Strategist: Закончит ли КНДР так же, как и Ливия, – без ядерного оружия?

В Пхеньяне считают, что ливийский лидер поступил глупо, отказавшись от попыток создать оружие массового поражения

Александр Белов, 16 мая 2018, 10:57 — REGNUM  

Теперь, когда место и дата предстоящего саммита между президентом США Дональдом Трампом и северокорейским лидером Ким Чен Ыном назначены, умы экспертов занимает вопрос о том, какое именно соглашение может быть достигнуто между Вашингтоном и Пхеньяном. Так, советник главы Белого дома по национальной безопасности Джон Болтон недавно указал на то, что рамки будущих договоренностей с Северной Кореей может задать «ливийская модель» ядерного разоружения, оформленная в 2003—2004 годах.

Это предложение было встречено, мягко говоря, неоднозначно, не в последнюю очередь потому, что в КНДР считают, что ливийский лидер Муамар Каддафи совершил глупость, отказавшись от своей ядерной программы. Тем не менее изучить такую возможность ядерного разоружения все же стоит, пишет Род Лион в статье для австралийского издания The Strategist.

Безусловно, оба случая сильно отличаются друг от друга: Ливия, в отличие от Северной Кореи, добилась относительно небольшого прогресса в области ядерного оружия, когда ее руководство приняло стратегическое решение отказаться от своей программы. У Триполи не было ядерной бомбы, как и большого числа центрифуг и гексафторида урана — сырья для обогащения. Определенную обеспокоенность вызывало то, что ядерный проект Ливии был получен от пакистанских ученых.

Поэтому когда в начале 2004 года официальные лица США предстали перед комитетом по иностранным делам сената для обсуждения прогресса в области разоружения, сенаторов интересовала подробная картина ядерного черного рынка в такой же степени, как и сама ливийская программа. Хотя тогда о ней стало многое известно, именно данные о пути закупок, простирающемся от Ливии до Пакистана и Малайзии, сенатор Ричард Лугар назвал «бесценными».

В связи с этим, несмотря на значительно больший, чем у Ливии 15 лет назад, прогресс Северной Кореи в этой области, вполне вероятно, что в Вашингтоне сегодня будут также заинтересованы и в каналах, с помощью которых Пхеньян смог добиться своих успехов.

Кроме того, у ливийской модели есть ряд аспектов, которые нынешняя администрация США, возможно, захочет воспроизвести в той или иной сделке с Северной Кореей. Два из них касаются доступа к объектам программы и передислокации ее оборудования. Так, в 2004 году американским и британским экспертам был предоставлен беспрецедентный доступ к программе ливийского оружия массового уничтожения. Для примера можно обратиться к заявлению помощника госсекретаря США по соответствию, соблюдению и внедрению контроля над вооружением Паулы Десуттер или ее интервью изданию Arms Control Today.

В нем она подчеркивала, что ливийская сторона пригласила США и Великобританию, предоставила им доступ к своим объектам и была готова дать добро на проведение любых проверок, которые могли захотеть провести западные эксперты, а также пойти на демонтаж центрифуг. При помощи западных экспертов Ливия подготовила свою декларацию о вступлении в Организацию по запрещению химического оружия (ОЗХО), за чем последовало появление у страны собственного технического секретариата ОЗХО. Они также открыли им боеприпасы, которые, по словам Десуттер, Запад сам бы не обнаружил.

Тем не менее ряд источников указывает на то, что этот процесс был не столь однозначным. В связи с этим американские эксперты выступали за оперативный вывоз ключевых частей программы. В частности, наиболее важные материалы и оборудование были доставлены воздушным транспортом в Национальную лабораторию Ок-Ридж в Теннесси. Документы по разработке ядерного оружия, показанные американцам 20 января, были вывезены из страны двумя днями позже.

В ночь с 25 на 26 января 2004 года американский самолет C-17 со скрытыми опознавательными знаками приземлился на авиабазе неподалеку от Триполи, где на него были погружены компоненты ядерной программы Ливии, в том числе передовые роторы центрифуг, пять комплектов наведения ракеты Р-17 и две тонны гексафторид урана, после чего самолет покинул Ливию. Позже, в марте 2004 года, еще 1 000 тонн материалов и оборудования были загружены на борт американского корабля Industrial Challengerer, чьи знаки отличия были вновь скрыты, и отправлены в США.

На этом фоне уместен вопрос, это ли собирается предложить президент США Дональд Трамп своему северокорейскому коллеге Ким Чен Ыну? По некоторой информации, Вашингтон потребовал от Пхеньяна уничтожить документацию о ядерной программе КНДР и позволить своим ученым-ядерщикам эмигрировать.

Безусловно, уничтожение этих документов не является тривиальной проблемой, а эмиграция ученых была бы гуманным решением неразрешимой проблемы: даже после ликвидации оружия и данных знания о том, как сделать ядерное оружие и средства его доставки, будут по-прежнему существовать в умах северокорейских ученых. Едва ли, правда, в Белом доме хотят, чтобы эти ученые отправились на Ближний Восток. Россия и Китай могли бы стать приемлемыми вариантами. Также возможен их переезд в американский штат Теннесси, где погода в это время года замечательная.

Как и в случае с ливийской сделкой, США также утверждают, что она дает возможность Северной Корее отказаться не только от ядерной программы, но и всего ее оружия массового уничтожения. Однако в основе сделки, скорее всего, будут лежать прежде всего ядерное оружие и баллистические ракеты.

В отношении баллистических ракет ключевой целью США в 2003—2004 годах было обеспечение того, чтобы ракеты Ливии соответствовали пороговым значениям, установленным в режиме контроля за ракетными технологиями, а именно чтобы они были ограничены в диапазоне до 300 километров и в их полезной нагрузке до 500 килограммов.

Иными словами, ливийская модель устанавливает высокие стандарты в отношении вскрытия связей ядерного распространения, предоставления доступа на объекты, к персоналу и материалам ядерной программы, а также вывоз их ключевых частей и принятие международных стандартов по ОМУ. В сложившихся условиях кажется маловероятным, чтобы Пхеньян принял эти стандарты.

В конечном счете ливийская модель базировалась на одном аспекте, которого нет в случае с КНДР: на стратегической приверженности руководства Ливии к отказу от ОМУ. Благодаря этому удалось быстро добиться успеха. Именно это надеются увидеть со стороны Ким Чен Ына и в Вашингтоне на саммите в Сингапуре 12 июня. Администрация Трампа очевидным образом демонстрирует, что именно таков ее желаемый подход.

Если Вы заметите ошибку в тексте, выделите её и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отослать информацию редактору.
×

Сброс пароля

E-mail *
Пароль *
Имя *
Фамилия
Регистрируясь, вы соглашаетесь с условиями
Положения о защите персональных данных
E-mail