Путь от объектива к действию: детские фото не для умиления

В «РОСФОТО» открыта фотовыставка Красного Креста «Детство. Жизнь вопреки»

Марина Александрова, 26 мая 2018, 09:35 — REGNUM  

Мало кто не слышал знаменитые слова Ивана Карамазова, героя романа Достоевского, о «слезинке ребенка». Детский плач, детские слезы обычно не оставляют нас равнодушными, даже если это просто каприз. Если это слезы страха или боли, то побуждение морально здорового человека поспешить на помощь, спасти, утешить.

На фотографиях, представленных на выставке «Детство. Жизнь вопреки» в музейно-выставочном центре «РОСФОТО», совсем мало заплаканных детских лиц. Не по-детски серьезных — много. Эти дети плачут редко, потому что страх и лишения для них — не что-то внезапное, налетевшее, как туча или ураган, это просто их жизнь. Ежедневная, обычная. Другой они просто не знают или уже не помнят. Они, конечно, делают почти всеё то же, что и дети, которым повезло больше — дружат, играют, купаются (если, конечно, есть, где), открывают для себя мир с его маленькими тайнами и чудесами. Некоторые даже учатся — если рядом есть школа, хотя бы религиозная, или просто грамотный человек, согласный учить малышню. Но слишком многим о школе приходится только мечтать.

«У меня нет будущего, оно темно, — сказала британскому фотожурналисту Тому Стоддарту девочка из Южного Судана, — потому что здесь негде учиться». «Здесь» — это в лагере для беженцев, где скопились десять тысяч человек. Стоял страшный зной, а вода поступала только по трубе, к которой выстраивалась длинная извивающаяся змея из канистр, их владельцы прятались в жалкой тени. Когда пускали воду, отчаявшиеся люди начинали драться за нее. На всех не хватало. Детишки рыли ямы в земле, чтобы докопаться до воды, в ямах их подстерегали ядовитые змеи и насекомые. Но главная опасность таилась в плохой, загрязненной бактериями воде, которая добывалась таким первобытным способом. Дети болели от нее и умирали. Известно, что большинство детей, которые становятся жертвами вооруженных конфликтов, погибают не от бомб и снарядов, а от болезней, жажды и голода.

Том Стоддарт побывал в Южном Судане по заданию Международного комитета Красного Креста. Ему хотелось бы задержаться на неделю и больше, чтобы запечатлеть жизнь всех этих людей в нечеловеческих условиях, но у него было только два дня. Он не пользовался телеобъективом, не снимал исподтишка, всегда выясняя у людей, не говоривших по-английски, согласны ли они, чтобы их снимали. Лучшие снимки были черно-белыми. Известный канадский фотограф Тед Грант как-то сказал: «Когда вы снимаете людей в цвете, вы фотографируете их одежду. Но когда вы переключаетесь на черно-белую фотографию — вы запечатлеваете их душу». Именно эту черно-белую серию фотограф передал в газету Sunday Times. В Британии как раз стояла аномальная жара, и власти запретили жителям мыть машины из шлангов и поливать палисадники. Многие возмущались. По словам Стоддарта, ему было важно, чтобы британцы прочувствовали, что настоящие проблемы с водой — это не пожухшие розы в палисадниках и не лишенные блеска «форды».

«Мы, фотожурналисты, ездим во множество разных мест — и это всюду и всегда о детях, — говорит Том. — Вот это название выставки РОСФОТО очень правильно, потому что дети всегда страдают от конфликтов».

Дело даже не только в физических или моральных страданиях. Некоторые дети привыкли к лишениям, к недоеданию, к обстрелам и перестрелкам, им не кажется, что они как-то особенно страдают. Они даже не сироты… пока не сироты. И очень гордятся своими отцами и старшими братьями, которые воюют в разных армиях и группировках, часто похожих просто на банды. И даже рисуют себе ручкой на руке «татуировки» с символами этих полубанд — как у старших — и хвастаются ими. И, конечно, играют в войну. Только игры в войну, когда настоящая война идет чуть ли не за углом — это совсем особенные игры. Автомат у тебя игрушечный, но подорваться на мине, играя в развалинах, ты можешь как самый настоящий солдат — если повезет, тебе только оторвет ноги и госпиталь будет рядом. А может быть, тебе особенно некогда играть, потому что ты помогаешь отцу в лавке, где вместо ковров или бараньих туш развешаны и разложены автоматы, гранаты, патроны. И ты ужасно горд собой — ты уже мужчина…

Все фотографии на выставке сделаны сотрудниками Международного Красного Креста и привлеченными МККК профессиональными фотографами в зонах вооруженных конфликтов по всему миру. Это часть гигантского фотоархива МККК, собранного более чем за столетие. Выставка готовилась 10 месяцев — это один из самых длительных проектов РОСФОТО. Ни одна представленная на выставке работа не является случайной. Куратор Игорь Лебедев в августе 2017 года потратил две недели на то, чтобы просмотреть ту часть архива, которая посвящена детям. Это более 23 тысяч фотографий. Из них было выбрано 1500 снимков, потом их число сократилось до 400, а в итоге места в выставочном зале заняли 104 работы.

«Выставка непростая, и она, по сути, прежде всего апеллирует, наверное, к способности зрителей смотреть и размышлять, — говорит Лебедев. — Инициатором этой выставки был Красный Крест. Кураторы пытались только скорректировать тему в сторону, интересную музею, чтобы представить, с одной стороны, гуманитарную фотографию и деятельность Красного Креста, и с другой стороны, фотографов, которые работают на организацию, и их работы, которые для нас являются не только документом, но и неким художественным образом».

Термин «гуманитарная фотография» не очень известен в России. Для того, чтобы лучше понять это явление, в музейно-выставочном центре «РОСФОТО» совместно с Международным Комитетом Красного Креста провели круглый стол, приуроченный к открытию выставки «Детство. Жизнь вопреки», в котором приняли участие как представители МККК, так и фотографы и фотожурналисты, работающие в жанре гуманитарной и социальной фотографии — зарубежные и отечественные.

Как рассказала Вероника Выборнова, специалист департамента коммуникаций региональной дирекции МККК в России, Белоруссии, Молдове, эта выставка, посвященная омраченному войнами детству, не первая в России. В сентябре прошлого года в Москве состоялась выставка «Дети войны», посвященная 80-летию прибытия эвакуированных испанских детей в СССР. В январе этого года в Московском Кремле во время Рождественских чтений посетители смогли увидеть выставку фотографий из архива Красного Креста «Самые уязвимые». Она рассказывала о детях Первой мировой войны.

История так называемой гуманитарной фотографии начинается в конце XIX века. Одним из ее основателей считается знаменитый ученый, путешественник и фотограф Фритьоф Нансен. Как рассказала сотрудница архива МККК Сабин Хаберлер Крайс, вплоть до начала 60-х годов XX века большинство фотографий из зон военных конфликтов оставались немаркированными, их авторы были неизвестны. Зачастую это были сотрудники Красного Креста или просто неравнодушные люди с фотокамерой. В 60-х МККК начал целенаправленно сотрудничать с профессиональными фотографами, специализирующимися на гуманитарной фотографии, чтобы более широко пропагандировать деятельность организации в мировой прессе.

Что же такое гуманитарная фотография, какова ее специфика? По мнению польского фотографа Витольда Крассовского, «гуманитарная фотография — это фотография, которую используют гуманитарные организации, чтобы распространять свои идеи».

«Огромное количество ситуаций, которыми занимаются социальные фотографы, случаются в зонах вооруженных конфликтов, — рассказывает Витольд. — И тут нужно понимать разницу между военной фотографией и фотографией в зонах войны. Военная фотография показывает войну, показывает людей, которые убивают друг друга. Для фотографий в зонах военных конфликтов это не обязательно. Военная фотография глубоко вовлечена в пропаганду воюющих сторон. Тут есть только два варианта, как можно показать войну в фотографии. Если вы пропагандируете войну, вы должны показывать солдат и оружие. Если же вы хотите пропагандировать мир, вы должны показывать жертвы».

И тут возникают большие морально-этические проблемы. Насколько оправданно показывать страдание, раны, смерти — особенно если это касается детей? На выставке «Детство. Жизнь вопреки» нет фото погибших детей. Есть лишь пара фотографий искалеченный детей на больничных койках. Самые берущие за душу из них — весело смеющийся маленький мальчик без обеих ног и обожженная ядерным взрывом японка, которая кормит грудью младенца — возможно, им обоим осталось совсем недолго жить. А вот на детских рисунках, которые присутствуют на выставке среди фотографий — беда как она есть. Люди несут раненых, лежат убитые, у кого-то из оторванной ноги хлещет кровь, а кого-то расстреливают в упор…

«Есть важный вопрос по поводу фотографирования страданий, — говорит Витольд. — Это большая проблема, потому что в общем понимании снимать страдания не нужно. Но если вы думаете о том, как заставить людей реагировать активными действиями на ваши фотографии, то это значит, что вы должны вызвать у них сочувствие. Но это еще не всё. Люди начинают действовать тогда, когда чувствуют гнев. И для этого нужно показывать страдания. Вопрос не в том, надо или не надо снимать страдания, вопрос в том, как это делать. Если я как фотограф использую страдания в своих собственных целях, мне нужно какое-то моральное оправдание, чтобы сделать это. И таким оправданием может послужить то, что эта фотография послужит для какой-то важной задачи. Главное моральное решение — это не сделать или не сделать фотографию, а публиковать ее или нет, именно тут начинается моральная ответственность. Основная моральная проблема — фотографирование смерти. Это каждый фотограф должен решить для самого себя. Сам я не хочу снимать конкретные мертвые тела, которые могут быть опознаны. Это мои границы и мое решение, у каждого фотографа такие границы должны быть свои».

Тут Витольду Крассовскому вторят его коллеги из России. Фотограф Сергей Строителев давно работает как с отечественными, так и международными неправительственными гуманитарными организациями. Кроме того, он создает собственные социальные фотоистории, которые публикуются на портале «Такие дела» благотворительной организации «Хочу помочь». Среди его работ — рассказ о детском хосписе и о жизни ВИЧ-инфицированных женщин из Петербурга. По мнению Сергея, в России пока гуманитарная фотография как таковая не сформировалась, российскую социальную фотографию правильнее называть гуманистической.

«Гуманистическую фотографию необходимо публиковать, ни в коем случае не надо снимать это в стол, потому что вы мучаете людей, тратите их время, а они в результате не получают никакого отклика в виде помощи… Я призываю молодых авторов не бояться формы, но не забывать при этом о моральных нормах, не заигрываться в арт-фотографию, чтоб не травмировать своих героев, которым и без этого может быть очень плохо».

Преподаватель факультета журналистики СПбГУ и известных курсов «Фотофакультет» Александр Беленький пришел в социальную фотографию в лихих 90-х. Его героями были бездомные, наркоманы, ВИЧ-инфицированные, беспризорные дети. Он также упомянул о моральной ответственности социального фотографа:

«Когда врываешься в частную жизнь граждан, которые или больные, или страдают или испытывают лишения, то нужно быть очень тактичным, чтобы не только не навредить, но и постараться помочь».

Беленький познакомил собравшихся с работами своих учеников, посвященными жизни детей-инвалидов. А фотограф Илья Пилипенко, сооснователь проекта «Невидимые города», показал кадры из не столь трагического, но тоже нелегкого быта моногородов России.

… Выставка «Детство. Жизнь вопреки» — событие, которое попросту не может оставить равнодушным. Она рассказывает о жизни детей войны по всему миру, но она при этом, разумеется, неполна. В мире одновременно идут десятки разных негромких, пока еще не мировых войн, еще больше — тлеющих годами и десятилетиями конфликтов, свидетельства о них физически невозможно вместить даже в анфиладу залов. Но жаль, что не нашлось места для фотографий детей Донбасса, которые прямо сейчас вынуждены прятаться по бомбоубежищам в атакуемой СБУ Горловке. Может быть, рядом просто не оказалось сотрудника Красного Креста с фотоаппаратом?

Не отвечает выставка и на вопрос о том, почему в XXI веке миллионы детей по-прежнему голодают, мучаются от жажды, живут в грязи, умирают от болезней, подрываются на минах, не имеют возможности учиться? Международная благотворительность и гуманитарная помощь — великое и святое дело, но иногда кажется, что это попытка тушить детским ведерком лесной пожар. Как получается так, что недавно благополучные страны превращаются в зоны бедствия, а дети в них становятся людьми без будущего? Может быть, у этого кровавого хаоса есть автор?

Впрочем, этими вопросами неизбежно зададутся многие из тех, кто посетит выставку «Детство. Жизнь вопреки», которая будет работать в «РОСФОТО» до 7 июля. А кто-то докопается и до правильного ответа. Детские глаза, глядящие прямо в душу, не могут не заставить работать мысль и чувство даже у тех, у кого они «замылены» и обленились. Как сказал один из классиков фотографии XX века Эдвард Стайхен, одна фотография и десять слов могут сказать больше, чем десять тысяч слов.

Смотрите, думайте, действуйте.

Читайте ранее в этом сюжете: В Крым приехала частичка настоящей революции

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.
×

Сброс пароля

E-mail *
Пароль *
Имя *
Фамилия
Регистрируясь, вы соглашаетесь с условиями
Положения о защите персональных данных
E-mail