса на среду обитания живых организмов, разрушение клеточных структур ионизирующими галактическими лучами (см. «Влияние на жизнь сверхновых звезд»), а также их вероятный мутагенный потенциал, можно предположить, что эпидемии развиваются при значительном ослаблении солнечной активности и нарушениях в режиме функционирования геосфер. Ниже приведены результаты проверки этой гипотезы.

Современная ситуация

Вспышке COVID-19 предшествовали две короновирусных эпидемии — атипичной пневмонии (вызванной штаммом SARS-CoV, от которого в 2002—2004 годах заболели около 8000 человек в 29 странах; доля умерших составила 9,6%) и ближневосточный респираторный синдром (при инфицировании штаммом MERS-CoV, заразившего в 2015—2020 годах 2500 человек в 27 странах, из них умерло около 35%). Кроме того в 2009—2010 годах человечество поразила пандемия свиного гриппа, которым переболело от 700 до 1400 млн человек в 168 странах (при уровне смертности порядка 0,03%).

Крайне неблагополучная эпидемиологическая ситуация в первые десятилетия XXI века, судя по опыту предыдущих столетий, указывает на глобальные сдвиги. И действительно, показатели состояния многих частей планетарной системы в настоящее время характеризуются максимальными отклонениями от нормы за весь период инструментальных наблюдений.

Среди природных аномалий обращают на себя особое внимание изменения климата. При этом речь должна идти не только о повышении температуры в тропосфере, но и синхронном понижении температуры в стратосфере (Рис. 3).

Рис. 3. Средняя годовая температура воздуха на земном шаре в приземном слое тропосферы и в стратосфере на уровне поверхности 50 гПа

Источник: расчетподаннымEarth System Research Laboratory.

Необычно высокой в последние годы была активность литосферы (Рис. 4).

Рис. 4. Рост энергии сильных землетрясений (M ≥ 7). Логарифмическая шкала

Источник: расчетподанным International Seismological Centre.

Рост энергии землетрясений сопровождается увеличением глубины очагов (Рис. 5).

Рис. 5. Глубина гипоцентров сильных землетрясений с M ≥ 7 в Северном полушарии (осреднение по 889 событиям)

Источник: Ibid.

О деформациях тела планеты свидетельствует перераспределение эпицентров сильных землетрясений в пространстве (Рис. 6 и 7).

Рис. 6. Резкое изменение сейсмической активности Северного и Южного полушарий Земли в последние 10 лет по сравнению с предыдущим 110-летним периодом (осреднение по 3040 событиям с M ≥ 7 )

Источник: Ibid.

Рис. 7. Увеличение частоты сильных землетрясений (M ≥ 7) на «критических» широтах Северного полушария в 2000–2018 гг. по сравнению с 1900–1989 гг. — у экватора, у проекции жидкого ядра Земли и нижней мантии на 60–70° и в поясе Веронне, около 35° (где, в частности, расположена территория Китая)

Источник: Ibid.

Ускоренными темпами повышается уровень Мирового океана (Рис. 8).

Рис. 8. Повышение уровня океана с ускорением (станция Сан-Франциско, США). Показан полиномиальный тренд

Источник: поданным Permanent Service for Mean Sea Level.

На планетарный масштаб событий начала века указывает беспрецедентное сокращение амплитуды колебаний земной оси (Рис. 9).

Рис. 9. Движение Северного географического полюса

Источник: поданным International Earth Rotation and Reference Systems Service.

Глобальные изменения происходят на фоне ослабления солнечной активности (Рис. 10).

Рис. 10. Многолетняя тенденция к падению мощности радиоизлучения Солнца. Показан линейный тренд

Источник: по даннымSpace Weather Canada

Одновременно снижается интенсивность потока ультрафиолетовой радиации (Рис. 11), от которой зависит жизнь организмов, в особенности вирусов и бактерий.

Рис. 11. Уменьшение доз ультрафиолетового излучения Солнца в декабре 2016–2019 гг. (Тяньцзинь, Китай). Показан линейный тренд

Источник: поданным Tropospheric Emission Monitoring Internet Service, UV index forecast and archives

Очевидно, серьезные экологические последствия для ценозов должна иметь ионизация органических молекул и живого вещества при росте интенсивности галактических космических лучей (Рис. 12).

Рис. 12. Тенденция увеличения интенсивности галактических космических лучей в период 1958–2019 гг. (московский нейтронный монитор). Показан линейный тренд

Источник: расчет по даннымMoscow Neutron Monitor.

Перед нами обстановка, подобная тем, которые профессор МГУ Михаил Александрович Боголепов в свое время называл возмущениями планеты. Независимо от того, какое заключение будет получено о начале циркуляции коронавируса COVID-19, нужно признать, что факты говорят о существовании предпосылок развития эпидемических процессов в современных экстремальных условиях.

Эпидемии древнего мира и поздние аналоги

Первая в цивилизованной Европе эпидемия известна благодаря книге «История Пелопонесской войны» Фукидида — свидетеля событий 430−426 гг. до н.э. в Афинах, заразившегося, но чудом оставшегося живым. По его словам,

«болезнь началась в Эфиопии, что над Египтом. Оттуда она распространилась на Египет, Ливию и на большую часть владений персидского царя. Совершенно внезапно болезнь вспыхнула также и в Афинах; первые случаи заболевания появились среди населения Пирея … Позднее болезнь проникла также и в верхний город, и тогда стало умирать гораздо больше людей… Необычность этой болезни, превышающая любые средства выражения, проявлялась не только в том, что болезнь поражала людей с такой силой, которую не могла вынести человеческая природа, но и в том, что, в отличие от всего наблюдавшегося ранее, птицы и четвероногие животные, питающиеся человеческими трупами, вовсе не касались трупов (хотя много покойников оставалось непогребенными) или, прикоснувшись к ним, погибали… Никаких других обычных заболеваний в то время не было… Недуг поражал всех, как сильных, так и слабых, без различия в образе жизни. Однако самым страшным во всем этом бедствии был упадок духа: как только кто-нибудь чувствовал недомогание, то большей частью впадал в полное уныние и, уже более не сопротивляясь, становился жертвой болезни; поэтому люди умирали, как овцы, заражаясь друг от друга. И эта чрезвычайная заразность болезни и была как раз главной причиной повальной смертности. Когда люди из боязни заразы избегали посещать больных, то те умирали в полном одиночестве (и действительно, люди вымирали целыми домами, так как никто не ухаживал за ними). А если кто навещал больных, то сам заболевал: находились все же люди, которые, не щадя себя из чувства чести, посещали больных, когда даже родственники, истомленные непрерывным оплакиванием умирающих, под конец совершенно отчаивались и отступали перед ужасным несчастьем. Больше всего проявляли участие к больным и умирающим люди, сами уже перенесшие болезнь, так как им было известно ее течение, и они считали себя в безопасности от вторичного заражения. Действительно, вторично болезнь никого не поражала… Это постигшее афинян бедствие отягчалось еще наплывом беженцев из всей страны, и особенно страдали от болезни вновь прибывшие. Жилищ не хватало: летом приходилось жить в душных временных лачугах, отчего люди умирали при полном беспорядке. Умирающие лежали друг на друге, где их заставала гибель, или валялись на улицах и у колодцев, полумертвые от жажды. Сами святилища вместе с храмовыми участками, где беженцы искали приют, были полны трупов, так как люди умирали и там… Главным же образом болезнь распространилась в Афинах, а затем и в других густонаселенных местах».
Михаэль Свертс. «Чума в Афинах»

Среди погибших были два взрослых сына стратега Перикла, его сестра и друзья. Афинская эпидемия, продолжавшаяся с перерывом пять лет, согласно оценкам, унесла от 30 до 100 тысяч жизней.

Природа инфекции до сих пор остается неясной. Не находят объяснения необычность болезни и ее полное исчезновение. По симптомам «афинская чума» напоминает геморрагическую лихорадку Эбола. Нельзя исключить случай мутации занесенного эболавируса или другого патогена из семейства филовирусов. Основанием для такого предположения служит явление резкого ослабления солнечной активности в годы мора (Рис. 13), которое, естественно, сопровождалось ростом мощности ионизирующего галактического излучения.

Рис. 13. Большой солнечный минимум V-IV вв. до н.э. Момент Афинской эпидемии отмечен стрелкой

Источник: по данным реконструкции A. Shapiro et al., 2011.

Гипотеза мутагенного влияния спокойного Солнца на микроорганизмы поддается проверке с помощью мысленного критического эксперимента. Если она верна, к следующей аналогичной фазе ослабления солнечной активности должно быть приурочено образование новых штаммов известного патогена. Положительный итог тестирования вместе с тем подтвердит реальность больших солнечных периодов. Если рассматривать 1430-летние циклы, нужно ожидать, что после аномалии V—IV вв. до н.э. в очередной раз солнечная активность должна была достигнуть минимума в XI—XII веках. Тогда же происходило усиление мутагенеза. Первая часть ретропрогноза полностью оправдывается (Рис. 14).

Рис. 14. Подобие больших солнечных минимумов, разделенных 1430-летним интервалом. Коэффициент корреляции величин полного излучения за 200 лет составляет 0,57

Источник: Ibid., расчет по программеEPOSGAO.

Помогают проверить гипотезу периодичности мутагенеза материалы по эволюции болезнетворных микроорганизмов. Подтверждение найдено в результатах анализа генетики палочки Коха (Mycobacterium tuberculosis), опубликованных в 2018 году коллективом китайских ученых под руководством Кингиун Лиу (Qingyun Liu). Обнаружено, что штаммы возбудителя самой крупной на Земле эпидемии туберкулеза сформировались на территории Китая еще около 1000 лет назад, в «короткое окно», когда, вероятно, изменились условия обитания. Предположение авторов работы о роли среды соответствует фактам, в частности данным о годичном приросте деревьев и грандиозном извержении вулкана Пэктусан (на границе Китая и Кореи).

Вторая эпидемия, о которой имеются исторические сведения, вспыхнула в Риме при Марке Аврелии Антонине в середине 60-х гг. II в. н.э. О ее происхождении и масштабах высказываются противоречивые мнения, что обусловлено недостатком информации. Один источник — записки врача Галена — содержит краткую характеристику заразной болезни. Другой источник — свидетельство консула Диона Кассия — передает скорее общее впечатление. В книге LXXIII его труда «Римская история» о катастрофе сказано буквально только то, что «случился мор, величайший из всех известных мне: за один день в Риме часто умирали две тысячи человек» (между тем деяниям императора Коммода по самовозвеличиванию посвящены несколько страниц). Сохранившиеся документы египетской провинции указывают на одновременное возникновение других природных аномалий, в частности засух и слабых разливов Нила. Они могут быть последствиями катастрофического извержения вулкана Таупо в Новой Зеландии — одного из самых мощных за последние 2 тыс. лет.

В III в. н.э. Солнце вступает в фазу ослабления активности (Рис. 15), климат меняется в сторону похолодания.

Рис. 15. Солнечный минимум III в. н.э

Источник: Ibid.

Середина периода солнечного минимума III в. н.э. совпадает с началом третьей эпидемии в античном мире, известной под названием Киприановой чумы. Болезнь зародилась в 249 году на африканской земле, а в 251 г. она достигла Европы. За 20 лет ее жертвами стали миллионы людей, что подорвало могущество Римской империи. По многим признакам возбудитель относился к филловирусам.

Можно предполагать, что по аналогии с отрицательной аномалией V—IV вв. до н.э. у минимума III в. н.э. был своего рода двойник, моложе его на 1430 лет. И вновь данные реконструкции излучения демонстрируют, что длительная периодичность солнечной активности реально существует (Рис. 15).

Рис. 16. Минимум солнечной активности XVII-XVIII вв., наступивший ровно через 1430 лет после минимума III в. н.э

Источник: Ibid.

Вполне закономерно, что сравнительно короткий период минимума XVII—XVIII вв. отмечен необычно высокой частотой эпидемий: это Китайская чума (1641−1644 гг.), Великая чума Севильи (1647−1652 гг.), Неаполитанская чума (1656 г.), Великая чума Лондона (1665−1666 гг.), Французская чума (1668 г.), Мальтийская чума (1675−1676 гг.), Великая чума Вены (1679 г.), Канадская оспа (1702−1703 гг.), Исландская оспа (1707−1709 гг.), Прибалтийская чума (1710−1712 гг.), Великая чума Марселя (1720−1722 гг.) и др.

Таким образом, знакомство с эпидемиями древности обнаруживает параллелизм и периодичность солнечных и земных аномалий.

Конец античности

В 559 году Солнце приблизилось к барицентру планетной системы на кратчайшее за 1430 лет расстояние. Движение светила с небольшими отклонениями от среднего положения на протяжении VI—VIII вв. повлекло за собой длительное и очень значительное снижение мощности его излучения (Рис. 17).

Рис. 17. Движение Солнца относительно барицентра планетной системы и его полное излучение у границы двух периодов 1430-летнего цикла (осреднение за 10 лет)

Источник: Ibid., расчет по программеEPOSGAO.

Резкое ослабление солнечной активности вызвало похолодание климата, отразившееся на биоте Евразии (Рис. 18 и 19) и других континентов.

Рис. 18. Ухудшение роста можжевельника в середине VI в. в Китае (горы Цяньшань)

Источник: по данным P. Sheppard and L.J.Graumlich.

Рис. 19. Уменьшение годичного прироста сосен в середине VI в. в Скандинавии

Источник: по данным H. Grudd et al.

Около 540 года началась первая пандемия, которая вошла в историю как Юстинианова чума. Принято считать, что возбудитель болезни имел африканское происхождение, и его распространение по Византии и территориям соседних стран привело к сокращению населения на 25−50%. В последние годы получены свидетельства того, что очаг инфекции располагался, скорее всего, в азиатских степях, а представления о разрушительных социально-экономических последствиях ее проникновения в Средиземноморье, вероятно, несколько преувеличены.

Важно подчеркнуть, что длительность чумы была строго ограничена эпохой большого солнечного минимума, закончившегося в 740 году. Кроме климатических аномалий, VI век отличает высокая сейсмическая активность: в то время число сильных землетрясений было больше, чем в за три столетия, вместе взятых (Рис. 20). Возможно, усиленная дегазация недр внесла свой вклад в ухудшение экологической обстановки (между прочим, так думали и современники событий).

Рис. 20. Сильные землетрясения (М ≥ 7) в IV-VII вв

Источник: по даннымThe Significant Earthquake Database

Природные предпосылки эпидемической ситуации VI—VIII вв. в силу действия правила 1430-летней периодичности, должны быть вновь воспроизведены планетной системой в XXI—XXIII вв. (Рис. 21).

Рис. 21. 1430-летний цикл в движении Солнца относительно барицентра планетной системы (временные границы периодов отмечены стрелками)

Источник: расчет по программеEPOSGAO.

В эпоху Юстиниановой чумы благодаря ее уникальному положению в 1430-летнем цикле мы видим исключительно яркое проявление связей состояния биосферы и человека с динамикой планетной системы, которой периодически порождает большие солнечные минимумы (см. «Открыта причина наступления солнечных минимумов и земных похолоданий»).

Чума XIV века

Средневековая чума получила начальный импульс в Монголии в 20-х гг. XIV в. и в 1330—1360 гг., охватила пространства Азии и Eвропы, где от нее погибли десятки миллионов человек. По масштабам потерь пандемия «черной смерти» была, очевидно, одной из самых страшных природных катастроф в истории человечества.

Питер Брейгель-старший. Триумф смерти

Эпидемический процесс 700 лет назад получил развитие в условиях глубокого и обширного солнечного минимума (Рис. 22 и 23).

Рис. 22. Солнечная активность в XIII-XIV вв. Момент начала эпидемии чумы отмечен стрелкой

Источник: по данным Yu.A.Nagovitsyn.

Рис. 23. Отрицательная аномалия полного солнечного излучения в XIV в. Момент начала эпидемии чумы отмечен стрелкой

Источник: по данным реконструкции A. Shapiro et al., 2011.

События XIV века подчиняются общим закономерностям периодичности и дальнодействия в нашей планетной системе.

Минимум Дальтона

Около 200 лет назад, у временной границы предпоследнего и последнего периодов 179-летнего цикла произошло значительное ослабление солнечной активности, ныне известное как минимум Дальтона. Кроме сокращения площади солнечных пятен (см. Рис. 1) в эту эпоху наблюдалась интенсификация вулканической деятельности, включая извержение Тамборы на одном из Малых Зондских островов, мощнейшим за 800 лет (после вышеупомянутого пэктусанского события). Похолодание климата негативно сказалось на урожаях разных культур и росте леса в Европе (Рис. 24) и в других регионах.

Рис. 24. Ослабленный рост лиственниц в горах Италии в годы минимума Дальтона

Источник: по данным W. Huesken.

Не удивительно, что именно солнечный минимум XIX века породил первую и вторую крупнейшие пандемии холеры — самого смертоносного заболевания столетия, с ареалом, включающим Евразию, Африку, Австралию и Северную Америку, и числом жертв, превышающим 200 тыс. человек (Рис. 25).

Рис. 25. Ослабление солнечной активности в первой трети XIX в. Моменты начала пандемий холеры отмечены стрелками

Источник: поданным World Data Center for the production, preservation and dissemination of the international sunspot number.

Кроме того, список крупных эпидемий за первые десятилетия XIX века включает желтую лихорадку, чуму, тиф и оспу.

Можно констатировать, что XIX век дал новые примеры прямой и опосредованной зависимости патогенов от космического климата.

Грипп

Первая документально подтвержденная эпидемия гриппа датируется 1889−1890 годами, когда в мире заразилось от 300 до 900 млн человек, из них погибло около 1 млн. Случаи массовых несезонных заболеваний гриппом в XX веке выпадали на время после максимума (1918−1919 гг.) или на время самого максимума (1957−1958 гг. и 1968−1969 гг.) 11-летнего цикла. Как нужно рассматривать последние три факта? Скорее всего, они не являются исключениями из установленного правила, поскольку речь идет о многолетнем периоде роста активности Солнца, начавшемся в 1901 году. Показательно, что последняя эпидемия, которая прошла на стадии многолетнего снижения солнечной активности, как и грипп 1889−1890 гг., развивалась как раз в рамках солнечного минимума (Рис. 26).

Рис. 26. Солнечная активность в 2000-2019 гг. Момент начала эпидемии гриппа отмечен стрелкой

Источник: Ibid.

Эпидемиология гриппа, жертвами которого, возможно, стали около 100 млн человек, остается во многом еще неясной и требует углубленного изучения роли геофизических факторов.

Доисторические события

Генетическими и археологическими исследованиями последних лет были обнаружены свидетельства распространения чумы по территории Европы в эпоху неолита. Чаще всего они имеют возраст 5400−5700 лет. Это было, очевидно, время бедствий, обезлюдения поселений и смены способов хозяйствования.

Интересно, что есть временная граница между двумя периодами 1430-летнего цикла, которая датируется 3700 г. до н.э. Позднее, как обычно, наступила эпоха быстрого ослабления солнечной активности (Рис. 27). Этот процесс и мог спровоцировать эпидемию.

Рис. 27. Солнечный минимум времен неолита у границы двух периодов 1430-летнего цикла, которая соответствует рубежу между стадиями теплого климата Атлантик и холодного климата Суббориала (по схеме Блитта-Сернандера)

Источник: по данным реконструкции A. Shapiro et al., 2011.

Другой ряд фактов проливает свет на заболевания чумой в Бронзовый век. Возраст следов эпидемии соответствует временной границе около 2300 г. до н.э. периодов 1430-летнего цикла.

Найденная временная упорядоченность событий космоса и биосферы может быть использована при реконструкции событий далекого прошлого.

Заключение

Приведенные факты позволяют получить общую картину причинно-следственных связей, ведущих к разрушительным эпидемическим процессам. Они берут начало на эллиптических орбитах внешних планет, которые контролируют активность Солнца и через него определяют функционирование системы Земли. Некоторые звенья этой цепной реакции еще предстоит изучить детально, главное — нужно понять, что именно меняет скорость мутации патогенных организмов и темпы их размножения. Кроме того, остается не вполне ясным механизм передачи энергии из ближнего космоса, которая вызывает возмущение тела Земли.

Имеющиеся сведения об изменениях состояния биосферы и распространении инфекционных заболеваний в прошлом касаются преимущественно Старого Света. Отдельные факты из истории эпидемий на американских континентах, например, развитие трех ужасных эпидемий коколизтли на территории нынешней Мексики, не противоречат общей закономерности. Однако требуется приложить ещё много усилий для ликвидации пробелов в наших знаниях на глобальном уровне.

Благодарности

Автор выражает признательность Dr. A. Shapiro за любезно предоставленные данные по реконструированным величинам полного солнечного излучения и проф. В. И. Булатову за информацию о выполненных эпидемиологических исследованиях.