"Всякий компромисс трактуется в российской культуре как признак слабости": Интервью члена комиссии парламента Эстонии по обороне Тийта Матсулевича ИА REGNUM

Таллин, 7 мая 2004, 19:58 — REGNUM  

Родился 27.9.1958 в Таллине. Женат, 4 сына и 2 дочери. Член партии ResPublica со дня ее основания в 2001 году. Образование: Тартуский госуниверситет (1977-1982), журналистика. Карьера: 1982-1991 - преподаватель Тартуского университета, 1991 - советник в МИД Эстонии, 1991-1996 - посол Эстонии в Германии, 1996-1999 - посол Эстонии на Украине, 1999-2001 - посол Эстонии в России, 2002-2003 - директор бюро МИД Эстонии, с 2003 - депутат Рийгикогу X созыва. Владеет английским, русским, немецким, финским и украинским языками.

Перед 1 мая большую шумиху в Эстонии вызвали переговоры Евросоюза и России о распространении Соглашения о партнерстве и сотрудничестве (СПС) на новых членов ЕС. В частности, в 14 "озабоченностях", представленных Россией, и посвященных в основном экономическим вопросам, говорилось о нарушении прав человека в Эстонии и Латвии. Некоторые эстонские политики даже начали говорить о том, что ЕС продает Эстонию России. Как вы оцениваете последующее подписание протокола о распространении СПС на новых членов ЕС и его значение для Эстонии?

Шумиха вокруг распространения СПС на новые члены ЕС совпала в Эстонии с предвыборной кампанией в Европарламент. Это измерение нельзя не заметить, поскольку были оппозиционные партии, которые использовали эту дискуссию для того, чтобы набрать внутриполитические очки в глазах своих избирателей. Одна партия - Союз Отечества - даже совершенно некорректно использовала сравнения с пактом Молотова-Риббентропа. Дошли до такого драматизма, что начали говорить о продаже национальных интересов. Ничего серьезного за этим не было.

Драматизируя ситуацию, эти политики хотели показать себя эстонскому обществу борцами за независимость и национальные интересы Эстонии. Драматизировал ситуацию со внутриполитическими целями больше всего Союз Отечества, пренебрегая всеми понятиями хорошего политического вкуса. Не остались в стороне и наши социал-демократы, которые использовали неясность в связи с принятием этой политической декларации для того, чтобы атаковать министра иностранных дел Кристийну Оюланд, которая является членом Реформистской партии, и правящую коалицию в целом.

Евросоюз еще накануне переговоров с Россией заявил, что никаких изменений в тексте СПС не будет - он будет либо расширен на всех новых членов, либо признан недействительным. Перед переговорами речь шла ведь не о новом договоре, а о совместной политической декларации. В ходе переговоров из 14 требований России осталось только одно - о русской диаспоре в Эстонии и Латвии. 12 "озабоченностей" действительно носили чисто торгово-экономический характер, 13-я касалась транзита в Калининград и имела политико-экономический характер, и лишь один пункт - насчет русской диаспоры - имел явный политический подтекст. В конце концов в тексте было оставлено общее упоминание о необходимости защиты прав национальных меньшинств.

Подписанный в Люксембурге документ является продуктом взаимного компромисса?

Обе стороны - и Евросоюз, и Россия - в подписанном протоколе видят достижение каких-то своих целей. Российские власти, конечно, трактуют этот пункт о меньшинствах прежде всего с точки зрения своего воздействия на Евросоюз с использованием в качестве инструмента русскоязычные общины в Латвии и Эстонии. Хотя конкретного упоминания о Эстонии и Латвии в документе нет, я не сомневаюсь, что Россия трактует его именно как возможность в будущем оказывать давление в билатеральных отношениях с Латвией и Эстонией и на мультилатеральном уровне - то есть прямо через Брюссель. А ЕС видит в документе свидетельство того, что Россия должна принять европейские стандарты, которые существуют в области защиты прав человека.

Имеется в виду Чечня?

Не только. Так же отношение к людям так называемой "кавказской национальности" в целом - есть серьезные опасения что их права в России нарушаются. Вы ведь помните распоряжение Лужкова о их выдворении из Москвы - это ведь действительно грубое нарушение прав человека.

В этом плане для Эстонии, как и для других финно-угорских стран - Венгрии и Финляндии, очень важно, что эти стандарты расширяются и на финно-угорские народы в Российской Федерации. Не секрет, что в России с соблюдением их прав далеко не все в порядке. У них большие трудности с возможностью пользоваться родным языком, получать на нем образование, с развитием своей национального своеобразия и национального идентитета. Мы после принятия этого документа будем очень внимательно следить, как будут развиваться дела в плане защиты прав финно-угорских народов в России. Международная пресса неоднократно обращала на это внимание. В частности, в самой влиятельной финской газете Helsingin Sanomat вышла целая серия статей по поводу ситуации в финно-угорских субъектах Российской Федерации. Нужно исходить из принципа взаимности. Если Россия требует гарантий соблюдения прав национальных меньшинств в Эстонии и Латвии, то мы требуем того же самого в отношении наших родственных народов в России. Естественно было бы, что подписывая этот протокол, Россия себя тоже позиционирует как европейская страна. Для европейских стран соблюдение прав человека является естественным делом, что нашло свое отражение и в многочисленных конвенциях.

Теперь, после 1 мая, Эстония является инсайдером Евросоюза. Вы не думаете, что в европейских коридорах власти эстонским политикам все время будут напоминать о нерешенности проблемы русскоязычного меньшинства?

Мы поддерживаем с ЕС контакты путем переговоров и консультаций уже в течение последних двенадцати лет. Уровень информированности и знаний о том, что действительно происходит в Эстонии, в ЕС сильно поднялся. И в европейских партиях Европарламента, и в правительствах стран ЕС и в Европейской Комиссии, среди политиков и чиновников есть очень четкое и адекватное представление о ситуации в странах Балтии. Не только в области экономики, экологии и безопасности, но и касательно соблюдения прав меньшинств. В апреле прошлого года был подписан договор о присоединении Эстонии к ЕС, который затем прошел процесс ратификацию во всех парламентах стран Евросоюза - старых и новых. Тем самым все страны ЕС однозначно признали Эстонию страной, где соблюдаются все права человека и все права меньшинств. Кроме того, если бы ЕС пропустил бы первый вариант формулировки протокола, предложенный российской стороной, где поименно назывались Эстония и Латвия, то тем самым ЕС признал бы, что Копенгагенские критерии которые сформулированы 11 лет назад не адекватны, что они неправильны. Признать 11 лет спустя что эти критерии, обязательные для стран ЕС были неправильными - это, согласитесь, нереально.

Кто победитель и кто проигравший в этой истории подписания протокола ЕС-Россия?

Сейчас история этого протокола вошла в фазу трактовки. Этот процесс нельзя рассматривать с точки зрения: кто победил, и кто проиграл, здесь нет победителей и побежденных. Для ЕС протокол стал подтверждением тех ценностей, которые присущи ЕС, и соблюдение которых они ждут от России как своего крупного партнера. Ведь компромисс трактуется в Европе как естественный элемент политики, благодаря которому есть возможность двигаться дальше, находить выход из тупиковой ситуации.

Как трактуют протокол в России - это нужно спрашивать у российских политиков. Но на базе своего опыта я могу сказать, что всякий компромисс в российской политической культуре трактуется не как естественный элемент политика, а как признак слабости. Это мы тысячу раз наблюдали.

Как вы знаете многие российские политики высказывались в том смысле, что такой договор, расширенный на новых членов ЕС нельзя ратифицировать. Но я считаю, что эти высказывания относятся уже скорее к разряду литературно-художественной деятельности. Помните, в советской время были такие популярные "толстые" журналы - общественно-политические и литературно-художественные. Вот это из того разряда.

Вы разделяете оптимизм по поводу снятия двойных таможенных пошлин для эстонских товаров, экспортируемых в Россию, что предусматривается расширением СПС на новые члены ЕС? Будет ли это способствовать увеличению торгового оборота между Эстонией и Россией?

Конечно, это дает повод для оптимизма. Для ожидания того, что в дальнейшем оживятся экономические и торговые отношения, что большую активность на российских рынках будут проявлять эстонские бизнесмены. Это мы, конечно, приветствуем. Но я хотел бы охладить чрезмерно оптимизм и восторг некоторых эстонских бизнесменов. Подобного рода международные соглашения не меняют внутреннюю ситуацию в самой России. Экономическая и бюрократическая среда там остается прежней. Даже после снятия двойных таможенных пошлин эстонский бизнесмен будет наталкиваться на российском рынке и в общении с властями на те же реальности.

Я сдержанный оптимист. Эстония - уже в составе ЕС - может активизировать свои связи с Россией. Но в самой Росси пока мало что изменилось.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.